"Фантастика 2024-41". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

А далее… Иван чуть не упал, когда прислушался к обособленному диалогу двух особей (вероятно, из руководства группы). Вот, оказывается, где крылась та разгадка, которую Старолюб хотел предложить Чтецу на данной планете. Стрельцов в какой уж раз (сотый-пересотый) заново воспылал к своему потустороннему другу любовью, благодарностью и нежностью. С таким союзником, как милый сердцу фантом, можно любые горы свернуть. Дело в том, что две инопланетные твари вели заинтересованный, озабоченный разговор о гринчанине. И не просто как о неизвестном чужаке, случайно оказавшемся возле контейнера на крыше здания, а как о конкретном инфохомосе — Иване Стрельцове. Поистине, слава наша бежит впереди нас! Киберчтец сопоставил отдельные куски занимательной беседы страхобоев (на столь животрепещущую для него тему), различные намеки и недомолвки в разговоре особей… И вдруг отчетливо понял (то есть до него дошло, он сообразил как профессиональный разведчик, сотрудник мощной спецслужбы), что Тарантул хотел уничтожить Стрельцовых по соглашению-контракту с пиндальбоками. Тарантулу очень хорошо заплатили, но это не главное. Мозговые гусеницы, естественно, не говорили своему временному союзнику, кто они такие. А выступали заказчиками по контракту от имени третьей силы (совершенно не имеющей к делу никакого отношения). Потому что сотрудничать с червихвостами не будет ни одно здравомыслящее существо во всей галактике ни за какие деньги. Поскольку не успеешь оглянуться, как такие «партнеры» влезут — в буквальном смысле — в твою шкуру, подобравшись исподтишка. Так что и сверхприбылям обрадоваться не успеешь. Вероятно, пиндальбокам удалось каким-то образом убедить Тарантула в опасности инфохомосов непосредственно для него самого. Например, инфохомосы могут запросто перенастроить навигационные спутники Тарантула на нужды Галбеза (и это правда!) или что-нибудь в этом роде. На самом же деле больше всего опасаются Киберчтецов сами страхобои. Потому что только инфохомос — и никто другой! — может через технополе опознать коварных гусениц, в каком обличье они бы ни находились. А это, в свою очередь, является опасным препятствием для планов космической экспансии, вынашиваемых, вероятно, пиндальбоками. Вот, оказывается, в чем дело.
Одновременно с открытием тайного союза «гусеницы-Тарантул» Ивана очень сильно заинтересовал и другой вопрос, непосредственно вытекающий из этого открытия. Можно даже сказать, взволновал до глубины души! Ведь узнали откуда-то ж червихвосты о суперспособностях инфохомосов, позволяющих им распознавать пиндальбоков. Следовательно, по логике получается, что страхобои уже где-то сталкивались с Киберчтецами. Но где? Иван, как, впрочем, и Катерина, доселе не имел с ними никаких контактов. Значит, по всей вероятности, остроголовы обнаружили в далеком космосе таинственную планету инфохомосов и попробовали туда сунуться. Но получили там, очевидно, в прямом смысле по мозгам от старолюбов и бесславно ретировались. Да… скорее всего так и было… После чего пиндальбоки, наверное, навели справки о наличии Киберчтецов в галактическом содружестве и вышли на Стрельцовых.
Иван загорелся мечтой увидеть своих собратьев. Раз их смогли найти «гибриды» червихвостов, то почему не сможет он? Но, немного помечтав, гринчанин «спустился» на грешную землю.
Первым делом надлежало обезопасить себя со стороны Тарантула. Ведь в данный момент Стрельцов находился в его владениях. Киберчтец внимательно изучил в технополе информационные системы Тарантула.
Он отсортировал в них наиболее уважаемые внутренние источники, пользующиеся неоспоримым доверием. А затем от их имени запустил сообщение, что инфохомосов «заказали» пиндальбоки, сопроводив информацию истинными причинами. Из которых вытекало, что физическое устранение Стрельцовых опасно для всех обитаемых планет, в том числе и подконтрольных Тарантулу. А может быть, для них даже в первую очередь. Потому что указанные планеты гнездились особняком» на окраине галактики, в стороне от крупных космических центров человеческой цивилизации.
