Десять дней, девять ночей (СИ)
Я откровенно разглядываю ее, отмечая все детали. Оцениваю ее как соперницу, сейчас мне важно понять, чем она зацепила его…
Стройная, но не более… плоская задница и отсутствие талии… зато сиськи что надо, не меньше 4 размера… волосы крашеные, жесткие и сильно посеченные… самодельный маникюр, и лак уже успел облупиться… ДЕШЕВКА!!!
— Влад, я пойду….- она уже напялила юбку — годе и собрала свои патлы в пучок, — проводишь?..
Я щурю глаза, пытаясь разглядеть — мне показалось или у нее действительно передние зубы золотые?! Она протискивается мимо меня, и я успеваю разглядеть и золотые зубы, и морщинки на лице. Она определенно старше Влада! Превосходно!!! Меня променяли на престарелую кондукторшу троллейбуса!!!
Я не замечаю, как Влад проскакивает мимо меня в прихожую. Слышу только, как они шушукаются и копошатся, как трусливые мыши.
Обвожу взглядом нашу спальню, словно вижу ее в последний раз — обои, которые мы клеили вместе летом… шторы, сшитые по моему индивидуальному заказу… мой любимый комплект сатинового постельного белья. Я так старалась, чтобы наша спальня была уютной… Болезненно морщу лоб, размышляя, ремонт делать или проще сжечь все, к чертовой матери?!..
— Катя, почему ты не предупредила, что приедешь сегодня?.. — с сожалением спрашивает он, будто расстроился, что не успел к моему приезду тортик купить.
Я внимательно вглядываюсь в его глаза, пытаясь увидеть в них хоть каплю вины за содеянное, но вижу лишь досаду и раздражение. И ни грамма раскаянья…
— Сюрприииз!!! — демонстрирую ему бутылку вина, от которой уже изрядно болит рука и ноет правое плечо…
— Мне очень жаль… — печально вздыхает он, — Но, Катя, ты должна знать, что между нами с Таней нет ничего серьезного, это бы…..
— Уходи!.. — прерываю я. — Я устала…
— Я никуда не уйду, пока мы не поговорим!
- Влад, уйди по-хорошему… — я выхожу в прихожую и ставлю бутылку на комод.
— Катенька, я люблю только тебя!!! То, что ты увидела, никак не отразится на нашей семье!!! Мы будем жить, как жили… — несмотря на тупое оцепенение, чувствую, как мои глаза лезут на лоб… он серьезно: "будем жить, как жили"?.. Я смотрю на него так, как будто вижу в первый раз.
— Ты совсем дебил, да?! Вали отсюда, пока я не разбила эту бутылку о твою башку!!!
— Ты и Денис — это все, что у меня есть… — пафосно прижимает ладонь к груди.
Я меняю тактику:
— Влад, пожалуйста, уйди!.. Переночуй у своей мамы, например. А завтра мы обязательно поговорим… правда!
Ненавижу выяснять отношения. Сейчас больше всего на свете я хочу, чтобы он ушел и оставил меня одну, наедине со своими мыслями, и с моей новой реальностью. В голове такая сумятица, что я пока не в состоянии трезво оценить ее. А тут еще этот Влад жужжит над ухом, как надоедливая муха.
— Ладно, ты права… утро вечера мудренее — переночую у Эдика. Но утром я приду и мы поговорим. И не забудь, нам завтра Дениса забирать!
— Да-да, иди… — я потираю пальцами виски, чувствуя приближение приступа головной боли.
Он надевает куртку и ботинки.
— Ну, все, я пошел… — открывает дверь…
— Влад, один вопрос: ты хоть постельное белье собирался поменять?..
— Я… эээ… ну, да, конечно!.. За кого ты меня держишь?!
Глава 3
Звук закрывшейся двери выводит меня из ступора. На смену тупому оцепенению приходит неестественная активность. Нужно что-то делать!!! Что?!! Вроде как, надо бы поплакать, сразу станет легче… но я не могу себя заставить выдавить хоть слезинку. Я знаю, что боль настигнет меня потом — завтра, послезавтра или через неделю… но сейчас я ничего, кроме отвращения и брезгливости, не чувствую.
Нужно себя чем-нибудь занять… Иду на кухню, достаю большой черный мешок для мусора, дрожащими руками надеваю резиновые перчатки и направляюсь в спальню. Надо избавиться от постельного белья… Только начинаю сдирать пододеяльник с одеяла, как в нос ударяет запах… Запах секса… Пахнет спермой Влада и выделениями его любовницы, к ним подмешан сладкий аромат ее духов… К горлу подкатывает тошнота… Это невыносимо… Я закрываю рот рукой и бросаюсь к окну. Открываю его настежь, и чуть не вываливаясь, хватаю губами морозный воздух.
