Варторн: Уничтожение
Будучи вполне толковой и самостоятельной горожанкой, Квентис зарабатывала на жизнь уличной торговлей с передвижного лотка. Хоть годы и оставили отпечаток на ее лице – сорок лет не шутка! – женщина выглядела получше многих своих ровесниц. К тому же если в этом лике и были какие-то недостатки, они с лихвой окупались нежным теплом ее янтарных глаз.
– Думаю, можно сказать, что процесс захватил уже весь Каллах, – кивнула она Брику.
– Да, я уже слышал.
Он махнул рукой в сторону улицы за лавками. Всю минувшую стражу оттуда доносились панические вопли.
– Люди… они очень встревожены. – Голос Гельшири звучал одновременно взволнованно и сконфуженно. Честно выполнив свою работу, она так и не выяснила, для чего все это было нужно.
– И они, черт побери, правы! – с блаженной улыбкой произнес Ондак, кузен Квентис. – Еще бы не встревожиться, когда вода обращается в кровь. Тут уж поневоле подумаешь: что-то не так!
И собравшиеся в комнате весело рассмеялись. Небольшое помещение едва вмещало эту кучу народу, и все же Брик с сожалением думал, что их слишком мало. Горстка против целой армии, оккупировавшей город.
Именно Ондак подобрал порошки, необходимые для трансформации воды. Остальные члены группы рыскали по харчевням, все еще работающим в окрестностях Каллаха, и доставали необходимые компоненты. Ондак составил смесь, которая при добавлении в воду изменяла ее цвет и консистенцию. Впрочем, этим дело и ограничивалось: при окрашивании вода не становилась ни вредной, ни опасной. После успешного завершения операции из всех водяных баков и цистерн Каллаха потекла вода, по виду неотличимая от крови. Бежала она медленно из-за большей вязкости, да и выглядела страшновато, но на вкус была совершенно обычной.
– Хоть эти поганые фелькцы и пользуются магией, – произнес Тайбер, наполняя стаканы для всей компании, – но, спорим, они до сих пор верят в свои байки про богов!
– Ага! – воскликнула Гельшири, и в глазах ее наконец-то зажглось понимание. – Так вы хотели напугать фелькцев!
Тайбер – бледнолицый, с плохими зубами – покровительственным жестом обнял девочку за плечи.
– Малышка, если б твой пол не был так четко выражен, я бы непременно влюбился в тебя. А теперь, друзья мои, прошу поднять бокалы. Пьем за Менестреля!
В «бокалах» (которые скорее следовало бы назвать стаканами, чашками, плошками и проч.) было вино, а отнюдь не новоявленная каллахская вода. Брик послушно отпил глоток. Когда-то он наслаждался горячительными напитками, а также шумным весельем, сопровождавшим каждое застолье.
Соратники по Рассеченному Кругу не знали его настоящего имени. Он не сообщил им даже псевдонима, который взял себе по прибытии в город. Все звали его просто Менестрелем. Вот и хорошо. Брику нравилась такая анонимность. В конце концов, он трудился не ради славы.
Вокруг все шумели, поздравляя друг друга с успехом, а Брик сидел в сторонке, не принимая участия в общей беседе. Гельшири, прикончив свой стакан, нахмурилась по привычке и спросила:
– Но если нам удастся напугать фелькцев, разве все остальные не испугаются тоже?
И снова Брик не стал разыгрывать из себя многоопытного учителя.
– А мы можем пустить слух, что это работа Рассеченного Круга. Тогда каллахцы не станут бояться.
Было бы, конечно, эффектно оставить свой знак возле каждого хранилища воды. Но это неизбежно привлекло бы внимание и усложнило проведение операции. Как жаль, что Брик не мог сегодня последовать за каждым из диверсантов, дабы при помощи магии высечь перечеркнутый круг на баках с водой. Ведь способность извлекать пламя из ничего все еще оставалась при нем.
Брик продолжать сидеть, потихоньку прихлебывая вино. В голове у него созревали новые планы. Сегодня ребята неплохо поработали, они заслуживают похвалы. Но впереди их ждут новые дела – куда более серьезные и сопряженные с большей опасностью.
