"Фантастика 2024-41". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
Там еще падали сверху горящие бревна, клубы дыма, а киберы вместо того, чтоб ринуться в пробитую брешь, заворочали башнями и через секунду до нас донеслись звуки керамических очередей.
Что-то там происходило не так…
Или не то.
За дымом и движением теневых пятен ничего было не разобрать. Мы тянули шеи, но…
— Что они там с ума посходили? — с надеждой спросил шеф, позабыв от волнения о возможностях своей невидимки.
— Отключаюсь…
Я полностью закрыл забрало и дал увеличение картинки. Дымящаяся брешь приблизилась, по глазам ударил оранжевый сполох, и я отвел взгляд вглубь черно-серой зоны. Там шло сражение. Киберы бешено отстреливались. То тут, то там пепел взметался, показывая места попаданий. Железки то ли видели, чувствовали какую-то опасность и как могли, защищались от неё.
А опасность подвалила самая настоящая! Вместе с черными тенями облаком там мелькали и иные тени.
— Видишь! — крикнул я, не доверяя собственным глазам. — Видишь их?
— Вижу, — отозвался Шеф. В его голосе плескалось столько злобы, что я понял, что ничего он не видит.
— Тени. За тенями смотри! Через невидимку!
Тени людей появлялись рядом с боевыми машинами и, коснувшись их, исчезали. Мгновение спустя кибер, даже не закончив начатого движения замирал, словно на этом клочке засыпанной пеплом земли останавливалось время.
Пять секунд — и киберов осталось трое. Они попытались разойтись в стороны, расстреливая друг друга, но уже через десяток секунд остановились, так же как и их собратья.
Это казалось колдовством, волшебством… Называйте как хотите! Мы с Ченом смотрели на происходящее, уже догадываясь, кто стоит за всем этим. Ответов на незаданные вопросы имелось множество, но наиболее вероятный, отливавшиеся в единственную точную формулировку, был один — наши пришли.
А потом, самим фактом своего появления расставляя все по своим местам, рядом с новой брешью появился человек в таком же как и у нас с шефом комбинезоне-невидимке. Я отключил свою невидимку и включил радио. Теперь можно. Если внутри киберов что-то еще и оставалось опасным, то не для нас.
— Добрый день, Адам Иванович! Рады вас видеть.
Фигурка внизу качнула головой.
— И я рад. Где вы? Ага! Вижу. Слезайте. Ничего страшного больше не будет… — В его голосе явно жила насмешка. — Неприятности кончились.
Чен не спеша, солидно, пополз вниз.
Я представлял, что он чувствует, ибо, наверное, чувства нас обуревали одинаковые. Только что мы были готовы принять на совесть Земли, на свою совесть, смерть туземцев, но пришли люди, наши товарищи, и в последнюю секунду освободили нас от него… Облегчение. Колоссальное облегчение!!!
Я задержался на секунду, чтоб посмотреть на наших врагов веселым взглядом. За Стеной Зла уже суетились ниоткуда появившиеся люди в невидимках.
— Чем это вы их, так радикально, а, Адам Иванович?
— Адская техника. Электроимпульсные контактные мины. Бьют по электронным мозгам не хуже каменного топора.
Он шел прямой, подтянутый и казалось, что к нам, поигрывая стеком, пощелкивая им по голенищам начищенных сапог приближается белый офицер, сахиб, господин… Приближается, чтоб выслужить отчет извозившихся в грязи и дерьме туземных солдат о выполнении приказа. Мне казалось, что дело обстоит именно так. Для полноты картины не хватало только тропической офицерской униформы, стека и сапог.
Все остальное у Большого Шефа имелось.
И все-таки я ошибся.
Подойдя, он обнял Чена, потом меня. Взгляд Большого Шефа стал скорее не взглядом начальника, а взглядом товарища, но Чен все равно вытянулся и доложил:
— Груз найден. Афера раскрыта. Есть свидетель по делу о подмене груза. Попутно обнаружена гуманоидная цивилизация…
Он остановил его взмахом руки.
— Это позже. Что с вами? Целы?
— Сбиты киберами. Выжили.
Чен как-то не сумел выбраться из образа сурового первопроходца и в разговор, понимая, что сегодня можно больше, чем в любой другой день, встрял я.
— Помыться бы и разносолов… Ну и по медали нам, если имеем право…
Большой Шеф кивнул, съедая моё ёрничество, и я понял, что он действительно рад тому, что у нас все хорошо.
