"Фантастика 2024-41". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
Наконец заключение высококвалифицированной врачебной комиссии легло на стол генерала Войко. В нем указывалось, что система кровоснабжения, а также внутренние органы, ткани и железы субъекта номер 15 принадлежат человеку с возрастом от шестидесяти до шестидесяти пяти лет… Единственное, что выпадало из этого ряда, — тесты на сообразительность и умственные способности. По результатам исследований можно было сделать вывод, что пациент находится на интеллектуальном подъеме, соответствующем возрасту приблизительно двадцати двух — двадцати пяти лет, и обладает незаурядной живостью ума. На словах председатель комиссии рассказал опытному службисту о неподдельном удивлении всех до единого врачей как испытуемый, дожив до таких лет, сумел сохранить ясность мышления, присущую молодому возрасту. Доктор даже пошутил по этому поводу, мол, хоть стихи пиши.
Короче, если не считать сохранившегося соображения и воображения, то остальные результаты обследования совершенно не обрадовали ни Бойко, ни Стрельцова, ни Катерину. Еще одна такая стычка с Тенью, и наш галактический боец может отойти в миры иные. И тогда прощай системная безопасность технополя и стоп информационные Технологии БГБ.
Иван понурил голову и уныло уставился на медицинский документ, как баран на новые ворота. Непроходимый тупик. Даже живость ума, удачно подмеченная врачами, почему-то временно рассеялась…
Но молодость все-таки берет свое. Стрельцова наконец посетила одна неординарная мысль. Парень сразу оживился и одним махом сбросил с себя хандру, словно тулуп с плеч. От обреченности не осталось и следа. Гринчанин игриво подмигнул невесте и шлепнул ладонью по столу.
— Все это — туфта, — бодро произнес Ванька. — Есть тут на Октаве у меня один очень хороший диагностик.. Познакомился по случаю…
Войко, привыкший верить в квалификацию галбезовских докторов, недоверчиво спросил:
— Он что, опытный врач?
— Нет, он — абор.
— Ничего не понимаю, — признался генерал.
— Аборы видят ауру и по свечению, окружающему голову человека, могут определить его состояние. Зверушки очень проницательны, и, мне кажется, их исследовательские способности чрезвычайно велики.
— Ты так полагаешь? — усомнилась Катерина.
— Еще бы. Ведь простые с виду пни почти наполовину набиты мозгами. Представляете, какое количество нейронов?
— Конечно, — съязвил Войко. — Им бы еще штекер в задницу — и вот тебе готовый компьютер. Фраза сразила Стрельцова наповал, и он по-настоящему развеселился, как, впрочем, и собеседники. Юмор восстанавливает силы почище, чем лекарства и снадобья. От хорошей шутки и мертвый в гробу улыбнется.
— А что? — поддержал шефа гринчанин. — Это идея! Надо запатентовать.
— Но-но! Все права защищены…
Генерал не очень-то верил в затею с аборами, однако искренне сочувствовал Ваньке, который уже успел стать для него любимцем (как и для УСБ в целом).
— От меня какая-нибудь помощь требуется? — спросил Войко.
— Да, — немного подумав, ответил подчиненный. — Мне нужен катер БГБ со всеми бумагами, опознавательными знаками, маячками и пропусками, чтоб и полиция, и местные экологи, и егеря — без претензий.
— Комар носа не подточит, — заверил генерал. — Охрану выделить?
— Не надо. — Стрельцов махнул рукой. — Только внимание привлекать. В таком виде меня все равно никто не узнает.
— Да. Действительно. А ехать далеко?
— В то место, где состоялась первая встреча с субмариной Гольфа.
— Порядочно. Может, лучше на типолете? — предложил службист.
— Нет, спасибо. У знакомого жена — беременная. Хотя, может, уже и родила. Да, скорее, родила.
— У какого знакомого? — не понял шеф.
— У абора. У них там брачный сезон.
— А-а… Ну и что?
— Неохота сверху пугать детишек. По воде — естественней. Да и воздух речной — целебный. Глядишь, пока доеду — помолодею.
— Ладно, поступай, как знаешь. Катя с тобой?
— Конечно.
