"Фантастика 2024-41". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Из дыма, заполнившего площадку, вынырнули две фигуры. Они проскользнули между башенных зубцов и почти сразу превратились в невидимок — черные бесформенные балахоны делали их незаметными на фоне меняющих свою форму клубов дыма.
Внутри у Маввея что-то оборвалось. Предчувствие, что все еще может обойтись, пропало. Это были не простые воины Трульда, из тех, что бесхитростно орали что-то внизу и колотили тараном в ворота. Это были Проникатели — отряд специально обученных убийц, о которых в Империи ходило столько удивительных рассказов, что ни один здравомыслящий человек не взялся бы отделить в них ложь от правды.
Теперь выбирать между риском прорваться вниз, через горящую башню, и риском остаться на месте не приходилось. Проникатели были несравненно опаснее пожара. Пока в голове Хэста все это складывалось одно к другому, Прони-кателей на башне становилось все больше и больше. Раз… два… три… Хэст уже насчитал четверых, но пока он раздумывал, что бы предпринять, их стало уже пятеро. Что-то вроде гордости вспыхнуло в его душе. Не один, не два, а целых пять Проникателей послал против него проклятый враг!
Драться с ними означало верную смерть. Керрольд волоком оттащил сестру в дальний угол площадки и выставил меч. Страх шелухой осыпался с него. Неизвестность — самый сильный из страхов — уже не имела над ним власти. Итог схватки был ему известен, но своя жизнь его уже не интересовала. Он готов был принять предназначенное судьбой, только вот сестра…
«Вычту кого-нибудь из них, — подумал Хэст, глядя на врагов, — а там, глядишь, и помощь подоспеет…»
Ни одного слова сказано не было, но Проникатели, поняв по движениям Хэста, что сдаваться он не собирается, начали обходить его с двух сторон, не приближаясь, правда, на длину меча. Оружия в их руках не было, но Хэст слишком хорошо знал умение этих людей превращать в оружие то, что никогда им не было в глазах обычных людей. Каждый из них одолел в единоборстве по крайней мере одного тяжеловооруженного рыцаря — таков был экзамен, дававший право выжившим носить черный балахон.
На какой-то момент он упустил их из виду. Прони-катели словно растворились в воздухе, смешались с дымом и появились вновь, уже держа в каждой руке по длинному кинжалу. Хэст легко сдержал щитом два выпада и нанес удар сам. Они поймали меч на скрещенные кинжалы. Сталь встретилась со сталью. Меч и кинжалы лязгнули, скрестившись, и в этот момент, когда обе руки Маввея оказались заняты, из дыма рядом с ним возникло чье-то лицо, и голову его потряс страшный удар. Сбитый с ног, он дернулся, пытаясь удержать равновесие, но второй удар подбросил его вверх и снес со смотровой площадки. Он услышал крик сестры, но мгновением позже он уже летел навстречу запаху умирающей травы… Потом была тьма.
На площадке остались только Мэй и Проникатели. Обхватив руками зубец башни, она смотрела вниз. Женщина не была опасна, и старший из Проникателей, убрав оружие, приблизился к ней.
— Госпожа, — осторожно сказал он. — Прошу тебя. Мэй стояла словно окаменев. Проникатель понимал, что она сейчас чувствует, и не торопил ее. Он махнул рукой. На внешнем краю площадки послышался металлический лязг, завозились люди. Проникатели копошились там, перебирая металлические трубки. Скрепляя их друг с другом, они быстро собрали что-то вроде кресла с высокой спинкой.
— Мы готовы.
Проникатель почтительно коснулся рукава Мэй:
— Пора, моя госпожа; Еще немного — и будет поздно.
— Он жив? — со слезами в голосе спросила девушка.
Старший усмехнулся, и странно ей было видеть эту усмешку.
— Все сделано по приказу брайхкамера. Он ждет тебя… Люк снизу выбивали так, что еще чуть-чуть — и он разлетится в щепки. Не колеблясь более, девушка села в кресло, и веревка, натянувшись, заскользила вниз. Один из оставшихся достал маленький мешочек, высыпал его содержимое на площадку. Коснувшись его факелом, он отскочил в сторону. Порошок зашипел, и из башни вверх ударил столб ярко-фиолетового света. В ответ на сигнал в лагере трульдов часто зазвонил колокол, и в шум рукопашной схватки вплелось басовитое жужжание катапульт. Огненные росчерки пронеслись над стенами и упали во дворе замка. Начался общий штурм замка Керрольд. К утру все было кончено.
 
