"Фантастика 2024-41". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Отец?
Дарн только сейчас почувствовал, как крепко впиваются в плечи Лизы его пальцы, но она стояла, даже не шелохнувшись.
Отец.
Совершенно непривычное, непонятное слово. Для него понятие «учитель» заменило его.
– Барт, ты называл нас братишками – ты знал?! Все знал с самого начала? – Голос Вейтра заставил Дарна вздрогнуть и словно впервые оглядеть тех, кто за эти дни действительно стал ему семьей.
– Дар предчувствия был у меня всегда. Не знаю, что это – талант, данный мне от рождения, или результат вековой спячки, но… я чувствовал твою кровь во всех нас. – Он взглянул на замершего в ожидании Гиша. – И… мне кажется… или был кто-то еще?
– Юден! – Имя казненного друга невольно сорвалось с губ Дарна. – Его сожгло солнце.
– Нет. Дарн, я всегда знал, как он был тебе дорог, и поэтому ничего не сказал, осознавая, каких безумств ты способен натворить. – Гиш тяжело поднялся. Теперь его лицо казалось старше, гораздо старше. – Юден не умер. В пустыне Западных Земель есть оборудованная база. Город. Только его защищает не купол, а кое-какие мои разработки. Там живут все, кого мы с Вейтром освобождаем от Системы. Они, в свою очередь, помогают нам освобождать все новых и новых рейвов. Туда я доставил и Юдена.
– Но в момент казни я сам видел в обзорные экраны, как он какое-то время шел, а потом упал – и его похоронили зыбучие пески.
– Все верно. Он вышел из города, дошел до назначенного места, и для всех… его поглотил песок. А потом, полгода спустя, его избранница исчезла из видимости Системы города. Вместе с младенцем – что было не так уж трудно. Код ставят лишь по прошествии тысячи дней от рождения.
– Так, значит, Юден жив? И ты до сих пор ничего мне не сказал?! И ты… – замялся Дарн, чувствуя, как странная обида топит разум. Он стиснул кулаки и принялся мерить шагами зал.
– Прости. – Виноватый голос Гиша только еще больше сгустил тучи у него в душе. Лучше бы он молчал! Молчал! Но учитель продолжал, и Дарну пришлось его выслушать. – Я не готов был открыть все свои тайны тогда. Я боялся подвергать вас риску, но жизнь заставила меня это сделать. По очереди. Барта я потерял первым. Затем настала очередь Юдена. Затем ты, Дарн, улетел в экспедицию. Я не держал тебя, потому что верил – ты вернешься, и вернешься другим, повзрослевшим, как и случилось. Последним я чуть не потерял Вейтра. Вы все вправе считать меня, как и прежде, – учителем, я не требую от вас любви, но я прошу помощи. Всех вас. Я должен исправить ошибку. Мы отвоюем Лутан.
– И каков твой план? – Дарн остановился рядом с братьями. – Что мы должны делать?
– Воздушный элемент, – вместо Гиша ответил Барт. – Мы заберем его у Сарафи и запустим Небесные зеркала. И когда к Лутану прибудут твари Альянса, а они прибудут, потому что вряд ли Правящие пойдут к ним на встречу с пустыми руками, и им придется спуститься на планету, которая, по их данным, вполне созрела для новой колонии шарбов.
– И тогда-то их будет ждать сюрприз! – хохотнул Вейтр.
– В точку. – На губах Барта появилась злая улыбка. – Они дохнут от кислорода, как от какого-то ядовитого газа.
– А почему тебя это удивляет? – снисходительно хмыкнул Гиш. – Просто они – другая форма жизни. Обидно не это, а то, что в такой громадной Вселенной они не нашли себе другой, менее разумной «пищи».
– Ну надо же что-то делать! Неужели столько миров не могут объединиться, чтобы дать им отпор? – Лиза наконец тоже устала быть просто слушателем. – Или многие не знают, что такое Альянс и чем закончится сотрудничество с ним?
– Многим планетам известно, что такое Альянс. Они как-то сумели держать нейтралитет и довольно успешно ведут дела. Есть даже такое понятие – Внешние торги, – парировал ее предложение Барт, чем заслужил взгляд исподлобья.
– Они ищут более слабые в развитии, неготовые к встрече с ними цивилизации, – взять тех же манолофов или кельторцев. Лутан, возможно, избежал бы своей участи, если бы мои братья не приняли предложения парламентеров, тем самым выказав им свою слабость. – Гиш вздохнул, помолчал и жестом пригласил подойти к терминалу. – Кто первый?
