"Фантастика 2024-41". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
Специальные нашивки на погонах, как и следовало ожидать, не обманывали насчет широты полномочий. Лейтенанту было поручено курировать по линии своей службы целое Управление системной безопасности БГБ. Начальство столь важного для межпланетного ведомства управления на первых порах недоуменно поглядывало на слишком молоденького куратора, вычисляя, вероятно, в уме, кто же из высшего генералитета бессовестно засунул своего отпрыска на такую ответственную должность, требующую от человека самых широких профессиональных познаний… Но Иван быстро привел всех в чувство, продемонстрировав квалификацию и компетентность.
Еще при первой встрече с генералом Войко, когда типолет доставил Ваньку и Катерину из заповедника прямо на крышу штаб-квартиры БГБ, службист попросил Чтеца «осмотреть» сети Галбеза и оценить уровень их защищенности. Стрельцов тогда пораженно воскликнул:
— Чем занимаются ваши специалисты из УСБ?
— Как чем? — удивился генерал. — Обеспечивают безопасность компьютерных систем.
— Да ваши сети продырявлены хакерами, как решето.
— Не может быть, — ахнул Войко.
— Зачем же вы попросили меня осмотреть ваше хозяйство, если сами не соглашаетесь с моими оценками? — развел руками Иван.
— Но как ты это видишь?
— Это очень трудно объяснить непосвященному. Вот вы, например, смогли бы объяснить дальтонику, имеющему ущербное черно-белое восприятие действительности, что такое зеленый цвет, а что такое красный?
Генерал, соглашаясь, непроизвольно почесал затылок:
— Ну хотя бы образно ты можешь описать, что видишь?
— Попробую, — согласился Иван. — Информация обладает очень стройной гармонией и яркой красотой, как затейливый рисунок на большом ковре. Если рисунок где-то подпорчен, это сразу бросается в глаза. Или представьте, например, — продолжил Иван, — что вы идете по улице, застроенной однотипными многоэтажными домами. На отдельные детали фасадов вы, как правило, не обращаете никакого внимания. Все конструкции и окна сливаются в естественный фон. Но предположим, что в одном из помещений разгорелся пожар: из окна ползет дым, стена в этом месте закоптилась. Вот здесь-то ваш взгляд и задерживается, по сути, автоматически. Понимаете?
— Почти, — неуверенно покачал головой Войко.
— Ну, хорошо. Поскольку ковер с рисунком информации в технополе очень большой, его можно образно сравнить с сельскохозяйственными плантациями. Представьте, что вы летите на высоте птичьего полета над пшеничным полем. Зрелые колосья под напором ветра переливаются, словно морские волны. Зрелище по своей красоте — захватывающее. И вдруг посреди хлебного поля — воронка от взрыва. Ее просто нельзя не заметить. Здесь как раз поработал хакер — вот вам и аналогия. Теперь понимаете?
— То, что ты это видишь, я понял—ответил генерал. — Но я никак не могу понять, как хакер оставляет следы в инфополе, Ну, скажем, покрутился он вокруг кода, защищающего вход в систему. Если подобрал код или как-то вычислил его, то вошел в систему; если не подобрал — отправился восвояси. Какие там могут быть следы?.. Вот что интересно.
— Хм-м… — отозвался Стрельцов. — Это только кажется, что поле — вроде поверхности воды на озере: бросил камень, круги разошлись, поверхность выровнялась — и никаких тебе следов.
— Во-во! В самую точку, — перебил Войко. — Ты прямо мысли мои читаешь.
— Но на самом деле инфополе представляет собой взаимосвязанную систему со своей экологией, если хотите. Хакер нарушает техническую составляющую этой системы. Он — браконьер в море информации… и ловит свою рыбку запрещенным способом.
Хотя, конечно, как и экосистема, поле со временем самовосстанавливается — те самые воронки от взрывов на пшеничном поле постепенно затягиваются, но только в определенных пределах — какой-то процент от всей площади, так же как речка от одинокой хижины на берегу не погибнет, а если большой город превратит ее в сточную канаву, то органика вымрет. Понятно?
— Вот теперь уже точно — почти, — улыбнулся генерал.
Иван продолжил:
— Хоть хакер и подобрал «ключ» и вошел в систему вроде как по установленному коду, но перед этим грубым подбором отмычек он нарушил гармонию информации, вызвал непродуктивные возмущения поля и, в конечном итоге, захламил его, обломками ненужной информации.
— Ну, Ваня, с такими возможностями тебе — и карты в руки. Бери невидимую экологию под свою защиту, — немного напыщенно попросил тогда Войко.
Жизнь в Управлении системной безопасности БГБ с появлением в нем Стрельцова закипела так бурно, что повергла в изумление даже самых опытных профессионалов Галбеза.
В первые же дни пребывания на новой должности Чтец сконструировал специальную программу, защищающую компьютерные сети от проникновения хакеров, вернее, смодулировал, потому что как программист — в прямом смысле слова — на клавиатуре он ее не набирал. Не вдаваясь в технические сложности, можно описать действие программы следующим образом. Если сеть, на которую осуществлялось нападение, принадлежала правительственному учреждению, то немедленно после попытки взлома, даже неудачной, компьютер хакера сам, без ведома хозяина, отправлял сообщение в Управление системной безопасности БГБ; если сеть частная, то в адрес полицейского отдела по борьбе с системными преступлениями. В сообщении содержалось признание в содеянном преступлении с просьбой провести более тщательное расследование. Можно назвать это добровольной явкой с повинной по компьютерной почте. Указанное признание скреплялось личной электронной подписью владельца компьютера. Поэтому данный документ имел юридическую силу в соответствии с действующим законодательством и служил основанием для получения в прокуратуре ордера на обыск у хакера, а также для конфискации — в случае необходимости — оборудования и других улик в качестве вещественных доказательств. Кроме того, в особых случаях — покушениях на терроризм — такого документа было достаточно для получения санкции на арест подозреваемого злоумышленника.
Что тут началось!
Такого аврала в Управлении системной безопасности БГБ не помнили, пожалуй, с самого момента его основания. Работники Управления просто физически не успевали выезжать по вызовам — точь-в-точь как скорая помощь. От усталости люди валились с ног. УСБ пришлось обращаться к руководству Галбеза с просьбой усилить службу людьми — хотя бы на время. Обработать такой объем информации по вновь заведенным делам сразу не представлялось возможным, поэтому у хакеров просто изымали компьютеры, так как на жестких носителях хранились данные, незаконно добытые из чужих сетей, которые служили уликами преступления.
С физических лиц при этом брали подписку о невыезде и предупреждали о возрастании ответственности в случае получения повторного сообщения, свидетельствующего о том, что хакер не оставил свой преступный промысел. У юридических лиц изымали лицензию на право оказания услуг в сфере программирования, компьютерного сервиса и системного обслуживания — до окончания следствия. На руководителей такой фирмы заводили уголовные дела. Так что дальнейшая деятельность на этом поприще коммерческой структуры, хоть однажды пойманной с поличным при попытке взлома чужих сетей, сразу же прикрывалась.
В среде хакеров разразилась настоящая паника. Взломщики боялись вообще заходить в Галактическую Сеть. Им казалось, что даже этим естественным действием они могут привлечь к себе внимание полиции или Бюро Галактической Безопасности.
Среди заказчиков незаконных сетевых операций тут же родилось феноменальное предложение, которое сулило огромный гонорар тому программисту, который придумает и создаст вирус, нейтрализующий программу Чтеца. Таким образом, обитатели городских кварталов, заселенных компьютерными взломщиками, остались, по сути, совсем без работы. А они составляли фактически целый социальный слой населения. И Стрельцов для них стал самой ненавистной фигурой — врагом номер один. Хотя в Галбезе и засекретили личность разработчика антихакерской программы, но стараниями Ричарда Гольфа имя компьютерного гения стало известно всему свету. Президент «РиГл корпо-рейшн» безошибочно связал появление новинки в области системной безопасности с приходом на службу в БГБ Ивана.