"Фантастика 2024-41". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
Большинство посетителей бара (зала ожидания вертушки) уже заинтересовалось разборкой между новым клиентом и хозяином заведения. Из-за крайнего стола вскочили четыре накачанных парня. Надо полагать, звездная рулетка имела собственную службу безопасности. Охранники решительно обнажили импульсные пистолеты и выжидательно замерли шагах в десяти от входа. Для снятия напряжения необходимо было срочно объясниться с Истуканом.
— Я думаю, настала пора познакомиться, — галантно предложил гринчанин. — Меня зовут Иван Стрельцов. — Парень церемонно склонил голову. — С кем имею честь?
— Отсюда тебе не выйти, змееныш, — прохрипел в ответ упрямый лучевик.
Ванька вдавил лезвие ножа в горло мужику несколько посильнее.
— Вы так и не представились, — напомнил он собеседнику.
— Барбик, — наконец разродился Истукан. — Ты потише там, потише. Видишь вон те стволы, направленные тебе в голову. Стоит мне подать знак, и в твоей тупой башке появятся несколько аккуратных дырочек с оплавленными краями…
— Зачем же пугать клиентов кровавыми сценами, Барбик? Посмотри, ведь у тебя же полный зал, — посоветовал молодой человек. — Надо держать марку заведения. К тому же я попытаюсь тебя убедить, что никаких сигналов подавать не стоит. Договорились?
— Думаю, сделать это будет довольно трудно, — огрызнулся лучевик.
— Как сказать, мой друг, как сказать, — усомнился Иван. — Но должен тебе напомнить, дорогой Барбик, о необходимости соблюдать культуру общения. Скажем, моя голова подверглась с твоей стороны критике совершенно несправедливо. Не такая уж она и тупая. Ведь я могу поговорить с тобой как с уважаемым человеком, директором транспортного узла, правда?
— Валяй, — согласился Истукан.
— Первым делом, уважаемый директор, я должен довести до вашего сведения специальный приказ Тарантула, на территории которого вы имеете честь находиться. Документ за номером 2018 имеет первую категорию. Другими словами, все подданные этого мира обязаны выполнять его под страхом смерти. — Иван вытащил из нагрудного кармана лучевика портативный коммуникатор и сунул пленнику в руки. — Можешь удостовериться.
Пристегнутый к стене жокей, неловко сутулясь, чтобы уменьшить давление удавки, набрал на клавиатуре необходимый код, вошел в информационную систему Тарантула и прочитал в указанном Стрельцовым месте распоряжение верховного правителя данной планеты. Видно было, что он удивлен и озадачен.
— Я не подчиняюсь Тарантулу, — наконец выговорил Истукан.
— Не подчиняешься напрямую, — поправил Иван. — Но будучи на его территории, можешь поиметь очень крупные неприятности, очень… Не сомневайся. Ведь Тарантул не издает распоряжений с бухты-барахты. Он беспокоится, как и ты, прежде всего о безопасности своих владений. Я надеюсь, ты понимаешь, как тяжело, практически убийственно, быть личным врагом Тарантула?
— Вполне.
— Рулетку-то он не тронет…
— Я знаю.
— А вот тебя настигнет в любом месте и покарает. Жизнь так скоротечна… Стоит, наверное, подумать о себе…
— Я думаю, стоит, — согласился Истукан. — От него всего можно ожидать…
— Ну, тогда мы созрели для дружеского разговора.
— Наверное.
— Пора освободиться от оков, — констатировал гринчанин.
Иван отдал мысленно команду автоматике. Удавка тут же скользнула в приемное гнездо. Истукан недовольно размял ладонями шею, затем натянуто улыбнулся. В это время, видя, что шефу больше не угрожает приставленный к горлу нож, подскочили охранники с пистолетами.
— Прошу любить и жаловать, — произнес хозяин заведения, указывая рукой на гостя. — Иван Стрельцов, доверенное лицо самого Тарантула.
Громилы профессиональными жестами быстро попрятали оружие и почтительно расступились.
— Что будем пить? — вежливо поинтересовался Барбик, присаживаясь за крайний столик.
— Пожалуй, пиво, — отозвался Чтец. Лучевик заказал пиво.
