Венец безденежья (СИ)
Впрочем, был и более веский довод. Я потряс жену за воротник и даже пригрозил ей допустимой над Леди расправой со стороны мужа, дабы немного привести в сознание с пониманием, что мы здесь на вражеской территории и выкрутасы благородной леди могут запросто привести к нешуточным неприятностям.
Впрочем, не сильно преуспел. Аниса, только слегка покраснев, возразила:
— Ну пару шлепков от тебя я переживу. А более суровые расправы, это уже или ссылка в монастырь, или казнь. Такого я даже не боюсь от тебя, любимый.
Я только махнул рукой, но все-таки попросил жену сунуть в рот шарик и, отдав ей деньги, взял за руку, и мы пошли, наконец, в храм, благо и жрица уже выпила свое пиво и теперь сидела на месте.
При входе нам пришлось сразу расстаться с двумя золотыми, а потом я немного смущенно, ну как мог, произнес:
— Э-э-э… уважаемая, нам надо получить новые браслеты.
Понаблюдал изрядное удивление на лице женщины и мстительно по отношению к супруге добавил:
— Моя невеста… она бывает очень увлекается… мы немного погнули браслеты… и… в общем, я не знаю, где они теперь. И да, она не говорит с рождения.
Анисе ничего не оставалось, кроме как кивнуть, бросив на меня негодующий взгляд. Хотя с чего бы? Я ничего такого не сказал даже.
Впрочем, тетка наблюдала за моей комедией с явной благожелательностью. То ли она уже попала под влияние ведьмы, просто оказавшись рядом, то ли Аниса на нее подействовала простым взглядом. А может она просто предчувствовала неплохой заработок от двух молодых балбесов, которые ухитрились испортить свои браслеты.
— Какие у вас титулы? — только и спросила она, отцепляя от пояса связку ключей и поворачиваясь к сейфу.
— Леди урожденная баронесса, а я на ранг ниже, — осторожно ответил я, так как выяснить, обязательно ли мне указывать на точное происхождение, мне не удалось. А говорить про то, что мой титул выслуженный, было бы вообще безумием. Здесь не империя. Да даже и там я был изрядным исключением в таком молодом возрасте.
Но жрица только махнула рукой в сторону алтарей.
Аниса подошла и осмотрела рядок тщательно обработанных и даже украшенных монолитов. А потом тайком вытащила изо рта шарик и тихо мне шепнула:
— А ведь эта система очень хорошая, если задуматься. Если хоть один родитель был благородным, то она выдаст и потомку такой же титул. Прямо как у светлых эльфов. То-то у них одни принцы с принцессами. Но… Но такое работает, только если в обществе матриархат. Если мама графиня, а папа конюх, то та вряд ли захочет, чтобы ее дети крутили хвосты коням. А вот в случае патриархата это работать не будет. Ребенок служанки далеко не факт, что будет признан графом. Но вот эти камни должны будут ему выдать титул, равный графскому.
Я был поражен таким глубоким рассуждениям. И вовсе не потому, что считаю жену глупенькой. Совсем наоборот. Просто именно сейчас она от потрясений соображает совсем плохо. Как бы не напортачила… Я даже немного напрягся и зашептал:
— Ты только не вздумай в императрицы заявить себя. Камни-то подтвердят, но как бы у местных тревоги не возникло.
— Не дурочка, — веско ответила мне жена.
После чего положила руку на четвертый камень, вызвав положенную вспышку. Я чуть не зашипел от негодования, а жрица удивленно прокомментировала:
— О! Леди может претендовать на графский титул!
И стала рыться в сейфе снова, меняя уже вытащенный браслет. Аниса сначала бросила не меня озорной взгляд, а потом гордо вскинула голову, намекая, что я ей ничего такого не сделаю, так чего бы не повысить свою общепризнанную «ледистость». В общем, она явно радовалась своей шутке. Но недолго. Когда я, по-быстрому шлепнув ладонью по второму камню, подошел вслед за женой к столу жрицы, то наблюдал голубые озера полных слез глаз моей красавицы. А причиной резкого преображения была озвученная нам сумма:
— С вас сто шестьдесят золотых. Сто пятьдесят за графский браслет и десять за дворянский. Давайте, запишу ваши имена и титулы.
