Наемники бродячих островов. Том 2 (СИ)

Повезло, так повезло!
— Ты ничего тут не оставил? Не забудь мой маскхалат.
Удалившись от городской черты на пару сотен метров, две тени побежали по ночным полям. Где-где, а среди зелёных ржи и пшена, ночью горожанам делать было нечего.
Ещё через два часа, парочка вышла на холм, на склоне которого находился их дом.
Там Кеншин заставил ещё пол часа просидеть в кустах. Следовало убедиться, что на улице нет бодрствующих соседей.
И вот, наконец, они зашли на чердак своих временных чертогов. Снизу раздался стук. Кто-то из товарищей бил в потолок.
Кен тут же дал ответный сигнал, протопав незамысловатый ритм.
— Спускайтесь. — донёсся шёпот Даджоя.
Ну как шёпот… Его шёпотом в пору стада медведей распугивать!
Но соседи всё равно вряд ли услышали через стены.
— Ну шо? — с ходу вопросил Батя.
Никто из наёмников не спал. А, на всякий случай, ещё и при доспехах все были. И это — в абсолютной темноте.
— Всё. — коротко доложил Кен.
— Ай, молодэць! — расщедрился на похвалу командир отряда. — Так, вы вдвоём спать, остальные по очереди караулим. Из дома в снаряжении не выходим. Рассветёт — вообще снять, не приведи Свет, кто-то заметит.
* * *
Попав в спальню, наёмники закрыли ставни и рискнули зажечь лампадку. Только тогда Макс понял, на сколько тяжело его наставнику далось длительное погружение. Белки глаз Кеншина были полностью красными!
Что до пояса, степняк так и не сумел отцепить его себя и теперь планировал разобраться, в чём же дело. Но, ни на первый взгляд, ни на второй, обнаружить проблему не удалось. Сегменты, те самые трапеции, словно заклинили кожу комбинезона между собой. При этом — всеми стыками одновременно! В подвижности звенья не потеряли — болтались всё также свободно. Но и сидели так плотно друг к другу, что не давали рассмотреть, что же там могло зацепиться…
Внимательно изучив странность, наёмники не нашли очевидных подсказок к её разрешению. Кожу решили просто выдернуть силой. В конце концов, что с ней может случиться?
Увы, случилось.
Макс тянул за конец пояса, а Кен придерживал комбинезон. Там, где пластины зажевали кожу, обнаруживались небольшие рваные отверстия. Продолговатой формы, примерно три на пол сантиметра каждое.
— Как это? — не понял парнишка, рассматривая дыры. Ну хоть стало ясно, почему комбинезон дал течь.
Вместо ответа, степняк достал нож и попробовал поковыряться между сегментами. Проверил один, другой, третий… Ничего. По очереди прошёлся между всеми пластинами. Результат — тот же, ни кусочка вырванной кожи.
— Смотри! — чуть не в полный голос воскликнул Макс и ткнул пальцем в ровный рядок дырочек на исподнем. Порванными оказались два слоя из трёх, а отверстия в точности повторяли имеющиеся на коже снаружи
Кен поднял пояс перед собой, бляхой до уровня глаз и придирчиво осмотрел с обеих сторон. Затем, предложил его ученику. Парень принял сбрую, но его рука тут же просела вниз, от неожиданной нагрузки. Веса стало раза в два больше!
— Похоже, он полый внутри. Воды набрался. — предположил Кеншин.
Макс сразу потряс поясом. Звука бултыхающейся жидкости не раздалось, только металлическое позвякивание звеньев. Мужчины переглянулись.
— Значит, внутри пористый наполнитель. — снова заключил степняк. — Бездна с ним, брось. В баню пойдём завтра, если сильно потел — мокрым полотенцем оботрись…
Юноша принял совет к исполнению. Только раздеваясь, он обратил внимание, что глаза потяжелели, а рёбра болят от долгого лежания на земле. А стоило сесть на кровать, как силы и вовсе стали утекать неудержимой рекой… Одной из тех, про которые рассказывал наставник.
Тот, в свою очередь, полностью разделся и ещё с десяток минут обтирал тело от жира. Когда были испачканы два полотенца, в ход пошло какое-то ароматное спиртное, настоянное на травах. И затем ещё одно полотенце.
— Всё. Спокойной ночи. — Кен задул лампадку, скрипнула его кровать.
