"Фантастика 2024-41". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

После вчерашней заварушки суд прошел быстро и скоропалительно. Это вовсе был даже не суд в его истинном понимании, а суд Линча, как на его далекой родине. Его судили как беглого негра. Сначала раздавались крики радикального толка — «Смерть узурпатору! Смерть самозванцу! Четвертовать! Повесить! Отрубить голову! На кол посадить!». Потом смягчили приговор, типа на все воля божья. Отвезли на берег Синя-моря, посадили в бочку, засмолили, покатили, да с крутого берега — прямо на волю волн…
Удар о камень получился резким, он ощутил его всем телом. Берег или подводные рифы? Еще удар. Волна приподняла бочку и снова опустила ее на камни. Скатилась она, кажется, на землю. Явно слышен прибой, значит, это, все-таки, берег. Каждая набегающая волна слегка приподнимает бочку и тут же бросает ее. На твердую землю. Упершись ногами в дно, а руками в крышку — или наоборот, — Бэдбэар поднапрягся и вышиб что-то из них. Что именно, теперь не имело никакого значения. Главное — он жив, он на свободе, он на берегу.
Солнце садится. Или встает? Нет, похоже, садится. Закат, его с рассветом ни за что не спутаешь, даже не определив сторон света. Интересно, это сегодняшний вечер или завтрашний? То есть, вчерашний или сегодняшний? Тьфу ты, в смысле один день он мотался по морю или два? Уж три-то вряд ли. Надо обследовать, что это за берег — остров или материк, пойти вдоль береговой линии, да первым делом подыскать уютное местечко, чтобы переночевать. Все-таки ночи уже довольно студеные, а с собой нету даже кресала, чтобы развести огонь. Бэдбэар уже сделал несколько шагов, но очень странное явление заставило его остановиться и даже немного испугаться. Резко запахло озоном, совсем рядом возникло фиолетовое сияние, потом раздался грохот и треск. А после того, как сиреневый туман рассеялся, перед ним возникли два мужика. У обоих на лицах были свежие следы побоев.
— Блин! Ты чё наделал, дурак! — кричал один, черноволосый, обросший и бородатый. — Какого хрена ты заклинание вслух сказал?!
— Я не понял, а это мы где? — изумленно произнес второй, белобрысый и безбородый.
— Где, где… Сказал бы я тебе! Идиот! Хотел в параллельный мир? Вот он тебе, пожалуйста, получай! Я только сегодня утром отсюда! А бляха, блин, эта чертова времен глаголов не разумеет! Я же сказал не «дарю», а «подарю», а оно вон вишь, как вышло!
— Так это что, мы типа там, где у тебя мешок с алмазами спрятан?
— Цыц!
Только сейчас мужики заметили, что не одни. Бородатый держал в одной руке очень странное ружье, а в другой — прутик с жареным рябчиком. Этим прутиком он указал на опешившего Бэдбэара. Тот, изголодавшийся, поскольку уже сутки ничего не ел, схватил рябчика и моментально съел вместе с костями.
— Знакомая вещица, — сказал он, дожевывая, и показал пальцем на амулет Золотого Льва в руках у белобрысого. — Пропала у меня из сейфа недели три назад.
— Ты кто? — спросил чернобородый.
— А ты не узнаешь? Если ты здешний, то должен знать — еще позавчера моими портретами была увешана вся Алмазная долина.
— Великий волшебник, маг и чародей! — воскликнул чернобородый. — Властелин ночи и повелитель Алмазной долины! Простите, ваше магейшество, сразу не признал. В таком виде и без охраны… Значит, заговорщикам все удалось, значит вас таки поперли из повелителей.
— Увы, мой друг! Увы!
— И что же это за место, где мы сейчас находимся? То, что не резиденция Великого волшебника, так это точно!
— О, если б я знал, друзья мои! Меня хотели казнить. Потом посадили в бочку и бросили в море. И носило меня как осенний листок по воле волн неизвестно где, и куда в конце концов вынесло, я представления не имею.
— А я, кажется, догадываюсь. Это остров Буян, только здесь такие вот скалистые берега из красного гранита и растет клинолистый пиковидный папоротник.
— А ты что, и здесь побывал? — подал голос белобрысый.
— Где меня только не было.
— Позвольте уточнить, господа, — поинтересовался Бэдбэар, — судя по сиреневому всполоху, вы прибыли из другого мира?