— Вам повезло больше чем нам…
— В расчете нет везения. Это моро, — объяснил Большой Шеф. — Они успели выпустить аварийный буй. Как я понимаю, они и есть свидетели?
— Только один.
Мимо нас побежали в пролом люди уже без невидимок, обвешенные аппаратурой. «Конечно, когда они беззубые можно и так вот, дрыгая ногами», — подумал я.
Адам Иванович усмехнулся, словно прочитал мои мысли.
— Вряд ли они рассчитывали, что это поможет нам, но мы тут оказались раньше их товарищей. Так что мы с самого начала оставались в курсе событий.
Я вспомнил, что тут произошло совсем недавно, потом подумал, чем бы это все могло закончиться и из самого сердца, и той глубины, где живет искренность, у меня вырвалось.
— Как же нам всем повезло…
* * *…- И что? — спросил аптекарь.
— И ничего… — рассеянно отозвался Эвин. Он пальцем водил по ободку кубка, собирая розоватую пену каспедийского. — Вообще ничего…
Взгляд блуждал по комнате, отыскивая знакомые вещи.
Картинки с принцессой на столе уже не нашел, а вот прежняя трехглавая тварь, элернийский червь, теперь стоял не на столе, а на полке и Эвин подмигнул ему, как старому знакомому.
Аптекарь наклонился ближе, заглядывая гостю в лицо. Видя его нетерпение, Эвин чуть было не рассмеялся. Любопытство терзало весь город, и аптекарь не стал исключением.
Все, кто жил в Сааре видели, чем вся эта история начиналась, и только немногие, те, кто вчера вместе с Императором вышел из леса, знали, чем все это кончилось, но знать хотели все.
— И что? — повторил аптекарь. Он нервничал, его руки, охватывавшие свой кубок, подрагивали. — Ты ведь там был, видел… Что там случилось?
— Ни-че-го, — по слогам повторил Эвин. — Лес пуст. Там нет ничего… Ни башни, ни рыцарей, ни железа. Ничего.
— Но башня? Башня-то куда делась? Она же была…
— Была….
Он вздохнул глубоко-глубоко. Врать Эвин не любил, но в этом случае от его желания ничего не зависело. Он просто обязан лгать. Так решил Император Мовсий. В конце концов, это даже не считалось ложью. Не ложь, трактовка, поднимающая дух войска.
— Мы их прогнали. Увидев нашу силу, они убрались восвояси. Бежали.
Стариковские глаза смотрели недоверчиво.
Горечь ускользнувший из рук удачи в душе Эвина успела перегореть. Подумаешь — Северный Император! Тьфу на него!
Огорчение ушло из души, очистив её, и он честно сказал, подводя итог под разговором:
— Велено считать, что мы всех победили…
— Победили?
Эвин пожал плечами, скидывая с них огорчения последних дней. Победили — не победители… Какая разница жителям города, если в лесу больше нет врагов? Никакой….
— Одно могу сказать точно. Нет там сейчас ни башни, ни рыцарей, ни принцессы, ни моего неслучившегося тестя Северного Императора… Ничего там нет! А кто будет думать иначе…
Он провел рукой по горлу, показывая, что ждет того, кто посмеет усомниться в словах Императора. И аптекарь кивнул.
А потом он машинально посмотрел на шкаф, где в потайном ящике лежал портрет таинственной женщины. Ничего — так ничего.
Но портрет-то остался.
Эпилог
А про Джо Спендайка никто так и не вспомнил.
Он нашелся только через шесть лет.
Но это, как говорили классики, совсем другая история…
Владимир ПЕРЕМОЛОТОВ
ДОЛЕТЕТЬ И ВЕРНУТЬСЯ
ВСТУПЛЕНИЕ
Ночь.
Башня осажденного замка.
С тихим шелестом вокруг башни движется туман.
С верхней площадки, опершись руками на парапет, вниз смотрел человек, одетый в железо.
Он пытался различить в движущемся мареве хоть что-нибудь, однако видно ему было только влажную пелену, простершуюся от края и до края, да балку, торчащую из стены на уровне третьего яруса бойниц. Оттуда, снизу, ощутимо пованивало — на балке болтался повешенный три дня назад шпион брайхкамера Трульда, невесть как пробравшийся в замок и чудом никого не зарезавший по дороге.