В темноте, Макс начал буквально проваливаться в забытье. Дало о себе знать нервное напряжение за день. Да и за все прошедшие недели тоже.
 
Не было ни тяжёлых размышлений, ни фантазий с грёзами. Вместо них, головой овладела самая приятная из возможных мыслей: больше не нужно следить за кем-то ночами на пролёт… Не нужно… Нужно только спать…
Сквозь дремоту, Макс услышал, как снова скрипнула кровать наставника. А затем раздался какой-то шорох.
— Что ты делаешь? — спросил в темноту парень.
— Пояс в твою кольчугу заматываю.
— Зачем?
— Не знаю. Странный он.
А затем и вовсе вынес свёрток из комнаты и оставил лежать в коридоре.
* * *
Кена с Максом разбудили только к завтраку.
— Вы чего железками разбрасываетесь? — спросил Батя, вытирая тарелку хлебным мякишем.
Джоя вопрос тоже заинтересовал. Ночью, в свою смену караула, он обнаружил в коридоре свёрток. Трогать по темноте не стал, подозревая какие-нибудь фирменные штучки Кеншина.
Тот, в свою очередь, рассказал о продырявленном костюме для ныряния. Кожаный комплект сушился на первом этаже дома, так что убедиться в странности могли все желающие.
— Ну и ещё он воды набрал. Она, кстати, до сих пор не стекла.
Наёмники переводили подозрительные взгляды с товарища на латный пояс. Удивляться или спорить никто не стал. Свежи ещё были воспоминания о ванне и дымоходе, забитых костями.
Одной лишь бездне известно, что у этих древних в головах было, чтобы такое с мертвецами наворотить.
— Чао, соседи! — над забором появилось улыбающееся лицо соседского фермера.
— И Вам не хворать. — поздоровался за всех Батя.
— Я это… На базарной площади то был с утра пораньше, новости слыхал! Ночью синьор Арканджело Свету душу отдал.
— Как так?! — командир наёмников аж подпрыгнул от удивления.
— Э-э… — сосед осёкся. Кажется, до него дошла неуместность собственной улыбки. Ведь капитан карабинеров был одним из нанимателей этих воинов. — Всяко говорят, синьор Серж. Вроде как, во сне пеной захлебнулся.
— Ох беда-беда… А мы только баньку натопить хотели, да в таверну вечером сходить.
— Топите, синьор, не переживайте. Но на счёт таверны — даже не знаю… Боюсь, что сегодня там попросту не будет мест! — снова поймав на себе неодобрительные взгляды, мужчина попрощался и поспешил домой.
* * *
Ещё трижды на огонёк заглядывали другие обитатели улицы. Народ с каким-то ненормальным рвением спешил разнести печальные вести о покойном чиновнике.
Что примечательно, все сплетники были в прекрасном расположении духа.
— Это как же надо было людей достать? — удивился Макс, опускаясь в купальню по горло.
— Как и обычно. Как и везде. — Кеншин уже четверть часа натирал тело пучком травы и дегтярным мылом.
Снаружи донёсся девичий голос:
— Кис, кис, кис! Синьор Рим! Кис, кис!
— Мау! — весьма натурально мяукнул Макс и нырнул под воду.
Кеншин лишь покачал головой. Ну а что сказать? Парню всего шестнадцать. Хотя семнадцать уже через два месяца. Повзрослеть рано пришлось, вот и простреливает порой детство в одном месте…
Прежде чем степняк понял всю глубины подставы, Венга успела шагнуть через порог. Девушка извинилась, отвела глаза и всё же попыталась найти кота.
— Его здесь нет. — лучше бы Кен молчал…
— В смысле? Ты… ТЫ! Ты зачем мявкаешь?!
— Это не я.
— А кто? Друг твой маленький?!
— Да. — Кеншин кивнул, но тут же осёкся, — То есть, нет! Не тот друг. Стоп! Чего это он маленький?!
— Дурак!!! — громко топнув, девушка удалилась.
Когда Макс вынырнул, ему в лицо прилетела мочалка.
Красный от стыда и натирания, Кен тоже уселся в купальню. Сперва он плеснул водой на ученика. Но, встретившись с ним глазами, проникся выходкой и беззвучно рассмеялся.
Парнишка тоже улыбался. Ему нравилось видеть наставника расслабленным и без скорлупы роковой серьёзности. Увы, последний раз он был таким после убийства хашашина в Стиллролле. И вот опять…