"Фантастика 2024-41". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
— А что сделать-то?
— Пожелай вернуться домой.
Тар озадаченно потер лоб, и вдруг мир вокруг нас стал меняться, съеживаться, пока я не узнала комнату, из которой мы переместились в иллюзию. Эх, жаль. Мне будет очень не хватать этого кусочка реальности, созданного моим… мм… моим подопечным.
Невеселые мысли перебил голос князя Сапфир, уже пробудившего переход:
— Шайтаар, мы с твоим отцом постараемся вернуться к урочному дню. Нет! Мы вернемся. Лайла, береги его!
Шаг, и его не стало. Элекзил обнял Тариймаар и подошел к сыну.
— Тар, с тобой ничего не случится. Я знаю это. Такие, как ты, просто так не уходят и… и не приходят! Мы встретимся. Обязательно. — Сжав его плечи, Элекзил, не произнеся больше ни слова, ушел вслед за князем в пыльный смерч.
Васиэль кашлянул, разбив в клочья повисшее молчание.
— Ну я, пожалуй, тоже пойду. — И криво улыбнулся Тариймаар. — А все-таки ты, Томочка, неправа!
— Интересно в чем? — Тамара, как мне показалось, с трудом отвела взгляд от рассыпавшегося горсткой пепла перехода.
— Ну… — Архангел неловко коснулся едва видимой царапины на щеке. — С гостями, приносящими радостные новости, надо быть осторожнее в проявлении чувств.
— Хорошо, в следующий раз встречу тебя в броне! — Тамара шагнула к нему, и я с изумлением увидела, как сам хранитель Справедливости Лазури отпрыгнул от нее и, едва не сбив меня с ног, трусливо исчез.
— Вот это дрессировка, ма! — Тар расхохотался и, обняв ее, прижал к себе. — А скажи, тебя все архангелы боятся?
— Не все. — Улыбаясь, она подняла на него лучащиеся нежностью глаза. — Но поверь, родной, этот стоит многих. Я вас еще потом познакомлю. Поближе.
— Э-э-э… — Я отчего-то почувствовала себя лишней. А действительно: стою как пенек. Только глазками моргаю. Да и как не моргать, столько всего узнала, что даже не укладывается в голове! — Пойду приготовлю чай.
— Лучше кофе. — Тамара наконец соизволила обратить на меня внимание. — Кстати, э-э-э… Лайла, кажется? Пойдемте-ка все вместе на кухню. Я так давно не была в этой квартирке, что с удовольствием сделаю кофе сама. Для всех.
Пройдя по коридору, я первой шагнула в кухню и, застав царящий там разгром во главе с окончательно растаявшими, валяющимися под столом пельменями, лишь вздохнула. Неблагодарная это работа — быть хранителем. Пришлось применить все знания и призвать ангельскую силу, чтобы секунду спустя здесь все блестело.
— Хм. — Войдя следом, Тамара огляделась. — Тар, ты пользуешься услугами домработницы или у тебя в крови проявилось бабушкино педантство? Та тоже терпеть не могла грязную посуду и творимый мною в избытке бардак. Наверное, поэтому они с отцом и выселили меня в двадцать лет в самостоятельную жизнь. — Она невесело усмехнулась. — Как давно это было… Да и было ли?
— Ма… — Тар уселся на диванчик. Казалось, моих стараний он даже не заметил. — Скажи, а после смертной жизни реально вспомнить то, что было с тобой?
— Конечно! — Тариймаар последовала его примеру, уселась напротив и накрыла ладонями его руки. — Допустим, я несколько лет жила воспоминаниями об этой жизни. Воспоминаниями о тебе, о родителях. Вот бы и их как-нибудь найти? Правда, Васиэль говорит, что они ушли в новые перерождения… хотя ему лучше не верить. Ведь он почти двадцать лет говорил то же самое о тебе! — Она улыбнулась сыну и перевела взгляд на меня. — Лайла, а ты что стоишь? Хотела делать кофе — так делай. Надеюсь, ты знаешь, где его искать?
От неожиданности я растерянно поморгала.
— Вообще-то я хотела сделать чай, а вы… ты…
— Никогда не пила эту гадость, — невозмутимо перебила она меня. — Кофе больше похож на смолу… Да, и положи мне три ложки сахара.
— Так это вы же хотели его варить! — Нет, ну какая короткая память!
— Возможно, но не могу же я потратить драгоценные минуты общения с сыном на готовку какого-то кофе!
— Если честно, я бы чего-нибудь съел. — Взглянув на меня, Тар усмехнулся, наверное оценив все те эмоции, которые сейчас оккупировали мое лицо. — Лайла, сядь. В холодильнике, насколько я помню, когда-то были сосиски. — Он поднялся и, открыв почему-то морозильник, заглянул в «вечную мерзлоту». — Ну точно! Вот они!
В его руке закачался целлофановый пакет с голубовато-белыми палочками.
— Эх, Васиэль бы оценил. Он такие получал на завтрак, а съедал на ужин, — хохотнула Тариймаар, разглядывая находку сына.
— Васиэль… мм… это кто? Хранитель Справедливости? — Я нахмурилась, пытаясь уловить нить, связующую меня с реальностью.
Воображение тотчас нарисовало невероятную картинку: сам хранитель Справедливости ест с рук этой демоницы замороженные палочки странного, неэстетичного вида, но то, что я услышала дальше, вообще отправило мой мозг в нокаут.
— Да какой он хранитель? Кошак он драный! Помню, получал у меня полотенцем, когда писал на тряпочке у двери.
Тар побренчал кастрюлями и, налив воду, поставил вариться будущий деликатес на зашипевшую плиту.
— Ма, — он снова сел за стол и без тени усмешки посмотрел в золотистые глаза матери, — после Огненной Чаши мне стал вспоминаться из прошлой жизни один эпизод… даже не эпизод, а… Вопрос можно?
Тамара нахмурилась. Не дожидаясь разрешения, Тар продолжил:
— Мне видится остров. Небольшой. Там иногда подолгу жили дикие фершехры, стояла маленькая деревня бесов и моя пещера… Почему-то я тебя почти не помню… тогда, в той жизни.
По мере того как он говорил, щеки Тариймаар бледнели, будто выцветали, а в глазах словно поселились сполохи пламени.
— Я ждала этого вопроса, но не думала, что ты задашь его так скоро. — Она бросила невидящий взгляд на меня и словно решилась. — Не знаю, говорил тебе кто-нибудь или нет, но в своем первом рождении в Красном мире я была дочерью Лучезарного. Это я спасла его от развоплощения, затеянного моими братьями, Сайдаргом и тем, кого ты зовешь дедулей. В обмен на это отец отдал мне корону Всевластия и возможность править Красным миром. Но братья не смирились с его последней волей, и вскоре Красный мир запылал. И именно в те черные дни у меня родился сын. Ты. В Лазури или в Красном мире редко когда рождаются новые души…
— Почему ты оставила меня жить на том заброшенном острове? Я мешал тебе? Мешал твоей карьере? — Голос Тара по-прежнему оставался невозмутимым, только в нем сквозила такая обида, что я, чтобы не встревать, решила перемыть уже чистую посуду.
— О чем ты говоришь, Тар? Я никогда не оставила бы тебя, если бы не обстоятельства. Когда мой город окружили войска братьев, я пошла в пещеру к глубинному дьяволу. Он — мудрость всего нашего мира, и именно он дал мне совет, как спасти мой город от разорения, а моих подданных от гибели, но… взамен он приказал увезти тебя подальше от столицы.
— А почему ты его послушалась? — Вода в кастрюле с сосисками давно закипела, и кухню заполнил на удивление приятный запах, но Тар, не обращая на это внимания, смотрел и смотрел на мать.
Опрометчиво подняв крышку, я выронила ее и сунула в рот обожженный палец. Тьма и бесы! Горячо! И ни одного полотенца!
Тариймаар отвела взгляд.
— Он сказал, что, если я не выполню его приказа, тебя ждет развоплощение в войне. Я спасла тебя.
— Спасла? — Тар усмехнулся. — Тем, что послушалась какого-то дьявола? Тем, что обрекла меня на изгнание?
— Ты не понимаешь, о чем говоришь. Его нельзя ослушаться. — Она поднялась, прошла к окну, попутно помогла мне, голыми руками подхватив и отставив в сторону кастрюлю.
— И что ты выиграла от того, что послушалась? Власть? Мир во всем мире?
— Я выиграла для нас будущее, сын, и не тебе меня обвинять. Именно благодаря мне корона Всевластия все еще принадлежит тебе. Ты единственный после Лучезарного, кто имеет над ней власть.
— Так, погодите. — Я нахмурилась, пытаясь поймать ускользающую от меня правду. — Имеет власть? Но ведь прошло столько лет… сменилось столько правителей… Как?
— Просто! — Тариймаар ловко слила воду и высыпала сосиски на подставленную мною тарелку. — Корона выбрала его. Он первый стал ее избранником после исчезновения Лучезарного, и он не отрекся от власти. Он всего лишь ушел, а королевой признали меня.