Уношу мешок с бельем к мусорным бакам и на обратном пути решаю, что завтра та же участь ждет подушек и одеяла. На улице темно и холодно — начало ноября — почти зима, но домой идти не хочется. Стою во дворе и, задрав голову, смотрю в окна нашей квартиры. Окно спальни открыто, пусть проветривается… Я не хочу идти туда, мне противно… поэтому еще в течение получаса наматываю круги вокруг дома. Только когда понимаю, что замерзла настолько, что не чувствую ног, поднимаюсь в квартиру.
Закрываю окно и, не раздеваясь, иду на кухню за штопором. Выпью вина, не пропадать же добру!.. Наполняю бокал и усаживаюсь в удобное кресло в гостиной.
Итак, что мы имеем?.. А ничего мы не имеем… Сегодня рухнуло все, во что я верила — девять лет брака… девять лет жизни… девять, как я думала, ЛУЧШИХ лет моей жизни! Моя крепкая семья рассыпалась как замок из песка. Отпив вина, горько усмехаюсь… Нет, все не так — не было никакой крепкой семьи, была лишь ее иллюзия. А я всего лишь слепая дура…
Боли нет, но я знаю — это особенность моей психики. Я — эмоциональный тормоз… даже на похоронах никогда не плачу… Помню, как погиб мой бывший одноклассник и близкий друг. Красивый, умный, гордый мальчик, подающий надежды спортсмен и заветная мечта всех девчонок. Авария — нелепая смерть… Помню похороны, невероятное количество народа, слезы и рыдания, обмороки девочек. Я же стояла среди друзей и не чувствовала ничего…Думала только о том, как сильно у меня болит голова и как устали ноги от длительного стояния. И лишь потом, спустя сорок дней после его смерти, я, наконец, начала осознавать весь ужас произошедшего. Тогда горе накрыло меня с головой как цунами. Год я оплакивала друга, ездила к нему на могилу и никак не могла смириться с его уходом. Потом еще год приходила в себя.
Уверена, в этом случае будет точно так же. Потом, позже, когда пройдет первый шок, будут и слезы, и истерики, и депрессия. А пока, на холодную голову, нужно решить, как жить дальше.
Что бы там ни думал Влад, жить с ним я уже не буду!.. Я не из тех, кто прощает предательство… Не из гордости… просто не умею… А значит, нужно подумать о разводе и разделе имущества. Из имущества у нас только эта трехкомнатная квартира и два автомобиля: моя RAV-4 и Прадик Влада. Машины делить не придется, а вот квартиру нужно будет менять на две: однушку для Влада и двушку для нас с Дениской. С бизнесом тоже проблем не будет — у меня свои цветочные магазинчики, у него — небольшой автосервис.
Инициатором развода выступаю я, значит, вся волокита с судом и продажей квартиры ляжет на мои плечи. Я смогу с этим справиться, главное, чтобы Влад палки в колеса не вставлял… Одного я только не знаю — как все объяснить маме и сыну…
Спустя три часа решаю ложиться спать, завтра тяжелый день… Принимаю душ и, накинув халат, иду в детскую. Проходя мимо зеркала в прихожей, останавливаюсь, вглядываясь в свое отражение. Щурясь, пытаюсь посмотреть на себя чужими глазами, так, как будто я вижу себя в первый раз. Темно — русые волосы чуть ниже плеч, сейчас они мокрые и поэтому немного курчавятся у висков и на самых кончиках — это бесит, конечно, но обычно я легко справляюсь с этим с помощью утюжка… Большие серо-зеленые глаза, густые ресницы — мама говорит, это от отца… прямой нос, среднего размера губы и ямочка на подбородке…
Мой взгляд перемещается ниже, я снимаю халат и остаюсь перед зеркалом в чем мать родила… Грудь небольшая, гораздо меньше, чем у этой… зато крепкая и упругая! Кажется, беременность и грудное вскармливание сделали ее только лучше… Поворачиваюсь боком, чтобы получше разглядеть попу… — это мой козырь, она у меня что надо! Аккуратная, с соблазнительным изгибом от поясницы, про такие еще говорят: "попа краником", хотя и создает опредленные проблемы при выборе одежды. Ноги стройные — не короткие и не длинные — обычные… и белизной кожи похвастаться не могу — я смуглая, зато загар получается красивым, как из солярия.