"Фантастика 2024-41". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Эркмасс согласился и Шумон воздвиг над резиденцией градосмотрителя легкий решетчатый шпиль и в самом деле всего на два локтя меньше, чем кончик флагштока на Императорском дворце, что и подтвердила вызванная недоброжелателями особая комиссия двора.
Гэйль прославился — эркмасс вновь заставил говорить о себе, а Шумон под это дело смог прибавить к своей башне недостающие двадцать локтей, для того, чтобы без помех смотреть на звезды и полеты драконов….
Ветер раскачивал гамак, и в такт плавным покачиваниям приплясывали деревья на горизонте. Постепенно на него навалилась сонная тишина, и глаза сами собой закрылись. Поняв, что засыпает, он дернулся, словно лошадь, упрямо поднимая голову навстречу ветру, но тот качнул сетку, укладывая его назад, в сон…
И все же он получил вознаграждение за свое упрямство! Сквозь полусомкнутые веки он ощутил яркую вспышку, словно из-за туч на мгновение выглянул Лао.
Он рывком поднялся, сбрасывая сонную оторопь, и увидел, как над лесом расплывается красное пятно, словно кто-то умудрился забросить высоко в небо несколько пылающих горшков с нефтью. Шумон не успел придумать объяснения этому, как там же вспыхнуло еще несколько разноцветных огней. Яркие пятна цветного пламени разлетелись по небу и, озарив окрестности ослепительным светом, исчезли, поглощенные тьмой. Походило это все на то, что взлетевший в черное небо шельх вдруг ни с того ни с сего начал плеваться огнем. Такого, конечно в действительности быть не могло, но ничего другого Шумону на ум не пришло.
— Огнедышащий? — прошептал он. — Быть того не может!
Как лицо когда-то приближенное к Императору он слышал об опытах, которые проводились в питомнике по приказу еще отца нынешнего Императора — Аденты Эмирга. В сказках аттагов и болотных дикарей издревле рассказывалось об огнедышащих драконах, дыханием своим выжигавших целые селения. Время от времени эти сказки казалось, находили подтверждение — в лесу то тут, то там случались неожиданные пожары, сгорали селения, но когда разбирались кто в этом виноват — увы… А может быть и не «увы» вовсе, а даже наоборот. Во всяком случае, ничего не подтверждалось.
Как раз после нападения Злых Железных Рыцарей, когда нынешний Император наглядно увидел, что может сделать пара огнедышащих тварей, он приказал Шумону любыми средствами добиться поставленной еще отцом цели. Однако тогда ничего не вышло. Сколько ни бились в питомнике, но драконы плеваться огнем никак не хотели. Выход, конечно, нашелся — на зверей стали ставить небольшие метатели, но до сказочных тварей Императорским драконам было ой как далеко. Хотя… Время его службы во дворце давно миновало. Что-то могло и измениться. Воля человека и золото могут делать чудеса. То, что не получилось тогда, могло получиться сейчас.
Несколько мгновений он стоял, ожидая повторения, но ночь молчала. Не теряя надежды, он подпер голову рукой и, глядя в ночь, задумался.
Если сам он сумел сделать немало, то почему он должен отказывать в удаче другим? С тех пор, как он ушел с Императорской службы он-то сумел многое — написал новую книгу, создал школу и почти вплотную подошел к разрешению тайны парения. Это радовало, однако все достижения оборачивались своей темной стороной. И книга, и школа и его наблюдения за драконами стали поводом к ссоре с местной общиной «Братьев по Вере». Ничего нового или неожиданного в этом, конечно, не оказалось — просто имелся у Братьев свой взгляд на мир и очень они не любили тех, у кого взгляды отличались от их собственных.
Но пока его терпели. За ним еще витал незримый призрак былой власти. Запах Императорского дворца еще не выветрился из его одежды, но он помнил, что все в этом мире боится времени, а значит, рано или поздно, эта защита должна будет исчезнуть, как исчезает аромат засушенного цветка.
Он понимал это и старался не высовываться, не дразнить окружающих, однако если ты занимаешься тем, что не одобряет Братство, рано или поздно на тебя начинают смотреть с подозрением, не обращая внимания на прошлые заслуги…
 
Окрестности Имперского города Эмиргергера.
Атмосфера.
… Едва они миновали зону болот, как туман рассеялся. Сергей постеснялся бы утверждать, что видимость стала хорошей, но теперь, по крайней мере, он мог различить над чем они летят. Ночь выкрасила все в черно-серый цвет и только иногда под ними взблескивала вода, отбрасывая в глаза гостей невесть откуда залетевший луч света.
Обсуждать было нечего, и оттого они летели молча, только Сергей, глядя на радар, изредка комментировал то, что видел.
— Лес, болото, лес, камни, лес…
Удрученный однообразием ландшафта, Чен отозвался:
— Ты город не пропусти…
— Скажешь тоже…
Пролететь мимо города Сергей не боялся.
Во-первых, вычислитель исправно, каждые 10 секунд, запрашивал у прогрессорского маячка координаты, и тот давал направление, а во-вторых, уж каменные-то стены ни один радар не пропустил бы. Так оно и вышло, только вот когда незримый радиолуч нащупал впереди плотный каменный массив, они уже знали о том, что город рядом. На экране еще отражался лес и река, а в воздухе змейкой скользнул запах человека — запах дыма, пыли и нечистот. Сергей закрутил головой.
— Чуешь?
Чен несколько раз вдохнул полной грудью.
— Дым… — не очень уверенно сказал он. — Дым, кажется.
— Да не кажется, а именно, что дым. — Он повернулся к товарищу. — Вот тебе парадокс. Любая цивилизация пахнет дымом. Разница только в том, что жгут. Наша цивилизация пахнет горелым ракетным топливом. Здешняя — горелым деревом.
Философствовать Чен не захотел и коротко ответил:
— Лишь бы не горелым мясом…
Хоть и прошло уже столько лет с тех пор, когда он успокаивал тут взбесившихся киберов, а запах горелого мяса не забывался.
До земли оставалось чуть менее километра. Сергей включил фантоматическую установку и теперь, если бы кому пришла в голову мысль подняться посреди ночи и посмотреть в небо, увидел бы он там только небольшое облако, неотличимое от десятка других и не более того.
Во тьме, царившей на поверхности, город выделялся куском еще более мрачной темноты.
— Давай к дворцу…
Сергей кивнул, и они беззвучно поплыли к городской стене. Лепесток индикатора, вспыхивая зеленым светом, то сужался, то расширялся. Где-то впереди, на другом конце зеленого лепестка электронного пламени, сидел человек и ждал спасения.
Ждал их.
Первых аборигенов они заметили на городской стене. Редкие факелы не столько рассеивали темноту, сколько подчеркивали её. Между башнями, из одной глыбы мрака в другую, медленно прохаживались почти невидимые в темноте фигуры. С такой высоты они не могли видеть, чем те вооружены, но наверняка эти люди ходили там не с пустыми руками.
— Туземцы, — скомандовал Сергей. — Снять параметры. Запомнить, как «стражник».
Еле слышно пискнул сканер и информационный центр отрапортовал, что туземец категории «стражник» занесен в базу распознанных объектов.
Кроме редких факелов на стенах еще несколько, наверняка больше чадивших и вонявших, освещали площадку перед городскими воротами. Ориентируясь на них, Сергей, снизившись до двухсот метров, перелетел городскую стену. Начиналось настоящее веселье: темнота, стражники, незаконное проникновение на частную территорию!
— Все, — сказал Сергей. — Теперь наша фамилия — «Злоумышленники».
Чен почувствовал, что если б он мог отпустить руки от пульта, то удовлетворенно потер бы их одну о другую.
Метеоролог только чихнул. Снизу поднималась уже не лесная свежесть, а сухой воздух. Вместе с теплом от нагретых за день камней до них добрались запахи разложения и смерти.
— Ну и вонь!
— Это запах, а не вонь. Вот помню однажды в болоте…
Сергей дернулся, хотел, повернуться к товарищу.
— Погоди, — остановил его Чен. — Нам не туда.
Он показал направо, где половину неба загораживало какое-то здание. Сергей нехотя вернулся к своим обязанностям и сверился с индикатором.