Редеющие звезды освещали выгоревшее дотла пепелище, по развалинам которого словно голодные псы бродили воины Трульда. Вместо тумана в воздухе висела веселая брань победителей. Копьями и руками они ворошили обгорелые обломки, рассчитывая найти там что-нибудь ценное. Утренний ветер, разогнавший наверху ночные облака, крутил на земле пепельные вихри. Они то вздымались вверх, то, столкнувшись друг с другом, опадали теплым прахом на тлеющие угли.
Из распахнутых ворот выехал всадник и, нахлестывая коня, помчался к близлежащему холму. Его вершину венчал пышный шатер с личным значком брайхкамера Трульда у входа. Вокруг шатра редкой цепью стояли горцы из охранного отряда в остроконечных шапках. Этот бой не был их боем. В этот раз все обошлось без них. Исход дела решили Проникатели и Желтый отряд, ударивший по замку со стороны леса. У стоявших вокруг шатра не было ни азарта, ни зависти. Они стояли спокойно, понимая, что брайхкамер их не забудет и хоть что-нибудь от славного ночного штурма перепадет и им. И поэтому они безразлично смотрели, как солдаты Трульда уходили из Керроль-да с добычей, доставшейся в ночном бою, и как навстречу им, настегивая коня, подъезжает всадник.
Всадник соскочил с коня и, бросив повод пажу, вошел в шатер. Войдя за шелковый полог, он склонился в низком поклоне, ожидая, когда брайхкамер позволит ему говорить. Хозяин шатра сидел в низком кресле, глядя на багровые угли, рассыпанные на медном листе и ровным сухим жаром наполнявшие шатер. Волны теплого воздуха поднимались вверх, колыша легкие двухцветные занавеси.
— Где он? — спросил Трульд, не оборачиваясь. Вошедший склонил голову еще ниже. Ему было страшно.
— Его нигде нет. Мы ищем всюду.
Брайхкамер подошел к нему, положил руку на плечо. Кто-то из посторонних мог бы принять этот жест за проявление дружбы, но никак не тот, кого коснулась рука Трульда.
— Что в замке?
— Пепел… — ответил тот, не поднимая головы.
— Может быть, он сгорел дотла? — спросил хозяин. Голос его был спокоен и даже вкрадчив.
— Возможно, — неохотно ответил слуга, — но я…
— Возможно? Вот как… — тихо сказал Трульд. От того, как это было сказано, спина слуги покрылась холодным потом. Он в замешательстве поднял глаза и отшатнулся. Бешеные водовороты крутились в зрачках брайхкамера, хотя голос продолжал оставаться тихим и ласковым: — Ищите его. Хорошенько ищите…
Ноздри его дрогнули, выдавая бушевавший гнев.
— Ибо, если ты не найдешь его на этом свете. я отправлю тебя искать его на тот.
Мягкий пальский бархат на плече собрался складками, и собеседник брайхкамера, к ужасу своему, понял, что тот положил руку на кинжал, что всегда носил за поясом. Он застыл, но тут из глубины шатра его позвал женский голос, и брайхкамер, вздрогнув, отпустил руку.
Пятясь, слуга вышел из шатра. Только после того, как полог с шелестом опустился, он разогнулся и облегченно вздохнул. Потирая рукой шею, посмотрел вверх. Небо светлело. Одна за другой куда-то пропадали звезды.
  
ЧАСТЬ 1
 
Звезда лежала посреди круга дочерна выжженной земли. Вчера ночью под рев тормозных двигателей она рухнула в лес, отравляя воздух вокруг себя грохотом и вонью отработанного ракетного топлива. Струи огня, более горячие, чем все то, что тут существовало доселе, подожгли лес, и на поляне всю ночь хозяйничало пламя. К утру дождь залил его, заставив забраться под угли, и теперь оно только изредка выплескивалось оттуда тонкими язычками.
За кругом обугленного бурелома горелыми спичками торчали чудом уцелевшие в катаклизме деревья, и только за ними, за стеной безлистных стволов, поднимался Лес.
После того, что было тут несколько часов назад, тишина его казалась неестественной. Не было слышно даже шелеста листьев. Низкорослый кустарник, непонятно как уцелевший этой ночью, прижимал к земле голые, унизанные шипами, словно колючая проволока, безлистные ветви. Птицы разлетелись, звери разбежались, черви и муравьи — если они, конечно, уцелели после того, что произошло ночью, — уползли прочь. Около небесного гостя было пусто, однако ощущение, что кругом не осталось ничего живого, было обманчивым. Малый исследовательский крейсер «Новгород» хоть и превратился в искореженный кусок металла, мертвым не был. Все то, что жило и двигалось внутри него, помогало выжить его хозяевам…