Игра Хаоса. Спуск к вершине. Книга девятая (СИ)
— Господа, — вновь подал голос Лирус, оторвавшись от мнемоснимков, в которых он ничего так и не сумел понять. — Все это: точки утраты искомых предметов, цветные метки печатей — не столь важно, также как и кто, зачем и почему. Мы должны решить, что нам с ним делать и надо ли делать вообще, — и указал на снимок их недавнего гостя.
— А вот с этим сложнее, — пожал плечами огр. — Можно провести открытую проверку, установить принадлежность к Игрокам и во всеуслышанье заявить, что отказываем ему в членстве и посещении главного офиса и всех филиалов Клуба. Но это может привести к потере части клиентов и невыполнимости ряда контрактов. Можно по-тихому устранить, это не сложно, особенно на нашей территории. Но вот последствия… — задумчиво протянул он. — Мы не знаем, кто за ним стоит, сам он по себе или же у него есть хозяева. Если за ним маячит кто-то из крупных кланов, на гибель своего офицера они могут отреагировать весьма нервно, у служителей Хаоса хорошо развиты принципы мести. Они и так изгои и отщепенцы, от которых можно ждать в принципе всего, так что на законы им плевать.
— Да что они нам могут сделать? — возмутился Лирус. — Не переоценивайте их возможности.
— В Ордене Порядка тоже недооценили угрозы лидера одного из хаоситских Домов, — проворчал Рамарох. — А теперь вы можете полюбоваться на руины Аластрейи и спросить пепел ее жителей о гарантиях защиты, обещанной им. А у нас здесь не Аластрейя, — безопасник кивнул на общий зал, наполненный толпами поисковиков, служащих и клиентов, — наша защита взрыва энфиритовой бомбы не выдержит однозначно. И это только один из возможных вариантов. Если захотят, достанут, и не спрашивайте как.
— Так это все-таки хаоситы взорвали Парящий город? — протянула удивленно Элеонора. — Это достоверные сведения?
— Да, — кивнул огр, налив себе еще гномьей слезы, — у меня есть свои источники в Ордене, и они полностью подтвердили эту информацию, даже известно, кто ответственен за терракт — некто Шепчущий. За его голову сейчас объявлена такая награда, что можно купить свою планету, вот только нету желающих ее получить. И это лидер не самого большого из кланов хаоситов.
От этих слов Лирус боязливо поежился, опасливо скосив взгляд на снимок юноши, вызвавшего все эти разговоры.
— Но мы же не можем потворствовать Хаосу! — решительно заявила глава кадровой службы. — Если Орден об этом услышит, наша репутация будет окончательно разрушена! На нас и так сыпется куча обвинений в сотрудничестве с гильдией воров, что мы помогаем им сбывать краденное, а если узнают еще и об этом…
И все надолго замолчали.
— Предлагаю пока ничего не предпринимать, — первым решительно заговорил ответственный за безопасность организации, — просто понаблюдать за ситуацией, понять, чего хотят хаоситы. В случае чего, мы всегда сможем оправдаться, что ни о чем не подозревали. В конце концов, проверку членов Клуба мы не обязаны проводить и делаем это только при возникновении обоснованных подозрений. Мы разыскиваем утраченное, а не проверяем тех, кто помогает нам его возвращать. Подождем, посмотрим, а потом решим. Время у нас есть. Но все должны быть внимательны, несогласованных провокаций больше не устраивать, в финансовые махинации не втягивать, но и не пускать работу с этим «поисковиком» на самотек.
— Согласна, — кивнула Элеонора.
— Поддерживаю, — нервно сглотнув, выдохнул Лирус. Его пугала вся эта ситуация, и ему хотелось поскорее уйти отсюда, вернуться в знакомый и понятный мир цифр.
— Тогда решено, — довольно рыкнул огр, обдумывая, как получше доложить обо всем директору Клуба.
Глава 7
Глава 7. Ломая лед
Страж богов, надсадно дыша, с трудом добрел до берега и тяжело опустился на песок. Голова легла на широкие лапы, глаза устало закрылись и только бока вздымались часто-часто… Наглая волна, пробежав дальше других, плеснула солеными брызгами в нос, но зверь лишь недовольно фыркнул и остался лежать на месте — сил двигаться просто не осталось.
«Да, теперь на турнире ты мне не помощник…» — я лишился своего главного козыря и самого надежного защитника, но пути назад уже не было.
