По обоюдному согласию (ЛП)
Я кивнула, глядя на него снизу вверх, когда он протолкнул свой член обратно в мое горло.
Он ударил по спине, и я почувствовала, как у меня сжались мышцы горла. Мои руки сжались на его бедрах.
— Сделай глубокий вдох и постарайся не думать об этом, — сказал он, глядя на меня сверху вниз. Мои глаза встретились с его. Я глубоко вдохнула и расслабилась. Хаас нашел свой момент и засунул себя глубже, когда мои глаза наполнились слезами от его глубины.
— Не думай об этом… просто дыши через нос.
Он сцепил обе руки по бокам моего лица и врезался в меня, когда его бритый пах ударил меня по носу. Никогда еще ни один мужчина не засаживал свой член так глубоко в мое горло.
— Я собираюсь кончить, — пробормотал он, но я не отстранилась. Вместо этого я сомкнула свои губы вокруг его члена. Его вена пульсировала под моим языком, и я почувствовала, как его теплая бархатистая жидкость полилась в мое горло, когда он вышел.
— Подои меня.
Он отстранился, и я затянула его, позволив его последним струям выстрелить мне в рот, когда я проглотила его сперму. Он опустился передо мной на колени, и его рот завладел моим. Я приоткрыла губы и позволила его языку вторгнуться в мой рот. Он прикусил мою нижнюю губу, прежде чем отстраниться.
— Я чувствую свой вкус на твоем языке.
Его губы снова встретились с моими, и я застонала, когда его язык закружился у меня во рту. Я приподнялась на коленях и толкнула свой таз в его пах, где я могла чувствовать, как его полутвердый член прижимается к моему телу. Пейтон оторвался от моих губ и слегка прикусил мой подбородок, его зубы скользнули по моей коже. Я наклонила голову набок и обнажила шею. Мои руки обхватили его голову и вцепились в волосы, пока он покрывал влажными поцелуями мою шею… ключицу… Его пальцы потянули за ворот моей рубашки, обнажая плечо, и Пейтон нежно поцеловал его, прежде чем прикусить.
— Блядь! — Я застонала.
— Моя, — ответил он, повторяя путь, который он оставил своими поцелуями. — Даже если это всего на одну ночь. — Он поцеловал укушенное место на моем подбородке и отстранился, его глаза горели желанием. — Ты все еще готова к этому?
Мой язык скользнул по распухшей верхней губе.
— Да. — Я кивнула.
Поднявшись с пола, Хаас потянулся к моей руке. Как только я взяла его за руку, я поняла, что приближаюсь к самой умопомрачительной ночи секса в моей жизни.
— Иди за мной, — сказал он.
Я вскочила на ноги и последовала за полуобнаженным Адонисом. Когда он повернулся к своей спальне, я не смогла сдержать слов, которые сорвались с моих губ.
— Без комнаты для секса?
— Не сейчас. Сначала ты нужна мне здесь. — Он потянул мое тело вперед, заставляя меня упасть прямо в его объятия. Его голодный рот накрыл мой, и одна рука вплелась в мои волосы, а другая сжала мою попку.
Мои руки прошлись по его телу. Обернув их вокруг его шеи, я углубила наш поцелуй. Его язык танцевал с моим, пока кислород покидал наши легкие.
Он притянул меня к себе, остановившись только тогда, когда его ноги коснулись кровати. Разделив наши соединенные губы, он положил обе руки на мое лицо, заглядывая глубоко в мои глаза.
— Я хочу тебя, Брейлин. Всю тебя. Эта комната … Я никогда не… Никто другой… — Казалось, он на мгновение запнулся на своих словах, но я думаю, что поняла, о чем он говорил. Прежде чем я успела ответить, он двинулся дальше, снова уверенный в себе. — Скажи мне, что для нас нормально не использовать защиту. Скажи мне, что я могу похоронить себя глубоко внутри тебя. Скажи, что я могу заявить на тебя права. — Его руки откинули мои волосы назад, а затем обхватили ладонями мое лицо. — Я всегда защищаюсь, но я хочу чувствовать тебя, всю тебя.
Мое сердце пульсировало, соски затвердели, а груди налились тяжестью.
С последним остатком кислорода, который у меня остался, я ответила:
— Я чиста. Я принимаю таблетки. Возьми меня, Хаас. Заяви на меня права. Я твоя.
Он ничего не сказал.
Как только слова слетели с моих губ, он перешел от требовательного к сладкому.
Мое тело не возражало против его биполярных наклонностей.
