"Фантастика 2024-41". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
— Какое-то место странное, очень на зону смахивает, — заметил Константин.
— Раньше территория усиленно охранялась, — выдвинул свою версию Герман. — Но случаев вандализма последние годы не наблюдалось, поэтому охранять перестали.
Облет местности мы закончили к ужину. Стол был накрыт во дворе. Накрыт скатертью-самобранкой, постеленной наизнанку. Чтобы появились яства, достаточно только перевернуть ее на лицо, что тут же после нашего появления и сделал один из работников турбазы. Когда мы расселись и приступили к еде, над деревьями появился какой-то неопознанный летающий объект, который довольно быстро к нам приближался.
— Змей Горыныч? — ехидно спросил Колобков.
— Точно, он, — ответил Герман.
Объект по мере приближения увеличивался и действительно приобретал очертания трехголового ящера. Неужели Кощей узнал, что мы с Катькой здесь и послал Горыныча за нами? Но когда объект подлетел ближе, стало ясно, что это бутафория. Да и размерчик до настоящего Горыныча явно не дотягивал. Муляж был закреплен на ковре-самолете. Он не шевелил крыльями, они только колыхались от ветра, а лапы змея изображали руки человека, просунутые в специально проделанные прорехи. Псевдозмей пролетел на бреющем над столом, едва не опрокинув кувшин с вином. Мне сначала показалось, что он нацелился на жареного поросенка с румяной корочкой, сейчас схватит его и унесет с собой. Но он схватил не жареного поросенка и даже не кувшин с вином, а Катьку. Не ожидая этого, я среагировал слишком поздно, ухватил ее за ногу, но в моих руках осталась только одна кроссовка. Муляж набрал высоту, оставляя за собой густое облако дыма. Ну вот, началось!
— Похищение! — прозвучал усиленный динамиком голос кота Полуэкта. — Кощей Бессмертный похитил прекрасную даму! Сумеет ли ее суженый освободить свою избранницу!?
— Что происходит?! — я готов был накинуться на Германа с кулаками. — Это уже переходит всякие границы!
— Безобразие! — согласились со мной госпожа Шнайдер.
— Да не волнуйтесь вы так, это шутка, — ответил хозяин.
— По-моему, не совсем удачная.
— Вам придется освободить свою прекрасную даму, — он протянул мне лук и колчан со стрелами. — Вы должны подстрелить утку. Как только будете готовы, крикните «Дай!».
Я вынул из колчана стрелу, вложил ее в лук, проверил упругость тетивы. Лук был довольно тугой. Впрочем, не могу судить, никогда не стрелял из такого оружия. Ну ладно, попробуем.
— Дай!
Я уже настроился на то, что сейчас на большой скорости вылетит тарелочка, но вместо нее из-за избушки в небо поднялся воздушный шарик, имеющий форму утки. Из динамиков донеслось:
— Кря! Кря!
Я прицелился и выстрелил. Первый раз промазал. Второй выстрел оказался удачнее. Шарик лопнул, из него выпал какой-то предмет и на маленьком парашютике стал опускаться на землю.
— Хватай яйцо! — закричали все.
Я подбежал к тому месту, где в скошенную травку приземлился предмет. Он напоминал крупное гусиное яйцо, завернутое в цветную фольгу. Я вернулся к столу и развернул обертку. Яйцо оказалось, естественно, шоколадное, но внутри полое, там что-то гремело. Киндерсюрприз, короче.
— Разбей яйцо и сломай иглу! — в микрофон скомандовал кот.
Я раздавил тающий в моих руках сфероид. Внутри яйца находилась щепочка. Маленькая лучинка вроде зубочистки, я разломил ее пополам. Раздался хлопок, будто запустили петарду, на поляне возникло облако дыма. Дым быстро рассеялся, и там оказалась большая зеленая коробка. Второй хлопок. Стенки коробки рухнули, и открыли нашим взорам Катьку в одной кроссовке. Нет, не подумайте, вся одежда не ней была, но не хватало одной кроссовки — она осталась лежать на лавке, где мы сидели. Катька театрально поклонилась, публика зааплодировала.
— Что с тобой там было, Золушка ты моя? — спросил я у жены, подавая ей недостающую «тю-у-уфельку».
— Да ничего. Меня подхватило это чучело, отволокло за избу, посадило в этот ящик и все.
— Простые фокусы, — скептически произнес Колобков. — Из репертуара Кио.
После ужина, тут же, на свежем воздухе, нам продемонстрировали гусли-самогуды, струны которых сами дергались и звенели. Они издавали приятные звуки, напоминающие звучание арфы, и имели весьма обширный репертуар. Госпожа Шнайдер осмотрела диковинку, как-то невнятно хмыкнула и ушла в свой номер. Мокус, Константин и Вика с Никой принялись танцевать, а Колобков оценил инструмент в своем стиле довольно скептически:
— Чушь собачья, там просто спрятан магнитофон.
Танцевать нам не хотелось, поэтому Колобков, я и Катька покинули поляну и отправились в холл на партию в преферанс. Мы еще не успели дописать пулю до тридцати, как в избу ввалились наши танцоры и со смехом и визгом устремились наверх.
— Присоединяйся, — Колобков предложил Константину подключиться к игре.
— Нет, спасибо, — ответил тот, следуя за шумной компанией. — Да и вы закругляйтесь, сейчас свет выключат.
— Уважаемые отдыхающие! — раздалось из динамика местной трансляции. — Просьба приготовиться ко сну. Не забудьте оставить в доступном месте спички и свечи. Через пять минут будет отключено электричество.
— А мы при канделябрах! — заявила моя жена. — В этом доме есть канделябры?
В избу вошел Герман.
— Герман, у вас канделябры есть?
— Канделябры? К сожалению, нет. Но простые подсвечники в полном ассортименте.
— Принесите, пожалуйста, мы закончим пульку. Или давайте я сама с вами схожу, чтоб побыстрее.
— Хорошо, пойдемте.
— Может, я схожу? — во мне проснулся галантный кавалер, и я решил предложить свои услуги.
— Сиди, уж, — Катя встала из-за стола.
— А почему отключают свет? — поинтересовался Колобков.
— Я еще раз напоминаю, мы находимся в глухом — ну, может быть, позднем — средневековье. Тут еще не умеют добывать электроэнергию. А генератор мы после одиннадцати на ночь выключаем для экономии топлива. Соляру-то тоже из нашего мира возить приходится.
Электричество в этом сказочном мире и вправду добывать не умели. Оно имелось только в НИИКоГО — Научно-исследовательском институте Колдовства, Гадания и Оккультизма. Он находится в обособленном месте и контролируется лично Кощеем Бессмертным. А вот как и на чем работают думающие печи, выполняющие здесь роль компьютеров, я так и не выяснил. Лешек пытался мне как-то втолковать, но этот милый юноша разговаривает либо на молодежном, либо на таком заумно-научном сленге, что даже я, человек с высшим техническим образованием, ничего уяснить не сумел.
— Напрасно они за девчонками приударяют, — вполголоса сказал Колобков, показывая наверх, когда мы остались одни. — Бесполезная суета.
— Почему?
— По-моему, они, девчата в смысле, нетрадиционной ориентации, — он еще немного понизил голос и придвинулся ко мне. — Я давеча проходил мимо их комнаты, а они там целовались и щупали друг дружке груди.
— И вы подглядывали?
— Да Боже сохрани! Я просто шел мимо, а дверь была приоткрыта. Я совершенно случайно заглянул…
Вернулась Катя. Свет погас, но мы продолжили игру при свечах. Минут через десять в холл с шумом и грохотом ворвалась госпожа Шнайдер. Как и когда она выходила во двор, я даже и не заметил. В окно вылезла, что ли? Просканировав помещение суровым взглядом и не найдя здесь никого из персонала, она решила весь гнев выплеснуть на нас.
— Это безобразие! Мало того, что удобства во дворе, так еще и свет внезапно выключают! А на улице — хоть глаз коли, все ноги переломаешь, пока дойдешь!
Глава 6
Третье июля, остров Буян, утро
Фрол допил из граненого стакана виски и сморщился.
— Фу, гадость какая! Наш деревенский самогон и то приятнее!
— А ты закусывай, — Бэдбэар аппетитно захрустел малосольным огурчиком.
Они сидели в уютных креслах перед камином. В окне на противоположной стене дальнозырик показывал трансляцию матча по игре в лапту.
— Закусывай, не закусывай — все одно цельный день отрыжка сивушная. Ладно. Короче, Петрович психовать начинает, говорит, что доставать товар становится все труднее. Мол, надо прекращать с импортом, да наладить собственное производство.