Беда была в том, что у нас столько не было. Я чуть не зарычал про себя. Вот не смог я разведать, сколько стоят эти побрякушки, а еще и Аниса так здорово пошутила. На баронский для нее нам бы точно хватило…
И еще стала понятна радость жрицы от того, что к ней явились два дурачка получать новые знаки благородных. Если у нее есть какой-то процент с продаж, то она могла бы неплохо заработать. Впрочем, радости уже и не наблюдалось.
— А мы можем получить баронский браслет для Леди? — забросил удочку я.
Но тетка только печально покачала головой, что-то пробурчала про контроль со стороны бога, осмотрела кучку блеклых кружков, высыпанных Анисой на стол и захлопнула свой гроссбух, а потом и убрала в сейф сверкающие статусные украшения. Но затем, вероятно под действием очарования ведьмы, настороженно глянула на нас и принялась пересчитывать деньги.
— Итого сто девятнадцать, — задумчиво сказала она. — Что ж, благородные госпожи, я могу предложить вам один вариант, но… Если что, я вас вообще не видела!
Я пожал плечами, ожидая продолжения, а жрица с неожиданным для ее комплекции проворством убежала через маленькую дверь в какое-то подсобное помещение. С нашими деньгами, между прочим. Но ладно… В крайнем случае у нас тут целый бог в заложниках. Шутка. Но жрица явно от бога зависит и просто так с деньгами не смоется.
Аниса виновато посмотрела на меня и уткнулась мне в грудь мокрым от слез лицом. Так и простояли минут пять, пока не вернулась жрица и подала нам два дорогих браслета. Таких же, как и те, которые мы уже имели возможность созерцать, но сильно потертые.
Я просто согласно кивнул, но тетка смотрела на нас слишком удивленно. Еще бы! По ее представлениям, если кто и должен был рыдать в рубашку партнера, так это я.
— Она пустила по ветру мое приданное… — попробовал объяснить конфуз я.
Да, здесь за мужчину могли как выкуп попросить, так и приданное дать. Это я выяснил из разговора этой самой жрицы с ее помощницей, когда шпионил за храмом. Среди простолюдинов чаще просили выкуп, а благородные бывало и приданное давали, особенно в такой ситуации, как наша на взгляд тетки, когда титул у невесты выше, чем у жениха. Если наоборот, то тут уже речь шла о солидном калыме, за породу, так сказать.
Да, и пустить на ветер приданное можно было успеть и до свадьбы, так как его могли выдать еще при подписании брачного контракта.
Впрочем, этот бред жрицу устроил. Она достала два крупных артефакта, и с помощью одного вытащила одно из звеньев из графского браслета, потом надела его на руку Анисы и поднесла второй артефакт, который и включил браслет так, что на нем среди полудрагоценных и даже драгоценных камушков проявилась синяя полоска.
Мой браслет она таким же образом удлинила под мое запястье и проявила на нем зеленую полоску.
Мы вышли из храма, забрали в трактире наши вещи и двинулись к воротам.
— Прости меня, любимый, — заплакала Аниса, вытащив, наконец, свой шарик изо рта. — Я все испортила! Теперь нам не на что купить местную одежду, да и лошадей. Да нам даже есть будет нечего. Это я виновата!
У меня вертелись на языке примерно те же слова, но я оценил состояние супруги и решил ничего не говорить. А когда, замечая ее браслет на запястье ниже завернутого до середины предплечья по местным обычаям рукава куртки, все встречные начали кланяться в пояс, так вообще, моя ненаглядная не знала куда себя девать.
Особенно неприятный сюрприз произошел на рыночной площади. Там толклось человек двести, наверное. С нашим появлением, кто-то заметил очень важный для этого паршивого города браслет и согнулся в поклоне. За ним и остальные. Прямо стоять осталось только несколько стражниц и парочка обычных дворянок в офицерских куртках. Одна приподняла шляпу и кивнула головой, а другая была с непокрытой головой, так что ограничилась кивком.
Я кивнул в ответ, а за мной и Аниса оказала уважение благородным. Ну полный идиотизм! Особенно впечатление усилилось, когда мы проходили мимо, и одна из воительниц сказала другой, так чтобы мы с женой вполне услышали: