"Фантастика 2024-41". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

— Море! — сказал Чен удивленно.
— Нашел чему удивляться… — сказал я в ответ. — Ты лучше маяки проверь…
То, что нам предстояло сделать, очень напоминало позабытую ныне старинную забаву — поиски иголки в стогу сена. Причем достался нам самый сложный вариант этого времяпрепровождения: стогов имелось много, а иголка одна.
Слава Богу, существовали инструкции. Первый пункт мы уже почти выполнили. Он предписывал облететь планету и попытаться засечь маячки, которые (только теоретически, к сожалению) могли пережить любую аварию. Если этого не случится, а, похоже, что и впрямь не случится, тогда нам придется, выбрав реперную точку, по расширяющейся спирали облететь планету в поисках утраченного имущества. По моему опыту это занятие было трудновыполнимым только в одном аспекте — его следовало перетерпеть. Скука в этот момент в кораблях стоит необычайная. Приходится сидеть и тупо смотреть в монитор. Причем даже это делать не обязательно — все, что нужно сделать сделает автоматика.
Примирить этого занятие с реальной жизнью мы могли только одним — придумав себе забаву, которая скрасит столь грустное времяпрепровождение. Например, стать первым в мире специалистом по…
— Кстати! Как её хоть зовут, планету-то?
Чена этот вопрос не интересовал совершенно.
— Никак.
— Непорядок, — обрадовался я. — Общественность нас не поймет! Предмет надлежит обмерить, взвесить, нанести, на карту… Обозвать как-нибудь, в конце концов. Предлагаю…
— Заранее согласен, — отозвался Чен, не отрывая глаза от экрана. — Смотри, огонь.
Было бы на что смотреть! Рутина….
— Смотри, не пожалей, — предупредил я. Ткнув пальцем в экран, словно бутылкой шампанского в корабельный борт, изрек. — Нарекаю тебя «Тараканий угол»!
— Тьфу, — сказал Чен. Этого он от меня, кажется, не ожидал. Я подбоченился и грудь выпятил.
— Огонь, я сказал.
Все-таки он очень надеялся, что там есть, кому его встретить и протянуть руку дружбы. Разочаровать его что ли?
— Увеличение девяносто.
Техника приблизила огненную точку на поверхности планеты, и мы увидели лес, над которым висела туча дыма. Беззвучно рушились стволы, оплетенные пламенем. У меня даже в носу защипало от запаха, который должен сопровождает эту картинку на месте.
— Лесной пожар, — ответил я. — Лесной пожар в «Тараканьем углу». Звучит?
Радиомолчание планеты «Тараканий угол» было абсолютным. Ничего кроме грозового треска в атмосфере регистраторы не отметили.
— Аварийные маячки не засечены, — объявил Чен, косо на меня глянув. — Приступаем ко второму этапу.
Я пожал плечами. Второй, так второй. Регистратор работал, все шло по правилам, установленным Адамом Ивановичем.
Реперной точкой Чен выбрал Северный полюс, и три часа спустя мы начали медленное, но неуклонное спиральное скольжение к полюсу Южному. Чисто внешне это походило на аккуратное очищение апельсина от кожуры. На высоте около пяти километров модуль с элегантностью фруктового ножа, облетал «Тараканий угол», оставляя под собой откатографированное пространство в котором, в добавок, не мог остаться незамеченным ни один более-менее крупный металлический предмет.
На четвертый день нашего верчения над «Тараканьим углом» со всей очевидностью стало ясно, что деньги, что компания потратила на снаряжение и рассеивание по космосу всех предыдущих экспедиций по поиску пропавшего груза, потрачены ею совершенно напрасно. Так же широкой общественности стало очевидным, что все, что делалось до нас, и будет делаться после — глупая трата времени, сил и, самое главное, что именно нам, то есть мне и Чену достался тот счастливый билет, который называется «иголка в стоге сена».
Иголку нашли мы, точнее она нашла нас.