— Ты догадлив, чародей! — Фрол панибратски перешел на «ты».
 
— Ты, стало быть, здешний. А твой спутник, он…
— Он оттуда. Тамошний, в смысле.
— А вы и вправду волшебник? — спросил белобрысый.
— Да какой там волшебник, я ж тоже из вашего мира. Я жил в Америке, правда покинул ее в 1888 году. И попал сюда тоже посредством амулета Золотого Льва.
— Да и я, собственно, оттуда, — вздохнул чернобородый. — Из того мира. Только меня сюда занесло на восемьдесят восемь лет раньше тебя.
— Ничего себе! — удивился белобрысый. — Значит, с этой штукой можно и по времени путешествовать? То есть я могу попасть обратно в свой мир уже в какой-нибудь 2070-й год? Вот это здорово!
— Черта лысого ты туда попадешь! — в сердцах сказал бородач. — Амулет один раз действует. Я его уже использовал, господин Бэдбэар использовал, теперь вот — и ты тоже. Никто из нас троих открыть врата больше не сможет. Нам нужен человек, еще не владевший амулетом, да к тому же и честный, чтоб не надул. А где его тут взять? Остров Буян — необитаемый.
— Послушайте, господа, — прервал гневную речь бородатого Бэдбэар. — Солнце уже село, становится холодно, надо бы подумать и о более приземленном, чем путешествия в мирах. Не соорудить ли нам шалаш и не устроиться ли на ночлег?
— Не надо шалаша, — сказал чернобородый. — Здесь у меня когда-то была хижина. Если она еще не развалилась, то там есть топчан и даже печка.
В сгустившихся сумерках бородач повел их козьими тропами в гору.
— Давайте, что ли, познакомимся, — предложил экс-волшебник. — Я Бэдбэар, бывший правитель одного из здешних государств.
— Меня зовут Фрол, — сказал бородач. — А этого дурика…
— Но-но! Я попросил бы!
— Да ладно. Короче, он называет себя Петрович.
— Кстати, отдай мое ружье.
— А ты — мой амулет.
— Ты мне его подарил.
— Фигушки! Пусть живет у меня!
— Господа, не ссорьтесь, — примиряюще сказал Бэдбэар. — Отдайте его мне, как старшему среди вас.
— Это кто еще старше! — возмутился Фрол. — Я знаешь, с какого года?
— Ну?
— С 1775-го!
— Ты хорошо сохранился, дружище. Человек из будущего, хе-хе. Если учесть, что сейчас лето 1698-е с рождения Хранителя, Господа нашего.
— Я имею в виду от Рождества Христова. По летоисчислению нашего мира… Бывшего нашего мира.
— Бывшего? А что с ним случилось? — удивился Бэдбэар. — Потоп? Светопреставление? Восстание негров?
— С ним-то ничего. А вот с нами…
Пройдя пару километров вверх по склону, уже почти в темноте они вышли к покосившейся, наполовину врытой в склон маленькой избе, сооруженной из тонких бревен и жердей, крытой еловой корою.
— Вот, прошу. Уж не обессудьте, какая есть, но крыша над головой.
— Что же ты тут делал на острове, когда соорудил этот дворец, дружище? — поинтересовался бывший правитель.
— Алатырь-камень искал.
— Ну и как? Нашел?
— А вот угадай с трех раз! Если бы нашел, разве так жил бы!
Фрол защелкал кресалом, пытаясь запалить свечку.
— Не парься, — Петрович достал газовую зажигалку.
— Ничего себе, огонь в кармане! — удивились люди из прошлого. Свеча осветила убогую обстановку избушки. Топчан с соломенным тюфяком, грубо сколоченный из жердей стол, колченогий табурет и чугунная, обложенная камнями, печурка.
— Так, стало быть, дружище, и ты… э… как тебя, Фрол, тоже не коренной местный житель, — уточнил бывший правитель, придвигая к столу табурет и усаживаясь на него.
— Стало быть так, — не желая вдаваться в подробности, коротко подтвердил Фрол.
— А про какие алмазы вы давеча балакали, друзья мои? — поинтересовался волшебник-самозванец.
— Тебе послышалось.
— Э, нет, друзья мои. Мой слух никогда еще меня не обманывал. Уж не мои ли это алмазы, похищенные при ограблении поезда минувшей зимой?
— А, собственно, почему они твои?
— Не забывай, дружище, я был в то время правителем страны! И добывались они по моему повелению!