Попаданец в Скайриме (СИ)

Да, раз уж речь пошла о школе разрушения, то будет уместным упомянуть о том, что преподавателем и, своего рода «начальником кафедры» являлась эльфийка-альтмерка Фаральда, что встретила меня на входе в Коллегию. Не то чтобы я расист-националист… но всегда удивительно встретить альмера в Скайриме, в контексте прогремевшей Великой войны между Альдмерским Доминионом и Сиродильской Империей. Их не много, но есть. А вот встретить на руководящей должности…
Отдать должное, у альтмеров значительная предрасположенность к магическим искусствам. Их больше в процентном отношении к численности населения, они быстрее и легче учатся, да и банальный запас сил у них больше.
Фаральда… не особенно была склонна распространятся о своем прошлом и о причинах побудивших ее приехать в Скайрим. Упомянула, разве что, что под властью Талмора стало недостаточным просто быть альтмером, чтобы комфортно жить на своей Родине. Решающую роль стала играть «чистота крови». Наличие предка не-альмера даже в двадцатом колене автоматически определяет тебя как гражданина «второго сорта» и закрывает для тебя путь к карьере и вообще, сколько-нибудь достойной жизни. А попытки как-то возразить, поставить под сомнение существующую систему могут стоить имущества, свободы, а нередко и жизни.
Да уж… Весело у них. Тут мне сразу вспомнился Малборн. При таком отношении к соотечественникам, пренебрежительно-брезгливом к ближайшим родичам — босмерам, которым уготовили участь прислуги, представляю как они относятся к людям…
Впрочем, оценить это мне доводится едва ли не каждый день, когда я сталкиваюсь с «эльффюррером» Анкано, как я его прозвал. К слову говоря, предмет обожания Нирии, тоже альтмерки, заместительницы Фаральды и по совместительству стервы-соперницы.
Когда они находятся в одном помещении, то в воздухе сразу начинает пахнуть грозой и кажется, что царящее между ними напряжение во-вот пробьет воздушный промежуток и превратится в молнию.
К чёрту бабские склоки. Вернемся к Анкано. Формально он считается «советником Архимага», но вполне очевидно, что уж в чём-чём, а в его советах архимаг не нуждается. Задавать в лоб вопросы вроде: «А какого даэдра он тут делает, шпион Талморский?!» я счел нетактичным, но «прощупав почву» намеками и брошенными вскользь фразами выяснил, что назначение сюда, в Коллегию, Анкано — шаг насквозь политический, навязанный архимагу фактически в приказном порядке из Синего Дворца.
Грубо говоря, его официальная цель — убедится, что тут не готовят боевых магов для новой войны с Альдмерским Доминионом. По факту же он и ведет себя не как «Советник Архимага», а как «Наставник Архимага», Владелец и Господин всего и вся, белый человек в африканской деревне, отягощенный своим долгом нести культуру дикарям и доносить о них Истину о превосходстве Высшей расы.
Ситуация до боли напомнила мне сцену в посольстве, где Эленвен и Компания практически прямым текстом доносили до гостей мысль о том, что время Империи миновало и пора выстраивать отношения с новыми Владыками Мира.
* * *
Где-то через две-три недели жизнь наша студенческая вошла в свою колею. Пробуждение, завтрак, после завтрака Сульга шла на занятия, а я углублялся в книги, потом встреча на обеде и снова учеба. Вечером обсуждали события прошедшего дня, предавались воспоминаниям, ну и нехитрым супружеским радостям.
В целительстве, Сульга, прогрессировала едва ли не быстрее меня. Впрочем и в остальных областях была не полным нулём. Те же свечи вполне могла зажечь и потушить магией, что для такого времени обучения вполне хорошо.
Касательно исцеления, на свою беду, подсказал её новое направление — косметическое целительство, как некий аналог косметологии и пластической хирургии. Женщины… они везде женщины, а скайримский быт не богат на питательные крема, скрабы, тоники, тушь, помаду и прочую алхимию, что всегда была превыше моего понимания.
Кроме того, она вместе с Колеттой Маренс, взялись разрабатывать процедуры лечения угревой сыпи, бородавок, родинок, и других дефектов кожи лица, а так же избавления от шрамов и рубцов от ожогов.
 
Казалось бы, эка невидаль — пол лица в ожогах! В Скайриме мужик без шрамов — не мужик. Некоторые говорят, что видели всадника вообще без головы и ничего — не комплексует. Но тут уже и Сульга на меня насела, мол не дело, когда разрабатывается такая тема, а дома подопытный, в смысле — подходящий по теме исследования пациент без дела валяется! Да и Колетта (котлета) Маренс тоже взялась в уши жужжать…
Я то и сам, пожалуй, мог бы избавится от этих рубцов… Не в эстетике тут дело… Блин, какая-то идиотская убежденность, что избавившись от шрамов я предам память Лидии. В итоге, в качестве компромисса позволил экспериментировать с рубцами на моих руках и плечах, сославшись на то, что технология сырая, мало ли что пойдет ни так, пусть уж сначала пробуют на прикрытых одеждой участках кожи.
К слову, руководительница кафедры Восстановления — Колетта, типичный «сапожник без сапог». Нет, физически полностью здорова, а вот психологически — невроз на неврозе и «комплексом неполноценности» погоняет.
Причем работает это все по принципу самоисполняющегося пророчества, когда её неуверенность в себе вызывает пренебрежительное отношение к её факультету, а такое отношение лишь подкрепляет её комплексы.
Принижение школы Восстановления отчасти обусловлено тем, что в Скайриме функции целителей во многом взяли на себя жрецы. Ну и благодаря алхимии целебные снадобья широко доступны, так что отсутствие профессионального мага-целителя во многих случаях не является проблемой.
Слух о косметической магии уже начал гулять по женской половине коллектива Коллегии, а то, что Колетте удалось избавится от родинки на щеке лишь подбросило дров в печь женского любопытства. Как я узнал от Сульги, уже начал формироваться список очередности доступа к процедурам коррекции.
Ну и как тут без интриг? Колетту Маренс задабривают, соперниц топят, у зеркала с надрывом вопрошают — «Я ль на свете всех милее?!» В общем, национальный женский вид спорта, по итогам которого авторитет Колетты взлетел в космос, ее самооценка неверяще выглянула из-за плинтуса и начала привставать с колен.
Ну и, само собой, на Сульгу, как на ученицу-ассистенту так же упал отблеск славы и расположения, что она, отдать ей должное, воспринимала с юмором и иронией, нисколько не выпячивая свою роль во всем этом и то, что авторами идеи были мы с ней.
Так же я занимался и с Толфдиром, но не по общеобразовательной программе, а по его специализации — школе Изменения. В заклинании трансмутации, которое так же относилось к этой школе, число двадцать один, а именно столько итераций нужно было сделать, чтобы превратить железо в серебро и число тридцать два (серебро в золото) — были «священной коровой».
Существовало даже заклинание, позволяющее за один раз перепрыгнуть 21 или 32 шага, правда оно требовало прорву энергии, но позволяло перепрыгнуть через неудобные преобразования твердых веществ в газы, а газов обратно в твердые вещества или жидкости. Раз, и кусок железа стал слитком серебра, восстановил энергию и снова — раз, и серебро стало золотом.
Хм… в голове промелькнула интересная мысль, но тут нужна тайная лаборатория. В Коллегии я такие эксперименты проводить не буду. И из соображений секретности и из соображений безопасности.
Родственным «Трансмутации» оказалось заклинание «Водного дыхания». Оно преобразовывало углекислый газ в легких в кислород. Достаточно закрыть рот и раз в минуту (или чаще) применять его на себя и можно находится под водой сколько угодно.
 
Ну а «Дубовая плоть» мне показалась родственной «Оберегу». Разве что, если в случае с «Оберегом» просто часть духовного тела насыщалась энергией, то тут душа сначала втягивалась в границы тела, а потом уже её внешний слой насыщался энергией и в каком-то смысле соединялся с кожей. В результате тело не теряло подвижности, но кожа приобретала прочность келавра.
Как и «Оберег», приём весьма энергозатратный, но в определенных условиях позволял магу бросаться с кинжалом в руке в ближний бой, не опасаясь за сохранность своего тела, по крайней мере те несколько секунд, на которые хватит энергии, чтобы поддерживать такую защиту.