— Хорошо. Только не теряйтесь. Хотя бы пару раз в день выходи на связь. Ведь для тебя это не проблема, — попросил босс. — А то я буду переживать.
— Так точно. Два раза в день: 9.00 и 16.00, — отчеканил Стрельцов.
Генерал, как профессиональный разведчик, остался доволен, что время связи Иван назначил с точностью до минуты.
— Договорились. Можете ехать на набережную. Катер будет ждать напротив речного вокзала. — Шеф немного задумался и добавил: — В случае непредвиденных обстоятельств немедленно вызывайте типолет. Я предупрежу дежурного офицера.
— Спасибо, — отозвался Чтец. — До скорого…
— Удачи!
Глава 29
Наверное, Войко специально распорядился подогнать для Ивана с Катериной катер, оборудованный автоматической системой управления. Поэтому Стрельцову не пришлось неотрывно торчать за штурвалом, уворачиваясь от многочисленных судов и лодок, заполнивших фарватер столичной реки. Чтец мысленно руководил движением прямо с носовой палубы, где они уютно устроились с Катей на мягких раскладных шезлонгах. Иван не пытался выжать из катера всю скорость, на которую тот был способен. Молодые гринчане с удовольствием любовались проплывающими за бортом городскими набережными и старинными архитектурными ансамблями, известными на всю галактику. Чувство прекрасного, по большому счету, доступно человеку лишь во время отдыха. Когда некуда спешить, душа раскрывается для поэтического созерцания мира.
Постепенно за кормой остался центр города, а затем и пригород. Теперь путешественников с обеих сторон окружали величественные пейзажи первозданной природы. Стрельцов снизил скорость до самой малой, чтоб не распугивать стайки птиц, беззаботно перелетающих с дерева на дерево, и животных, пришедших к реке на водопой. Влюбленные опять почувствовали себя туристами в экологическом заповеднике. Встречные суда попадались все реже и реже (местные власти на такое расстояние от города пропускают далеко не каждого). Неожиданно Катя обратилась к жениху:
— Ваня, ты рассказывал, со слов Старолюба, что инфополe состоит из информации и любви.
— И что?
— До меня как-то не доходит. Информация — это нечто конкретное, осязаемое, а любовь — эфемерное и неуловимое. Что между ними общего?
— Здесь надо подойти абстрактно, — пояснил Стрельцов. — Атом, к примеру, состоит из разных вещей: положительно заряженного ядра и отрицательных электронов, а в целом конструкция получается нейтральной. Так и тут: эфемерное проникает в конкретное, и получается обтекаемое и вездесущее, то есть нейтральное. Дошло?
— Как тебе сказать. Ну хорошо. А что из них первично?
— Ответить на этот вопрос так же сложно, как и выяснить, что главней: левая рука или правая… Мне кажется, информация и есть способ существования любви…
— Ой, для меня, Ваня, это все уж больно сложно… И как ты только там ориентируешься, в своем технополе? — Катерина пододвинула свой шезлонг поближе к жениху и спросила заговорщическим тоном: — Вань, а что за мужик подходил ко мне в «Инфодроме»? И как он меня узнал?
Стрельцов помолчал, будто прикидывая, стоит ли отвечать на этот вопрос или нет.
— Ну, Вань, — подтолкнула девушка. — Ты же сам говорил, что во время побега из Галбеза с бэгэбэшниками контактов не поддерживал. Но и людей Виртуоза ты бы не стал на меня выводить. Ведь так?
— Так.
— Откуда ж он взялся? Раньше я этого дядьку не видела. Забавный такой.
— Ты находишь?
— Ну да. Юморной старичок.
— Опять старичок, — вздохнул Чтец.
— Почему опять?
— А сейчас перед тобой кто?
— Извини. Я не хотела тебя обидеть. Ты-то — не старичок. Мы же знаем. А твой связной — незнакомый мужчина. Это же — разные вещи.
— Ты думаешь?
— Ваня, кончай придуриваться. Я же серьезно спрашиваю.
— А я серьезно отвечаю, — улыбнулся пожилой Стрельцов.
Катерина обиженно надулась. — Вот как с тобой разговаривать?
Гринчанин ласково взял в руку ладонь невесты и прижал ее к своему сердцу.