"Фантастика 2024-41". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Лес прямо на глазах светлел.
Деревья больше не стояли сплошной стеной, и оттого казалось, что темнота вокруг них отступает, а света становится все больше и больше. В просветах между деревьями уже были видны силуэты гор. Темно-синими декорациями они загораживали близкий горизонт. Среди деревьев стали попадаться валуны, которые уже приходилось обходить.
Заведенные видом гор люди шагали до тех пор, пока не наткнулись на целое поле камней. Даже в полумраке поле было похоже на место битвы гигантов, где местные циклопы и полифемы, передравшись между собой, оставили на поле свои зубы до лучших времен.
Темнота резко, одним прыжком с неба овладела пространством. Волей-неволей пришлось остановиться.
— Ночуем? — задыхаясь, спросил Сергей. — Моя толчковая просит отдыха…
Земля под их ногами ощутимо уходила вверх. Было приятно сознавать, что каждый шаг делает цель их путешествия все ближе и ближе, но каждый шаг вперед был одновременно и шагом вверх. Тяжелым шагом.
— Пора бы, — согласился Мартин.
Он еще не сказал «да», а Сергей уже с кряхтеньем сбросил с плеч НАЗ и начал по-хозяйски оглядываться, выбирая место, где могли бы остановиться на ночь два пришельца из космоса.
На этот раз у них не было ни крепких стен «Новгорода», ни даже разбитой кабины дирижабля, но близость цели примерила их с неудобством ночевки в палатке.
Пользуясь последними минутами светового дня, они растянули на траве угольно-черное полотнище.
— Поберегись!
Мартин наступил на один из углов, и центр полотнища взлетел вверх. Что-то под ним хрустнуло, и палатка растянулась на появившихся изнутри ребрах жесткости. Забросив внутрь НАЗы, люди присели перед входом, глядя на открывшуюся панораму.
— С каждым днем все хуже и хуже… — сказал Сергей.
— Что «хуже»?
— Условия.
— Чем тебе плохо? — Мартин потрогал палатку. — Стены есть, крыша есть… Свежего воздуха навалом. Чего еще нужно?
— Два дня назад я имел свою каюту на корабле. Позавчера пришлось ночевать в развалинах «Новгорода», вчера — в развалинах безымянного дирижабля. А сегодня…
Он развел руками.
— Ты представляешь, где будем ночевать завтра? Лес вывел их на плоскогорье. Позади остались озера и заросли, а прямо перед ними поднималась ввысь могучая горная цепь, скорее всего та самая, которую Сергей видел с падающего дирижабля. До них было еще неблизко, но и издалека они заставляли смотреть на себя с уважением.
— Приятный вид, — сказал Сергей, уверенный, что штурман, как и он сам, смотрит на вершины гор. — Приятно видеть конец пути…
— Конец пути — начало приключений, — странно сказал Мартин. — Вот-вот начнется самое интересное.
Вспомнив о чем-то, он полез в НАЗ и начал оттуда что-то выуживать. Сергей и сам спохватился и вытащил из своего НАЗа банку консервов — нынешний ужин. Мартин же, поругавшись шепотом, достал переводчик. Пристраивая обруч на голове, объяснил:
— Если б не наша лень, мы уже сегодня могли бы использовать его.
— Добрый бы вышел разговор… — усмехнулся Сергей. — Да они бы нас поубивали!
Хотя тон, каким он произнес это, приглашал штурмана посмеяться над словами, сам он ничуть не сомневался, что именно так бы все и вышло, попадись они давешним морячкам в руки.
Мартин достал свою банку и не согласился:
— Ну, может, и не сразу… Как-то все же нам придется с туземцами договариваться.
— С какой стати? Сам же только что хотел «серыми мышками»…
— Горы — не лес. Там прямых путей не будет. Придется местных расспрашивать, дорогу искать.
Постепенно воздух вокруг делался все мрачнее и мрачнее.
Одна за другой погасли обе вершины, еще висевшие в темном небе, и наступила почти полная темнота. Несколько минут «новгородцы» молча сидели, думая о завтрашнем дне. Фигура Мартина, только что расплывшаяся темным пятном, вдруг обрела объемность.
— Луна, — сказал Сергей, подняв голову. Из-за леса выползал шар естественного спутника. Он был раза в полтора больше настоящей луны и света давал соответственно.
— Согласен, — откликнулся Мартин. Глядя на чужое небо, он вспомнил, что у планеты есть еще один спутник. — Пусть будет Луна. Только как тогда второй называть?
 
Сергей постучал пальцем по лбу. Мартин удивленно поднял брови.
— Спросишь у первого встречного туземца. За нитку стеклянных бус и железный топор он откроет тебе эту страшную тайну.
Мартин хмыкнул;
— Где их взять, бусы-то?
Планета, словно почувствовав Сергееву доброту и переведя их за это из разряда гостей незваных в разряд если уж не местных жителей, то хотя бы приличных людей, решила порадовать их тихим вечером. Такой вечер мог стать достойным завершением трудного дня.
Под лунным светом быстро, словно по волшебству, прогалина покрылась цветами. Воздух наполнился сладковатым запахом. Он не стоял на месте, а волнами плыл по поляне; казалось, что столбы лунного света, что двигались рядом с ними, словно ложки на длинных ручках, перемешивали медвяные ароматы.
То, что они видели, было настолько непохоже на все то, что жизнь показывала им с раннего утра, что даже Сергей зачарованно умолк.
Любуясь недалекими горами, освещенными лунным светом, и поляной, они долго молчали.
— Волшебное место, — наконец не выдержал Сергей. Лунный свет и аромат цветов будили в нем ощущение нереальности происходящего. — На таких полянах, должно быть, в полночь танцуют эльфы. Или гномы.
Мартин, уже начавший задремывать, зевнул:
— Или змеи… Странные у тебя ассоциации. Утром — драконы и разбойники. Вечером — эльфы и гномы.
— Почему странные? Реальные. Чудовище было? Было! Разбойники тоже.
— Надеюсь, что в этот раз ты ошибся.
— Чем тебе эльфы не нравятся?
— Я щекотки боюсь, — еще раз зевнув, сказал Мартин, — а вся эта мелочь наверняка любит щекотаться… Слушай, давай-ка спать…
Сергей, не отводя взгляда от цветов на поляне, отмахнулся:
— Спать… Такие, как ты, вообще ничего не видят и не чувствуют. Шкура у таких больно толстая. Мартин безучастно кивнул:
— Это точно. Я уже сейчас спать хочу, а не за привидениями наблюдать. А уж в полночь…
— К счастью, от тебя это не зависит. Мартин постепенно проваливался в сон, но голос Сергея вытащил его из полудремы.
— Что?
— Что слышал! Хочешь ты этого или нет, но ты и так уже участник чудесных событий.
— Это как понимать?
— А так. У тебя нет ощущения нереальности происходящего?
Мартин пожал плечами:
— Не понял.
— Ну, смотри…
Под заинтересованным взглядом коллеги Сергей начал загибать пальцы.
— Взрыв реактора — мы остаемся в живых. Посадка без приборов, на одной капитанской интуиции — отделываемся легким испугом. Авария дирижабля — у нас один синяк на двоих. Куртка эта еще…
Он потряс полурастопыренной ладонью.
— И это все? — на всякий случай спросил Мартин.
— Все.
— Эка тебя развезло… Идеалист. Разве это чудеса? — В голосе Мартина было ласковое пренебрежение. — Это все мастерство Мак-Кафли и отличная земная техника. Куда Как больше чудес окружало тебя и до прибытия на эту поляну…
Сергей ответил не сразу. Мартин был опытным спорщиком, специалистом в построении хитроумных силлогизмов и посылок так, что дискутировать с ним нужно было осмотрительно. Выигрывая время, он внимательно рассмотрел банки с полевым рационом и, только поставив их на саморазогрев, ответил:
— Только не надо о чудесах науки.
Мартин жестами показал, что об этом и речи быть не может.
— Ну, например? — спросил тогда Сергей.
— Например, я, — скромно сказал Мартин. Он перевел взгляд на банки, и их крышки одновременно отскочили, открывая исходящее паром мясос фасолью.
— Ты? — удивился Сергей, никак не ожидая от штурмана такого нахальства. — Какое же ты чудо? В лучшем случае ты редкость.
— Почему? — слегка обиделся Мартин.
Сергей подхватил свою банку, чуть не выронил, но удержал.
— Очень просто. Твои способности вполне объяснимы, и ничего чудесного в них нет. Грубо говоря, ты не эльф, не гном и…