Портрет предателя (СИ)

И так… приятно?
Но ведь она помолвлена с Себастьяном, она любит его! Почему же ее так взволновало прикосновение другого мужчины? Это неправильно, это недостойно благородной леди! Она же не какая-нибудь похотливая девка! Надо было дать ему пощечину! Хотя, нет, тогда бы вмешался Себастьян, и дело могло бы закончиться плачевно… Значит, нужно просто держаться от хейдеронца подальше и не давать ему для домогательств ни малейшего повода!
========== 15. Майор Бергманн ==========
Майор Клаус Бергманн вошел в таверну «Пьяная сирена» у городской ратуши. Сегодня здесь было непривычно тихо. И неудивительно, если учесть, что всего лишь три дня назад одна половина города чуть ли не подчистую вырезала другую. Хотя твердая рука генерала Шульца постепенно и наводила в Форталезе порядок, горожане еще долго не смогут оправиться от ужасных событий той ночи.
Взгляд упал на доску объявлений у входа. К ней была приколота листовка о розыске Себастьяна и Доминики, несколько объявлений о купле-продаже различного хлама и сегодняшний указ генерала Шульца:
«Внимание!
Все урожденные ангалонцы должны не позже десятого дня от выхода сего указа явиться в казармы Серебряной Стражи и принести присягу на верность новой власти.
При этом надлежит сдать все наличное оружие, и пожертвовать половину имущества на наше благое дело.
Тот, кто по истечении десятидневного срока не исполнит данный указ, будет покаран смертью!
За Хейдерон!
Комендант города Форталезы Генерал Шульц».
Бергманн довольно ухмыльнулся — приятно знать, что город в надежных руках! Он пригладил жидкие пряди волос и вошел в зал. «Пьяная Сирена» считалась приличным заведением и славилась своим винным погребом. Дорогие свечи мерцали в канделябрах и люстрах, бросая дрожащие блики на полированные столы и стулья с резными спинками.
Бергманн миновал лежащие на боку огромные дубовые бочки и уселся за свой любимый столик у стены, украшенной головами оленей и кабанов. К нему подбежал трактирщик и предложил полакомиться свежайшей свиной рулькой, запеченной в пиве со специями и чесноком. Майор не возражал, а для лучшего пищеварения заказал большую кружку эля.
В очаге уютно трещали поленья, а на вертеле томился молочный поросенок, распространяя вокруг себя одуряющий запах жареного мяса. Рулька действительно оказалась великолепной. Бергманн облизал пальцы, вытер их о салфетку и довольно откинулся на спинку стула, рассеянно ковыряясь во рту зубочисткой. Его взгляд лениво блуждал по разноцветным бутылкам за барной стойкой и развешанной по стенам отполированной старинной утвари.
Вдруг входная дверь распахнулась, и на пороге показались две знакомые фигуры. Майор узнал их и задался вопросом: что эти голодранцы делают в таком респектабельном заведении? Бергманну иногда приходилось иметь с ними дело, и он знал, что Дитмар и Юрген промышляют контрабандой и мелкими грабежами, и что обычно в их карманах гуляет ветер. Но сейчас проходимцы щеголяли дорогими камзолами, их головы украшали модные шляпы, а на шеях болтались позолоченные медальоны.
— Эй! — Бергманн вытянул руку вверх, привлекая к себе их внимание.
Дитмар и Юрген заметили майора и подошли к его столику.
— Здорово, дружище, — сказал одноглазый Дитмар, отодвигая стул.
— Какими судьбами? — поинтересовался Бергманн.
— Да вот, сорвали неплохой куш, — похвастался Юрген, присаживаясь за столик. — Гуляем!
К ним тут же подскочил трактирщик и поинтересовался, чего будет угодно достопочтенным господам.
— Тащи самое дорогое, что есть в меню! — одноглазый откинулся на спинку стула. — И побольше эля!
— Тебе что-нибудь заказать? — взглянул Юрген на майора. — Мы угощаем!
Бергманн был сыт по горло, но он никогда не упускал возможности поживиться за чужой счет, поэтому радостно согласился.
— Благодарю! Что-нибудь на ваше усмотрение.
Трактирщик умчался выполнять заказ, а Бергманн с интересом уставился на бандитов.
— Куш, говорите, сорвали? А вы в курсе, что Шульц приказал сдать в казну все добро, награбленное той ночью? А кто не сдаст — будет болтаться на виселице.
 
— А мы, между прочим, никого не грабили, — обиженно заявил Юрген.
— Мы тогда здорово напились и всю ночь продрыхли, — пояснил Дитмар. — Нас там и не было, во дворце-то.
— А откуда тогда у вас деньги? — поинтересовался майор.
— Мы их честно заработали! — похвастался Юрген.
Появился трактирщик и грохнул на стол глиняные кружки, доверху наполненные ароматным элем. Бергманн сдул пену и пригубил напиток. Он прищурил свои и без того небольшие глазки и ехидно поинтересовался:
— Честно заработали, говорите? И вы рассчитываете, что генерал в это поверит?
— Зуб даю! — выпалил одноглазый. — Нам Зигурд заплатил!
Майор резко встрепенулся, нечаянно плеснув напитком на полированную столешницу.
— Зигурд? Кернхард? — переспросил он, судорожно потирая внезапно вспотевшую лысину.
— Ну да, — ответил Юрген. — Мы помогли его молодчикам смыться из города.
— Каким еще молодчикам? — прищурился Бергманн.
— Было с ним двое юнцов, они вроде как папашу своего замочили во время резни, а стражники об этом пронюхали.
— Как они выглядели, эти юнцы? — нетерпеливо спросил майор.
— Мы толком не разглядели, — протянул Дитмар и громко отхлебнул эль. — Темно было, и на них еще были такие большие шляпы, что и лиц-то под ними не видать.
Бергманн подался вперед и пристально уставился на проходимцев.
— А не мог ли один из них быть переодетой бабой? — поинтересовался он.
Бандиты ошеломленно переглянулись.
— Уж не хочешь ли ты сказать… — начал одноглазый.
—… что это были княжеские детки, за которых причитается тысяча золотых! — закончил его мысль Юрген.
Майор молча сверлил их крысиными глазками.
— Вот ублюдок! — воскликнул Дитмар. — Откупился какими-то побрякушками, когда у нас в руках было целое состояние!
— Куда они отправились? — неожиданно жестко спросил Бергманн.
Проходимцы замялись, видимо прикидывая, как бы самим изловить добычу и получить за нее награду.
Майор резко вскочил и грозно стукнул кулаком по столу, от чего стоящие на нем кружки нервно подпрыгнули.
— Отвечайте, мерзавцы, или с вами будет говорить Шульц!!! — заорал он, брызжа слюной в разные стороны. — А он вовсе не такой добрый, как я!
Бандиты боязливо поежились — все знали, что генерал скор на расправу. А когда выяснится, что это именно они помогли Зигурду уйти…
— Мы высадили их на пляже, к востоку от города, на краю леса. Ну, там где мы обычно встречаемся с нашими… э-э-э… коллегами из Алькантара.
— Я знаю, где это место, — отрезал Бергманн. — Они наверняка собрались в Кастиллу! Хм, я примерно представляю, где именно они могут выйти на дорогу! Нужно срочно выслать погоню!
С этими словами майор резко отодвинул стул и помчался к выходу, чуть не сбив по дороге хозяина таверны, несущего полный поднос самых дорогих блюд для глубокоуважаемых господ.
Бандиты переглянулись.
— Надо валить! — пробормотал одноглазый, и проходимцы ринулись к двери, оставив трактирщика выкрикивать им вслед самые изощренные ругательства, которые он успел выучить за двадцать лет непрерывной работы.
========== 16. Привал ==========
Хрясь!
Топор выпал из рук и воткнулся лезвием в землю. Себастьян едва успел отдернуть ногу с его пути.
«Проклятое дерево!» — он вновь поднял топор и размахнулся, но сзади подошел Зигурд и перехватил топорище рукой.
— Дай сюда! Если ты отрубишь себе ногу, я не собираюсь тащить тебя на своем горбу, — сердито проворчал он.
— Я сам! — воскликнул Себастьян и попытался отнять инструмент.
— Иди уже, «сам», собери лучше хвороста для костра!
— Мы принесли тебе уже целую кучу! — подала голос Доминика, указывая на груду прутьев, сваленную у палатки.
Зигурд тяжело вздохнул.
— Хворост — это сухое дерево! Повторяю: сухое! А не ветки с зелеными листьями! И что я должен с ними делать?