— Интересно, с каких это пор Тарантул стал помогать бэгэбэшным важнякам, — спросил Истукан, с наслаждением отхлебывая пенный напиток, — да еще и змееносцам?
— В политике нет друзей или врагов, — пояснил Стрельцов. — В политике есть только интересы. На тот или иной момент они могут совпадать… Так получилось, что сегодня здесь я представляю интересы безопасности всей галактики. А в ней, поверь, дорогой Барбик, есть такие вещи, с которыми бороться нужно всем вместе…
— Например, пиндальбоки? — перебил жокей.
— Почему ты так думаешь? — улыбнулся Стрельцов.
— Потому что они к нам в последнее время что-то зачастили.
— Да ну?
— Мой коллега по бизнесу в прошлом месяце отправил двоих пришельцев прямиком в пекло ближайшей сверхновой звезды (подстроил луч скольжения в нужном направлении).
— Здорово! — рассмеялся гринчанин.
— Червихвосты прокололись на том, что лучевик лично знал парней, в которых они внедрились. Поэтому он сразу определил по поведению знакомых, что здесь не все чисто. Сам посуди, не могут же два нормальных человека одновременно за ночь превратиться в дебильных чудаков… да еще упорно прикрывающих макушки нелепыми головными уборами.
— Чтобы скрыть свежие, еще не заросшие шрамы внедрения, — продолжил Стрельцов.
— Вот именно.
— Я рад, Барбик, что твои друзья столь бдительны.
— Стараемся, — улыбнулся лучевик. В это время зал разразился хохотом. Иван с интересом огляделся по сторонам, потом посмотрел вверх:
— А у вас тут весело…
— Да уж не соскучишься, — поддержал жокей. Когда человек, ни разу не пользовавшийся услугами подпольного галактического транспорта, впервые посещал звездную рулетку, то у него вполне обоснованно могло возникнуть сомнение, туда ли он попал. Настолько необычным представлялось шумное зрелище. Большой зал имел высокие, в два этажа, стены. С одной стороны над публикой нависала полукруглая ложа, подняться в которую можно было по винтовой лестнице прямо из зала. Этот импровизированный внутренний балкон не имел ограждений. От балкона в полумрак помещения отходили лучи света, с виду совершенно обыкновенные. Потенциальный пассажир по команде жокея взбирался в ложу и становился на самый край навеса. А когда на противоположной стене загорался номер его маршрута, путешественник смело бросался на луч света, словно на канат, и скользил по нему вниз, либо держась руками, либо сидя сверху, наподобие всадника, либо просто перегнувшись пополам головой вниз. Это и был контрабандный канал переброски пассажиров в другие миры в действии. Не доезжая до стены, человек «испарялся», то есть уходил в тахиоканал.
Лучи отходили от балкона веером. И когда загоралось одновременно несколько направлений, люди, толкая друг друга, суетливо бросались на свои маршруты и скользили в разные стороны. Некоторые из них кричали, некоторые свистели, некоторые смеялись. Женщины, как правило, визжали и пищали. Психологически очень сложно броситься на тоненький лучик света, особенно впервые (а вдруг провалишься!). Поэтому шумные волнения пассажиров вполне можно было понять.
Со стороны все это походило на какой-то детский аттракцион, либо на любительские дворовые выступления воздушных гимнастов, либо, еще хуже, на глупые развлечения пьяной толпы, потерявшей, как говорится, тормоза. А толпа и на самом деле чаще всего не отличалась трезвостью. Ведь рулетка — это не тот официальный транспортный узел, где клиентов отправляют в пункты назначения строго по расписанию, согласно купленным билетам. Здесь некоторым пассажирам иногда приходилось ждать по два дня и более, пока жокеям удастся перехватить их маршрут. При вертушке обычно находилась гостиница. А в ожидании «рейса» от нечего делать люди, как правило, торчали в баре, где иной раз накачивались алкоголем чуть ли не до потери пульса.
Да и сама публика у звездной рулетки отличалась разношерстностью и непредсказуемостью. Право же,. серьезный, солидный, законопослушный народ, естественно, путешествует по свету, пользуясь стандартными тахиотамбурами, и не шляется по неблагонадежным мирам, где таковые отсутствуют.