По возвращении из рейда за сыном царицы меня затянули тренировки с нагом, но в усилении нуждался не я один…
Четырнадцать дней назад…
Ассирэй осторожно принюхивается к лежащему перед ним пульсирующему ярко-синему кристаллу с белоснежной дымкой внутри. От него веет лютым холодом, даже камень, на котором тот лежит, покрылся легкой ледяной коркой, хотя я положил кристалл буквально пару секунд назад.
«Ну что, попробуешь?», — спрашиваю я, внимательно наблюдая за действиями и ощущениями мантикоры.
В прошлом сражении нам сильно досталось: пробужденный ото сна древний демон едва не убил моего верного друга и помощника. И если бы не подаренный Паладиусом щит Света и кристалл Жизни, съеденный Стражем богов в склепах Беренхеля, то, возможно, мы бы и не смогли пережить тот бой. Так что сейчас я хочу сделать своего защитника еще чуточку сильнее. Кристалл, лежащий на камне, был сердцем силы могущественного ледяного духа, превратившего в кошмар жизнь обитателей более чем половины мира, и только жаркое солнце тропиков смогло остановить его. Сам этот дух в итоге был сражен в чудовищной битве демонов и духов друг с другом и с сыном Немерона в ловушке, созданной нагом, а его сердце стало моим трофеем.
Ассирэй подошел чуть ближе и осторожно лизнул лежащий перед ним кристалл, по телу пробежала волна холода, заставив могучего зверя поежиться. Его создали из огня и камня, а то, что лежало сейчас перед ним, было воплощением противоположного начала и шло вопреки его природе. И все же он, чуть выждав, снова лизнул кристалл, прислушиваясь к ощущениям внутри себя. Клокочущий холод, порывы ледяного ветра, торосы льда и сияние полярной ночи, снежинки, падающие с небес, — и все это смешано со злостью и родившейся из нее неизбывной ненавистью ко всему, в чем горит огонь жизни, к ходячим источникам тепла.
Нет, эта сила, она не могла стать его частью, Страж богов четко это ощущал. Он не в состоянии ее поглотить — но может побороть. Вступив с ней в схватку, ассирэй сам станет сильнее. Если только одержит победу. И сейчас он осторожно принюхивался к кристаллу, стараясь ощутить глубину и мощь сохранившейся в нем силы, чтобы выяснить, сумеет ли справиться с этим врагом.
Сумеет. Четкое осознание этого пришло не сразу, оно нарастало по мере того, как зверь все глубже всматривался и более полно ощущал врага. Его чутье улавливало тонкие пульсации силы, осязало их мощь, и лишь затем пришло понимание, что с этим противником можно совладать.
«Сколько времени это займет?» — попытался донести до мантикоры свою мысль: скоро Турнир, и я не мог себе позволить надолго остаться без своего главного оружия.
Время — Страж богов не слишком четко представляет себе, что это. В его сознании нет такого понятия, он либо спит, либо действует, когда я призываю его. День, ночь, месяц, год — для него это лишь слова, не связанные ни с чем.
Как же все сложно! Надо думать, как изменить свой вопрос так, чтобы ассирэй сумел его понять. Приходится использовать аналогии: вспоминаю склепы Беренхеля, бой с химерологом и кристалл жизни, после поглощения которого мой помощник впал в спячку в самый неподходящий для меня момент. «Эта схватка будет дольше, чем усвоение и восприятие той силы?» — я шлю образы и воспоминания, стараясь как можно более четко и просто передать свою мысль. Ответ приходится ждать. Я слышу, как тяжело ворочаются мысли в голове зверя, ему даже думать о подобном непросто. Он словно сравнивал возможности врагов: если зеленый пульсирующий кристалл был легкой добычей, так и просившейся, чтобы ее съели, то ледяной походил на холодного ежа, свитого из игольчатых нитей силы.
Наконец, Страж расправил плечи и гордо рыкнул. Это не настоящий враг. Уже кем-то повержен. Погиб. Ассирэй с презрением глянул на кристалл, лежащий перед ним: здесь всего лишь частица, несущая отголоски былой мощи. Он сумеет ее победить. Но как быстро?.. Зверь соизмерял себя, свою возросшую силу. Схватки с опасными врагами меняли его, каждый побежденный противник оставлял после себя новый опыт и знания. Теперь он совсем не тот, каким был, когда я в первый раз его пробудил. Предстоящее сражение ассирэя не страшило, а наполняло предвкушением. Он не испугался бы и драки с тем существом, чьим сердцем когда-то был кристалл, вот только не был бы столь уверен в своей победе.