 
…И сообщение возымело действие. Надо отдать должное информационным структурам Тарантула, насколько быстро они среагировали на важные сведения. Уже через несколько минут Иван перехватил категоричный приказ на отзыв «охотников». Более того, к своему удивлению, гринчанин обнаружил в системах управления распоряжение, в котором предписывалось всем подданным Тарантула охранять чету Стрельцовых и по возможности оказывать им содействие. Все-таки приятно работать с умными людьми! С такой протекцией Ивану здесь бояться нечего. Тарантул не подведет.
В приподнятом настроении молодой человек взобрался на крышу здания, где стоял контейнер с шевелящимися автономными мозгами. Насвистывая задушевную мелодию, Ванька подошел к зенитной установке и важно уселся в пустующее кресло наводчика. В свое время на специальных курсах в БГБ Стрельцова обучали, как обходиться с подобными штуковинами. Гринчанин переключил орудие на ручное управление. Он плотно прильнул к окуляру лазерного прицела. Хотя делал это скорее для вида, чтоб все происходило по правилам, как учили. Цель-то Иван видел безо всяких прицелов — вот он, контейнер, на другом краю крыши. Быстро вращая алидаду, Стрельцов развернул орудие лицом к массивному железному ящику, опустил дуло, выбрал разрывной боекомплект. А затем вдавил ногой спусковой рычаг до упора. Тут же зенитная установка содрогнулась, выпустив в цель очередь снарядов. Контейнер мощным ударом сначала опрокинуло, а потом и вовсе сшибло с крыши вниз. Ванька не спеша встал с кресла, подошел к карнизу, глянул на землю и обомлел. Из развороченного ящика во все стороны, словно черви, быстро извиваясь, расползались пиндальбоки. «Надо же, какие живучие! Гады!» Стрельцов кинулся к лестничному маршу и побежал вниз. Но когда он спустился во двор, около ящика суетилась только пара мозговых особей. Они почему-то замешкались. Гринчанин пинками размазал тварей по стенкам контейнера. Хорошо хоть, выйдя на Ночихе из озера, Иван подобрал в разгромленном лагере диверсантов прочные высокие ботинки со шнуровкой (из арсенала десантников), которые сейчас окрасились в синевато-красноватый оттенок — под цвет внутренностей страхобоев (снаружи-то-червихвосты белые). Иначе бы пришлось потом оттирать инопланетные мозги от штанов. Гринчанин недовольно сплюнул, но на всякий случай погрозил пальцем по сторонам и произнес:
— Будете знать, как на Стрельцова кидаться, сволочи. И родственникам своим передайте…
Сражение на краю города все еще продолжалось. Выходит, там и надо было искать защитников. Поэтому Гринчанин зашагал в ту сторону, откуда доносился вой древних реактивных минометов. Кибердвойник Ивана в технополе, как обычно, отслеживал вокруг себя изменения информационной среды и вскоре заметил, образно говоря, на параллельном курсе сигналы на языке пиндальбоков. Как выяснилось, один из червихвостов непрерывно сопровождал Стрельцова, следуя сбоку в нескольких метрах от него, как почетный кортеж. Страхобой самодовольно передавал свои соплеменникам, что, дескать, «ведет» инфохомоса. Правда, остроголов не догадывался, наверное, что Ванька не только и имеет возможность «запеленговать» излучение, т. е. засечь источник, но еще и расшифровать содержание сигнала. Молодой полковник БГБ без труда нашел в траве червихвоста-сыщика и решил пресечь в корне его шпионские наклонности. Стрельцов нагнулся к блуждающему мозгу и деловито спросил:
— Ну что, дружок, дуешься?
В ответ пиндальбок изогнул один свой конец над мускулистым туловищем, словно скорпион, который готовится ужалить жертву, и яростно зашипел. На Ивана, однако, столь угрожающие позы абсолютно не подействовали. Он поднял ногу и с силой ударил подошвой по толстой гусенице. Но она напряглась, и нога отскочила, отпружинив, как от надутого мяча. Судя по всему, этот пиндальбок — крепкий орешек. Может, один из вожаков своего племени или что-то в этом роде. Но Гринчанин отнюдь не проникся уважением к сопротивляемости зверька. Парень просто подпрыгнул и обеими ногами приземлился на извивающуюся тварь. Кожные покровы червихвоста не выдержали нагрузки, выбросив наружу красновато-синеватую массу. Молодой человек чуть не поскользнулся на мозговом веществе, как на банановой кожуре. Он еле-еле удержался на ногах после прыжка; Ванька представил себе, что было бы, если б он невзначай плюхнулся в эту слизь: