Игра Хаоса. Спуск к вершине. Книга девятая (СИ)

Пусто. Очередная комната без техники и мебели. Видимо, после покупки здания бывший хозяин не озаботился его обстановкой или просто не до конца решил, для чего будет использовать свое приобретение. А может, ему банально не хватило времени: Вигри убил Герлоха буквально через пару малых циклов после совершения сделки.
За недолгие десять минут я успел осмотреть весь первый этаж и сейчас гулял по второму. В целом дом мне понравился, он, конечно, не сравним с тем, что ждет меня в Двойной Спирали, но ведь маяк создавался индивидуально под меня, воплотив мои мечты в реальность. Но вообще, хорошо. Небольшой уютный двухэтажный особнячок с облицованным мрамором фасадом, высоким крыльцом и парой белоснежных колон у входа, уходящих под самую крышу. Несмотря на прошедшие сотни лет, здание было в идеальном порядке: нигде не было даже пыли, не говоря уже про сгнившие полы, провалившуюся крышу или скрипящую лестницу. Воздух, и тот был свежим, а запах приятным. И это немало удивило меня. Все выглядело так, будто этот дом приобрели буквально вчера и просто не успели завезти мебель.
Еще раз оглядев холл, даже заглянув за деревянную стойку и ожидаемо не найдя там ничего, напоследок, сам не зная зачем, открыл почтовый ящик у входной двери. Он был разделен на две части: первая висела на фасаде дома, куда все желающие могли опускать свои письма и сообщения, а вторая — в холле, доступная только хозяевам, причем отпирать ее пришлось тем же ключом, с помощью которого я открывал сам дом.
Не ожидая там увидеть ничего, максимум пару писем времен приобретения особняка, приоткрыл дверцу, и меня чуть не сбило с ног бумажным потоком, буквально хлынувшим изнутри. Сотни, тысячи писем в конвертах разных форм и расцветок, тяжелые тубусы свитков, пестрые рекламные буклеты, дешевые листовки и лишь боги знают что еще… Шуршащая река широким потоком разливалась по холлу, постепенно оттесняя меня вглубь здания. Наконец, когда водопад писем иссяк, высота бумажного покрова достигала колен. Я растеряно посмотрел на все это печатное изобилие, гадая, как оно помещалось в небольшом ящичке и, самое главное, что со всем этим делать? Чтобы разобрать всю эту гору, потребуется как минимум несколько дней.
И почему так много? Ведь ясно же, что дом заброшен, причем очень давно. Тогда зачем писать? Размышляя, что предпринять, я заметил несколько писем, выделявшихся золотистой печатью с эмблемой парящего города — корреспонденция от Совета Семей, управлявшего здесь всем. В принципе, у меня есть часов семь до встречи с Очищающими, можно хотя бы поинтересоваться, чего от меня хотят представители местной власти.
Не ожидая для себя ничего хорошего, нагнувшись, подхватил ближайший белоснежный конверт, сковырнул печать и вчитался в содержание. Потом перечитал письмо еще раз. Умница Тайвари без труда перевела текст. Правда, меня не слишком сильно обрадовало то, что там было написано. Совет Семей просил собственника дома явиться в местную мэрию для уточнения статуса домовладения. Если этого не проделать в ближайшие сто тридцать лет, то владение будет конфисковано в пользу города и продано с аукциона для погашения имеющихся долгов.
М-да, еще ничего не успел сделать, а уже есть долги. Остается лишь догадываться об их количестве и общей сумме. Хотя, с другой стороны, нужно радоваться тому, что дом вообще в принципе есть, и за такую бездну времени на него никто не успел наложить лапу. И что он дождался меня, хотя и пришлось его поискать изрядно. Даже номер строения не помог: если бы не карта города, которую одолжил у Саймиры, это здание я вряд ли бы сумел найти.
Глянув на бумажную гору, грустно вздохнул и начал сгребать ее себе в сумку. Сейчас разбираться с письмами я точно не стану, время перед турниром слишком дорого. Лучше уж после, на своем островке, под шум моря, изучу, о чем так горели желанием сообщить хозяевам дома. Заодно буду лучше себе представлять, чем живет Город-в-Пустоте. А если погибну, так и вовсе думать об этом не придется — одной проблемой меньше. Сейчас же лучше всего разобраться с имеющимися долгами и заодно узнать, чего именно от меня хочет местная власть.