 
Лиза
Никогда не думала, что меня можно ТАК удивить! Слушая первую половину всеобщих откровений, я просто сидела, пытаясь соединить поток невероятной, а порой и просто непонятной информации в какую-нибудь более или менее удобоваримую картинку. Но после признания Гиша мне очень захотелось побиться об стенку. Желательно головой. Может, тогда все встало бы на свои места?
А самый неутешительный вывод оказался прост, но наотрез отказывался приниматься разумом. Я влюбилась в инопланетянина, который старше меня на насколько даже не лет или десятилетий – столетий! И я ни за что не променяла бы его ни на кого другого.
С такими мыслями я смотрела на Дарна, когда он после приглашения Гиша первым шагнул к черной пирамидке, и вдруг заметила взгляд Барта, слишком серьезный, чтобы быть случайным. Странный он. Непонятный.
Тем временем Дарн по приказу Гиша коснулся ладонью темной поверхности. Из темной глубины всплыли красноватые искорки и окружили малиновым сиянием его руку. Дарн дернулся, словно от удара током, и замер, запрокинув голову вверх. Казалось, прошла вечность, прежде чем Гиш решил прекратить его мучения и коснулся спрятанной сбоку кнопки. Дарн отшатнулся назад и, тяжело дыша, оперся на шагнувших к нему братьев.
Я подбежала к нему. Поддерживающие его парни расступились.
– Живой?
Он усмехнулся и, глядя мне в глаза, обнял за плечи:
– Более чем.
– Дарн, мало времени! – занервничал Гиш. – Не удивлюсь, если Шарам уже рыщет в городе!
– Я справлюсь. – Словно набираясь решимости, еще секунду я смотрела в мерцающие омуты его глаз, отстранилась и подошла к терминалу. – Что дальше?
Гиш указал на темную гладкую вершину устройства:
– Руку сюда.
Я подчинилась.
– Похоже на ту штуковину, через которую мы проходили, когда попали на вашу гостеприимную планету.
– Терминал регистрации? – Гиш вновь коснулся пальцами неведомой панели управления, и я почувствовала, как моя ладонь словно прилипла к лоснящейся черной поверхности. – Похоже. И ощущения похожие, только немного неприятнее.
Множество красных искорок всплыли из темной глубины, и я почувствовала, как сотни раскаленных иголочек впиваются мне в ладонь.
Немного?!
Я прикусила губу и зажмурилась, из последних сил стараясь не завыть. Еще чуть-чуть! Еще немного! Еще… Но казалось, прошла вечность, а иглы не переставали меня мучить, с упорством находя себе новые цели. И когда красный туман застлал глаза, а я уже не замечала собственных стонов, – пытка закончилась. Невероятная слабость тут же превратила мышцы в кисель, и я бы свалилась на пол, если бы не заботливо подхватившие меня руки.
– Все закончилось! Теперь ты свободна.
Я приоткрыла глаза и какое-то время смотрела на подбородок Дарна, затем взгляд поднялся выше – на его губы, как молитву вновь и вновь твердившие эти слова.
– Все закончилось. Теперь ты в безопасности. Ты свободна. Шарам больше над тобой не властен.
После я, кажется, даже на некоторое время потеряла сознание, потому что очнулась уже не в том полутемном зале, а в освещенной комнате на мягком полу, и чьи-то горячие ладони уютно поддерживали мою голову.
Рядом полукругом сидели Барт, Вейтр и Гиш и о чем-то приглушенно спорили. Я смущенно поднялась.
– Лииза? – В глазах Дарна плескалась тревога.
– Все хорошо! Правда. Я в порядке.
– А ты смелая, девочка. – Гиш смерил меня серьезным взглядом. – Многие бы согласились составить партию Правящему, нежели чем пройти через процесс стирания метки.
– У меня не было этого выбора. – Я улыбнулась, почувствовав себя вновь в кольце рук Дарна. Он со вздохом притянул меня к себе и прижался щекой к затылку.
Гиш отвел глаза.
– Итак. Шарам на пути сюда. Он уже знает, что дайну надо искать здесь. А еще он знает, что вы причастны к срыву экспедиции. А с вами и я. Скорее всего, он уготовил нам участь биоргов, чтобы и после нашей смерти мы служили ему, но… это удастся только в том случае, если он нас найдет, а пока он нас ищет – попробуем подготовиться к встрече с послами Альянса. Для этого нам нужно украсть Воздушный элемент.