Укради меня (СИ)

— Ты же этого хотела? Убежать от меня. Пожалуйста, лезь. Я постою тут, не буду даже мешать. Иначе ты же не успокоишься? — спрашивает он.
— Не успокоюсь, — огрызаюсь я. А Давида, похоже, только забавляет вся эта ситуация и мой неудавшийся побег. Пока что, неудавшийся побег.
— Хочешь сказать, — коварно начала я, — что если мне удастся перелезть через забор, ты не станешь мне препятствовать?
— Совершенно точно, более того, верну тебе твою сумочку и телефон. А если нет…, - он качает головой и поджимает губы.
— Легко! — бросаю я, вновь поворачиваясь к дереву. А моя идея уже не кажется такой уж и заманчивой. Дерево ветвистое, достаточно высокое, но и забор высок… Чувствую, как взгляд Давида прожигает мне спину. Отступать на половине пути я не намерена, проиграть без боя, не на ту напал! Я не сдамся, хоть мне и страшно.
Что ж, пусть не думает, что я испугалась! Тем более на кону такие ставки, я могу быть свободна, если всё получится!
Решительно берусь за нижнюю ветку, затем за другую, ногой упираюсь в небольшой сучок внизу. Не так то сложно. Только кора дерева больно царапает руки и ноги, плохо, что я босиком. Это не ускользает от зоркого взгляда Давида.
— Золушка потеряла свои туфли? — насмешливо бросает он.
— Отстань, — огрызаюсь я, продолжая взбираться на дерево.
Настроение моё улучшается, когда я оказываюсь достаточно высоко и смотрю на Давида сверху вниз.
— А ты говоришь! — гордо отзываюсь я.
Он молчит, смотрит на меня своим смеющимся скептическим взглядом.
Я вешу не так уж и много, но оказавшись на толстой ветке, чувствую опасный хруст. Я здорово расцарапала руку, но жаловаться не собираюсь, стараюсь ухватиться покрепче. Но в следующий миг сучок, за который я держусь обламывается, я теряю равновесие, мне совершенно не за что ухватиться и лечу вниз.
Уж не знаю, как Давид это сделал, знал о том, что я вот так упаду или просто обладает молниеносной реакцией, но он поймал меня, причём довольно ловко, хотя ещё секунду назад стоял в стороне, скептически рассматривая меня и мои жалкие попытки сбежать. Единственное, что когда я оказалась на руках у мужчины, он, под тяжестью моего тела, споткнулся и упал на спину, а я рухнула прямо сверху.
— Упала, — пробормотала я, приподнимаясь на локтях и чувствуя под собой мускулистое мужское тело.
— Я вижу, — хмыкнул Давид.
Он не был рассержен, наоборот, взгляд его темных глаз говорил об обратном, он смеялся надо мной.
— Ты знал, — бурчу я, стараясь подняться, но руки мужчины обнимают меня за талию, прижимая к себе, и я лишь ерзаю, в безвольной попытке встать.
— Знал ли я, что это дерево в моем саду старше меня и явно не выдержит человека? Конечно, — хмыкнул он. — Но ты же не хотела, чтобы я мешал тебе.
— Дашь мне встать? — спрашиваю с недовольством, чувствуя как сильные руки продолжают меня удерживать. Стоит отдать должное Давиду, он не отпустил меня ни на секунду, когда поймал.
— А как же наш уговор? — глухо шепчет он.
  
Глава 22
 
Моё сердце замерло, затем ускорилось. Мы лежали на траве, скрытые от досужих глаз зеленью деревьев. Неужели он попросит меня о поцелуе? От одной мысли о его жарких губах, жар окутал всё моё тело, а дрожь пробежала от кончиков пальцев к голове.
— Какое же? — выдохнула я, ожидая вердикта.
Мой разум понимал, что желать поцелуев от малознакомого мужчины неправильно и порочно. Разве я должна ждать поцелуев и ласк от человека, который стал моим пленителем!? Но от одной мысли о его сильных руках моё сердце таяло, а голова шла кругом. И потом, он так ловко поймал меня, когда я падала, что делало его ещё более притягательным в моих глазах. И как бы я не лгала самой себе, как бы не прогоняла мысли об этом мужчине, я ждала ласк и горячих поцелуев от него!
— Что ты хочешь? — повторила я, во рту пересохло. Навязчивых мысли не давали покоя, а воображение играло со мной, рисуя образы обнаженного Давида. А вот интересно, обнажённый мужчина так же хорош, как известная скульптура Микеланджело? Идеальное тело, пропорции… Я невольно облизнула губы, к сожалению слишком поздно поняла, что нахожусь под пристальным взором мужчины. Сейчас он поймёт, что единственное, чего я желаю — это он сам! Я желаю его, желаю вновь ощутить, как его руки скользят по моему телу, как мягкие губы накрывают мои…
 
Я пристально смотрела прямо в глаза Давида, а они за секунду от карих с яркими желтыми искорками превратились в почти чёрные.
— Так, давай поднимемся, — произнес он, неожиданно для меня.
Тепло его жарких ладоней рассеялось. Давид убрал руки. Я думала совсем о другом и мысленно ожидала совершенно иного развития событий.
Глупышка! Нафантазировала себе!
Он поцеловал тебя пару раз, а ты уже поплыла! — зло прошептал внутренний голос.
Хотелось прогнать это брюзжание подальше, что говорить, он прав! Считала этого мужчину вредным и хмурым, а сама…
Я поднялась, отряхиваясь.
Давид поднялся следом за мной.
— Смотри, у тебя тут листик, — мужчина протянул руку и вытащил из моих волос зелёный лист, потом скептически скривил губы, — хотя, там еще много мусора. Лучше бы тебе принять душ.
Я посмотрела на свою руку, когда лезла по дереву здорово её ободрала, так что сквозь кожу просочились капельки крови.
— Дай, посмотрю, — нахмурился Давид. — Нужно обработать, идём в дом.
Мы направились к дому, я всё ждала, когда Давид озвучит свои условия, но он молчал.
Специально изводит меня!
Мы прошли в дом, Давид направился на второй этаж, — идём, в ванной есть перекись и пластырь. Надо промыть твою руку.
Я не считала, что такая маленькая царапина стоит пристального внимания, но, похоже, Давид совершенно иного мнения на этот счёт.
Оказавшись в ванной комнате, Давид открыл шкафчик над раковиной и достал оттуда небольшую аптечку.
Я стояла рядом, наблюдая за его простыми действиями.
— Дай руку, — скомандовал он, и я подчинилась.
Давид коснулся ваткой, смоченной в перекиси, моей руки.
— Ай, больно, — обиженно сказала я, дернув рукой.
— Не будешь лазить по деревьям, — отозвался мужчина, а затем поднёс мою руку к своему лицу и нежно подул на ранку.
От его простого действия по телу прошла мелкая дрожь. Я прикрыла глаза и втянула в себя воздух. Мне не нравилось, что в присутствии этого мужчины со мной творится что-то невероятное. Чувствует ли он тоже самое по отношению ко мне? Я украдкой посмотрела на Давида, но он был сосредоточен исключительно на моей ранке на руке, словно сейчас нет ничего более важного.
— Завтра приедет моя мать и сестра и я хочу, чтобы ты вела себя достойно.
Я не сразу вернулась к реальности.
— Что? — переспросила я.
— Мать и сестра. Это мое условие, которое, как ты помнишь, ты обещала выполнить. Никаких разговоров о похищении, лазанию по деревьям и прочих глупостях. Ты моя гостья или девушка, если пожелаешь, посмотрим, как пойдёт.
Я застываю, сверля Давида пристальным взглядом.
— Опять гости? — говорю я первое, что приходит на ум.
На самом деле я ужасно разочарована, что мои тайные желания не оправдались.
— Не любишь гостей? — бросает он.
— Странный ты похититель, держишь меня тут, а к тебе постоянно кто-то приходит. Может кто-то из этих людей пожелает мне помочь? — сверкаю глазами.
— А кто сказал, что я похититель? — отзывается он, затем скидывает всё обратно в аптечку и направляется к двери.
— Я буду внизу, а ты можешь помыться, взгляни на себя в зеркало, — на его губах заиграла улыбка, а затем он вышел, закрыв за собой дверь.
Помыться, мысль неплохая, мои волосы превратились невесть во что, да и сама я похожа скорее на чумазого чертенка.
Мысль о горячем душе приятно будоражит кровь. Благо, что здесь есть душ, помимо ванны. Принимать ванну, находясь в доме незнакомого человека, я бы не решилась. Всё таки это процесс долгий, пока её наберешь…