Вообще-то такого рода такого рода работа вполне по плечу автоматике — зафиксировать груду металла, если ее конечно, специально не прячут, мог бы и обычный магнитометр, но, к счастью для нас, мы уже на вторые сутки сообразили, что кроме кислорода и примитивных форм жизни на поверхности имеется и жизнь разумная, причем в самой приемлемой для нас форме. Никаких, конечно, продекларированных разумных рыб, а вполне нормальные человекообразные сапиенсы.
 
Причем разумные настолько, что уже вылезли из пещер и принялись строить города и замки.
Событие, что и говорить, вовсе не рядовое и ощущение того, что ты уже попал в Историю, грело душу нам обоим — все-таки гарантированное место в Истории штука приятная. Чувствуя себя повивальными бабками новой цивилизации, мы склонялись над планетой, словно мирмикологи над любимым муравейником, в котором подопытные насекомые взяли, да и изобрели, на радость наблюдателям, паровую машину и теперь прокладывают первую железную дорогу. До этого, правда дело еще не дошло и, если верить Теории Исторических Последовательностей не дойдет еще долго, но, повторюсь, города и дороги там уже имелись…
Итак, китайское везение сработало. Транспорт мы обнаружили. Это случилось во время дежурства Чена.
Сперва, конечно его отследила автоматика — груда железа орала о себе так, что пролететь мимо было никак не возможно.
На экране магнитометра вздыбился ярко-алый пик, просто вопивший о том, что он, магнитометр, нащупал внизу что-то железное, массой поболее чем тонн в двести. Вообще-то это мог быть и простой метеорит, случались прецеденты и в нашей земной истории или просто огромной отливкой, приготовленной местными энтузиастами древнекузнечного дела для занесения в местную книгу мировых рекордов, однако Чен так не думал.
— Слушай! Корабль! Точно он!
Со стороны было хорошо видно, как алчность берет за горло хорошего человека — нам ведь за все это светила немаленькая премия!. Я бы и сам против этого не возразил, но… Ничего нет хуже не оправдавшихся надежд.
— Пока это груда железа, — поправил его я. — Может быть, это местный металлургический центр или вообще рыцарский турнир.
— Это как?
— А просто. Собрались рыцари, — начал я, — и…
— …сложились в одну кучу, — закончил он за меня. Чен уже потирал руки, и слова мои принял за шутку.
— А хотя бы и так…
Конечно Чен, скорее всего, был прав. Он уже дал команду на поворот, и корабль завалился в сторону, направляясь к аномалии. Я чуть не упал — Чен торопился за призовыми. Пришлось плюхнуться в кресло, и снова пристегнуться.
Благословенна будь любая инструкция!
Едва ремни сошлись на груди, как система наблюдения выдала сигнал «Нападение». Над пультом высветился транспарант, и информатор милым женским голосом сказал:
— Внешнее нападение. Внешнее нападение. Ориентировочно ракета класса земля-во…»
Чен, взмахом руки оборвал голос.
— Не корабль, а развалина какая-то… Рухлядь. Руина… Светлый Космос! На каком старье летать приходится… Вернемся — все Адаму припомню!
Он брезгливо подцепил ногтем залипшую клавишу на пульте и покачал головой.
Спорить с ним не хотелось — прав напарник, прав. Модуль нам достался списанный, латаный — перелатаный и как он выходной контроль проходит одному Богу известно. Ну, может быть и не одному ему, а еще и главному бухгалтеру компании, но что-то чудесное в этом процессе определенно присутствовало… Понять компанию можно. Она экономила деньги акционеров и на новое оборудование тратилась неохотно, но, согласитесь, такой вот казус — это уже слишком. Не увязывалось у меня в воображении в один узелок рыцари и ракеты. Глядя, как по экрану ползут цифры, подтверждающие Ченову правоту, я лениво размышлял о космических пиратах.
Ведь если воспринимать этот глюк всерьез, то никак не обойтись без присовокупления сюда космических пиратов, ибо от кого другого на этой погруженной в средневековье планете можно получить в корму ракету, да не простую, а «класса земля-воздух»? Не от кого! А поскольку мы, по роду работы прекрасно знали о том, что они собой представляли, эти разбойники, то…. Глупости все это. Глу-пос-ти! А чем над глупостями думать лучше уж на товарища посмотреть, как он нам премию зарабатывает.