Положив руки на мое лицо, он яростно поцеловал меня, его нетерпение проникло в мое тело, прежде чем он смягчил поцелуй и отстранился. Хаас поцеловал меня в губы, в уголок рта, в щеку, затем добрался до уха, покусывая мочку, прежде чем поцеловать мою челюсть до горла. Скользнув вниз по моему телу, он поцеловал мое плечо и грудь, прежде чем опуститься на колени.
Я сбросила туфли-лодочки, опустившись для него на три дюйма, и его руки потянулись вверх и спустили мои леггинсы вниз. Остались только стринги. Глаза Хааса засияли, когда он провел руками вверх и вниз по моим ногам. В них я видела все, что он не говорил. Я провела руками по его взлохмаченным волосам, прежде чем обхватить ладонями его щеки.
Его кожа прижалась к моей ладони. Он повернул свое лицо и запечатлел мягкий, влажный поцелуй на моей коже. Хаас положил руки мне на бедра и задрал рубашку, медленно поднимаясь и прокладывая поцелуями дорожку вверх по моему телу.
Моя рубашка была отброшена за его спину вместе с его. Я стояла перед ним в одном лифчике и трусиках, и его обнаженное тело блестело в свете и тени от Манхэттена внизу. Я начала покусывать нижнюю губу, ожидая его прикосновения. Он был таким грубым и требовательным в фойе, а сейчас стал страстным и нежным.
Хаас убрал прядь волос с моего лица; легкое прикосновение его кожи к моей было электрическим, и мое тело снова растаяло для него.
Его сильные руки потянули меня вперед, поворачивая так, чтобы моя спина была прижата к его груди. Убрав мои волосы с плеча, он поцеловал меня в шею, покусывая и посасывая, пока вел нас к кровати. Каждое движение было плавным, почти ласковым и, казалось, было стратегически спланировано.
Когда мои колени коснулись матраса, Хаас поцеловал меня в лоб, прежде чем подтолкнуть вперед. Я заползла на кровать, влага скапливалась у меня внутри, пока я молилась о его прикосновении.
Его руки глубоко впились в мои бедра, когда он притянул меня к краю кровати. Хаас присел на корточки и потер обеими ладонями мои ягодицы. Его губы массировали путь от одного полупопия к другому, в то время как его руки крепко держали меня. Мое сердце бешено забилось и загудело, когда его ногти задели мою кожу. Моя щека прижалась к его мягкому пуховому одеялу, когда я приподняла свою задницу выше для него. Его нос прижался к моей щелке, когда он поцеловал мою сердцевину поверх трусиков. Он отстранился, и я почувствовала, как он встал. Поток воздуха ворвался в мои легкие, когда я ожидала его следующего движения, его следующего прикосновения. Не было ничего такого, чего бы я не позволила ему сделать со мной прямо сейчас. В этот самый момент я принадлежала ему.
Его руки на несколько мгновений задержались на моих бедрах, прежде чем он опустил стринги. Я приподняла каждое колено для него, и когда его руки раздвинули мои увлажнившиеся губы, у меня вырвался тихий стон. Я оттолкнулась от его рук, молча умоляя его. Он переместил руку к моему другому отверстию, и его большой палец слегка надавил туда, прежде чем продолжить движение вверх по моему позвоночнику. Его рот последовал за ним, оставляя влажную дорожку за рукой. Его проворные пальцы расстегнули мой лифчик, и он поцеловал мое плечо, когда он упало с меня. Его руки обвились вокруг, обхватывая мою грудь.
Мои соски затвердели, когда он ущипнул их. Его руки нащупали мои бедра и потянули, подтягивая меня к себе, так что мы оба оказались на коленях на его кровати. Его губы нашли мою шею и убрал рук с моих бедер. Я выгнула спину, подставляя обе свои груди и набухший клитор его блуждающим ладоням.
Его зубы прикусили мочку моего уха, прежде чем он прошептал:
— Я планирую быть похороненным глубоко внутри тебя всю ночь.
Предвкушение убивало меня.
Пейтон притянул мое лицо к себе, и его идеально очерченные губы прижались к моим, его твердая эрекция пульсировала напротив поясницы. Прервав поцелуй, я снова надавила на его член, и его рука оторвалась от меня, чтобы расположить его кончик у моего отверстия. Мои влажные складки скользнули по его головке, и я почувствовала, как мое тело открылось для него, его толщина заполнила меня. Его ногти впились в мою кожу, а губы прижались к моей шее, когда он еще глубже вошел в меня. Хаас подтолкнул мою голову к кровати, затем поцеловал верхнюю часть моей спины, когда его член раскрыл меня шире, каждый толчок приближал меня к кульминации.