Он заметил, что Тайбер, довольно неказистый с виду, обладает особой харизмой. Люди тянулись к нему – несомненному центру сегодняшнего веселья. Он смеялся и заставлял смеяться других. Его окружала атмосфера куража и самоуверенности. Именно такие люди – Брик знал это по собственному опыту – становятся лидерами везде, где льется вино и собирается толпа.
В тот момент, когда Тайбер подхватил три пустые кружки и начал ловко ими жонглировать, Брика наконец посетила идея, которой он так долго дожидался. Чуть погодя он отозвал Тайбера в сторонку и спросил:
– Скажи-ка, дружище, а ты знаком с магией?
РЭЙВЕН (2)
«А вот и он!» – зачем-то прокомментировала Вадия.
Рэйвен ощутила, как радостное волнение захлестнуло ее новую подругу. Она и сама разделяла это чувство. За то короткое время, что они провели вместе с Вадией, девушки очень сблизились. Если раньше у них были общие мысли, то теперь и чувства удивительным образом сливались. Особенно в таком случае – когда обеих женщин охватывало волнение.
Они находились в коридоре. Двигаясь с вновь приобретенной сладострастной грацией, Рэйвен сделала несколько шагов, ненароком оглянулась и только тут «заметила» приближавшегося лорда Абраксиса. Вот он шел – высокий, худой, с непомерно длинными пальцами.
– Милорд! – Девушка склонилась в почтительном поклоне. Нахмурившись, тот замедлил шаги, затем и вовсе остановился. Этот человек являлся самым могущественным – после Матокина – магом Империи. К тому же он был главой Службы внутренней безопасности Империи.
– Кто вы такая? – не слишком любезно поинтересовался он.
– Я Рэйвен, с вашего позволения, лорд Абраксис.
Девушка позволила себе несколько трепетных взмахов ресницами. Вадия успела обучить се нескольким несложным трюкам, которые позволяли наиболее эффектно использовать их совместное роскошное тело.
В глазах колдуна, обычно холодных и бесстрастных, промелькнуло удивление.
– Да, – кивнул он. – Матокин упоминал при мне о твоем воскрешении. Неплохая попытка. Как я понимаю, это было сделано по просьбе генерала Вайзеля?
– Да, лорд.
– Отлично. Это говорит о том, что вы преуспели в своих попытках сблизиться с генералом. Недурно, недурно. И когда же вы планируете возвращаться в расположение армии?
– Очень скоро.
К концу стражи Рэйвен почти оправилась от физического и психического шока по поводу процедуры воскрешения. Сейчас, привыкнув к новому телу, она чувствовала себя вполне здоровой и дееспособной.
– Отлично. Надеюсь, вы понимаете, что прежнее задание, которое вы получили от нас с лордом Матокином, остается в силе? – многозначительно произнес маг.
– Конечно, – ответила Рэйвен. – Лорд Матокин уже напомнил мне об этом.
– Вот и прекрасно.
Собираясь на прогулку по коридорам Дворца, где она рассчитывала встретить лорда Абраксиса, Рэйвен надела тонкое платье, которое выгодно оттеняло все изгибы и выпуклости ее соблазнительного тела. Уж теперь-то она знала, какую притягательную силу может иметь женское тело. Прежде чем выйти из комнаты, она долго и с удовольствием изучала собственное отражение в зеркале. Вадия, со своей стороны, с законной гордостью демонстрировала ей собственное богатство и заявляла, что Рэйвен предстоит познать вкус победы над многими мужскими сердцами. Очень приятные ощущения – смеясь, говорила она.
Что ж, судя по тому впечатлению, которое Рэйвен произвела на стражников и посыльных в коридоре, подруга не лгала.
– Это так любезно, что вы проявляете интерес ко мне, – низким вибрирующим голосом проговорила девушка и придвинулась чуть ближе к высокопоставленному магу.
И снова в невыразительных глазах Абраксиса что-то промелькнуло.
– Я… то есть, мы с лордом Матокином… мы лишь хотели, чтобы вы получили возможность наилучшим образом проявлять свои способности, – запнувшись, произнес он.
– О, я счастлива их проявить, – сказала Рэйвен, стараясь не переиграть. Роль соблазнительницы была для нее внове – что, естественно, не относилось к Вадии. Там, в комнате, она поспешила посвятить Рэйвен в некоторые свои воспоминания. Надо сказать, весьма впечатляющие воспоминания.