 
Здание мэрии я нашел довольно быстро благодаря карте города, на которой отражались не только все постройки, но и мое текущее положение, а так же транспортные маяки и точки движущихся платформ. С их помощью можно было перемещаться вверх или вниз меж различными уровнями парящих мостовых. Между тротуарами и домами, подвешенными в пустоте, во всю сновали сотни всевозможных средств передвижения, а по мостовым двигались сотни видов разумных. Буквально в паре шагов от меня полуголая девушка с зеленой кожей и небольшими отростками-антеннами на голове летела, неспешно размахивая большими крыльями как у бабочки, и при этом что-то активно обсуждала по небольшой серебристой капельке связи возле уха. Чуть дальше парил ковер, светившийся магическими знаками, на котором восседал невозмутимый дедок с длинной белоснежной бородой и огромной чалмой и флегматично курил кальян. А справа, возле дома-магазина, торгующего оружием, завис футуристичного вида гравилет, из которого выпрыгнули трое в черных бронированных скафандрах с глухими, скрывающими лица, шлемами и сразу направились к дверям магазина.
До мэрии добираться было слишком далеко, и я решил сократить этот путь. Особо не обращая внимания на происходящее вокруг, я подошел к транспортному маяку, похожему на зеленый гриб, паривший в воздухе, и активировал его, дотронувшись до небольшой выпуклости на шляпке. Тот тут же начал ярко светиться. Не прошло и минуты, как возле меня остановилась странная конструкция, похожая на сани с длинными полозьями, открытым верхом и парой сидений позади. Я показал на карте здание мэрии, молчаливый гуманоид, являвшийся водителем этого своеобразного средства передвижения, на это лишь кивнул и мотнул головой в сторону пассажирских мест. Я сел, пристегнулся ремнем, и, едва раздался щелчок фиксатора, повозка резко рванула вверх, набирая скорость. Волной воздуха меня прижало к сиденью, а недавно съеденный завтрак попросился наружу, я же изо всех сил схватился за поручень, ощутив на нем вмятины от чужих рук — видимо, я не первый, кого впечатлил столь резкий взлет.
А гравитакси тем временем, набирая скорость, неслось вперед над головами прохожих сквозь поток летательных средств, временами лишь чудом не сталкиваясь с кем-то из них. Сани мчались с такой бешенной прытью, словно от этого полета зависла жизнь или смерть целого мира, а я молился всем богам, чтобы живым добраться до этой проклятой мэрии, дав себе зарок больше никогда не использовать местное такси. Погибнуть просто так, даже не в бою, а разбившись во время поездки, — не так я себе представлял свою смерть…
Когда гравитационная повозка замерла возле высокого пафосного здания, похожего одновременно и на храм, и на дворец, я с трудом сумел разжать пальцы и выпустить поручень, на металлической трубке которого теперь остались следы и моих рук. Пошатываясь, я с трудом вылез из убогой конструкции, на которой сюда прилетел. Меня изрядно подташнивало, мир вокруг кружился… Молчаливый водитель красноречиво протянул мне руку за своей платой, и я не глядя сунул ему в руку кристаллический ромбик универсума. Тот удивлено глянул на него, а затем, открыл свою кассу и долго отсчитывал сдачу торговыми жетонами, имевшими хождение только в Городе-в-Пустоте.
Едва я забрал сдачу, такси рвануло вперед, исчезнув в транспортном потоке. Не глядя сунув кучку жетонов себе в пояс и пожелав проклятой повозке вместе с ее водителем отправиться в бездну, я несколько минут просто стоял на мраморных ступенях мэрии, пытаясь прийти в себя. Затем, пошатываясь, заковылял в сторону входа.
Мэрия была заполнена сотнями разумных, сновавших туда-сюда или о чем-то оживленно беседующих, стоя возле небольших аппаратов. Очередь к каждому из них неторопливо двигалась вперед. Стоило первому в ней после долгих манипуляций с аппаратом, активных клацаний по кнопкам, а временами и спора с бездушной железкой получить небольшой жетон с выбитым на нем номером, как все остальные делали шаг вперед. Растеряно замерев посреди зала, я пытался понять, что мне делать дальше, когда лопоухий низкорослик, словно по волшебству оказавшийся рядом со мной, осторожно тронул за руку и, заискивающе глядя в глаза, произнес: