Кукольная мастерская (СИ)

Сначала белая испугалась, но тело перестало мучительно трясти. И наконец… Расслабленный выдох. Она чувствовала, как от окутанной пыльцой ладони исходят импульсы, чужая эссенция вливается в тело, запуская и поддерживая регенерацию с новой силой. Слезы вновь потекли по щекам Ави, но наконец это были слезы облегчения. Не видя спасительницы, она лишь чувствовала доброту, и потом с новой силой сжала протянутую руку помощи.
Оборотнессы держались за руки. Во тьме и одиночестве, без слов, в полной тишине. Расти много раз трогала всевозможных волков, сила её крови просто усиливала природную регенерацию, но почему-то этот раз казался особенным. Таким теплым, успокаивающим…
– Айвори, – прошептала Ави. – Спасибо.
– Айвори... – улыбнувшись, повторила лиственная. – У меня очень мало времени, е-если меня найдут…
– Еще немного... прошу. – Белая волчица не хотела отпускать, и не только из-за целительских способностей. Еще немного послушать приятный голос, почувствовать тепло кожи…
– Е-если ты выйдешь отсюда, мы сможем увидеться... – Расти также не хотела отпускать, но время было против них.
Корни поползли обратно, оставляя после себя притупленный голод и заживленные раны. С усилием волчицы разорвали контакт.
– Спасибо, – шмыгнула носом Ави. – Спасибо, Расти.
– Прошу, подыгрывай лорду, и больше тебя не посадят сюда. – Зеленая волчица уже смотрела на лестницу. – Все, мне пора обратно.
– Мы же еще встретимся? – приложив руку к двери, Ави не подозревала, что собеседница сделала так же.
– Надеюсь, что да... – лишь и сказала спасительница, поспешив к выходу.
Она ушла.
В одиночестве Айвори еще какое-то время смотрела на раскрытую ладонь, прижав её к груди, и та небольшая теплота была ей новой опорой.
Остаток дня белая волчица думала про слова Расти, думала о своих сестрах и названых родителях.
"Подыгрывать... Да?"
Невыносимая боль ушла. Уступив место плану, как выжить до прихода родных.
* * *
Настоящее 
"Клиф, смотри!"
Какого хрена? Спустившись по очередному пригорку, я увидел на дороге… Музыканта? Да, это точно был он: дурацкий домик на спине, куб-шкатулка в руках… Я бы обрадовался, сиди он том же месте, где мы встретились в первый раз, но местность вокруг все еще была незнакомой. Вездесущий старичок... С другой стороны, если он информатор, может, получится спросить дорогу? Или узнать что-нибудь полезное.
Еще раз оглядевшись по сторонам, я в образе огромной зверюги пошел к сидящему.
  
Глава 19 Начало восстания
 
– Сижу я у реки, и говорит со мной вода... м-м-м, ля-ля, – напевал Музыкант.
Стоило мне подойти ближе, как песня стихла.
– А, мсье мягкотелый! 
Прозвучало удивленно, но ощущение наигранности в его голосе не покидало меня.
– Ну привет, – встряхнул я мордой. – И не называй меня так.
– Хм-м? – Ручка крутанулась, но новая мелодия не спешила играть. – И как же вас величать, грозный волк?
– Клиф.
– О-о-о, трубадур-трубадур... – завел он знакомый стишок.
– Да-да, это из сказки, – фыркнул я. – Что ты здесь делаешь?
– Мне кажется, это мои слова, вроде у вас была красавица-спутница. Неужели потерялась? – заиграла лютня, подчеркивающая веселые нотки.
"Вопросом на вопрос..."
– Можно и так сказать, – в очередной раз огляделся я по сторонам. – Подскажешь дорогу?
– Хм-хм-хм. – Новый поворот, новая мелодия. – Мне кажется, другое ты спросить хочешь?
И снова он игнорировал. Я не понимал, но чувствовал, что это какая-то игра. Ох, куклы, чтоб их! Но я действительно призадумался. Если не путь к домику Любовницы... то что можно спросить? Этот Музыкант тут появился неспроста. Путь, хм-м. Я ведь действительно уже знаю, куда мне идти и что делать. 
Старик пристально наблюдал за моим мыслительным процессом, и почему-то в голову пришла странная мысль. Попытка не пытка.
– Ты знаешь, где может находиться свита королевы Альки? – прищурив глаза, я ждал очередного вопроса на вопрос, но…
 
– А вот это уже интересней! – захихикал музыкант. – Плата...
– Пальцы отрезать не стану, – сразу пресек я.
– Ха-ха-ха, – вяло рассмеялся он. – Плоть неинтересна и бесполезна здесь. – Позади нас пронесся один из мусорщиков. – "Старичок все видит и все слышит, только ты не бойся и проси", – как насчет услуги?
– Слушаю. – Явный подвох, но делать нечего.
Ручка куба несколько раз крутанулась: скрипка, губная гармошка, мелодичное пианино.
– Тот, что воин клинка и мушкета, – не ищи, он выйдет сам; тот, что шутит злобно, – скрывается в тенях, и путь укажет та, что любит. – Впервые Музыкант приподнял голову. Под капюшоном не было лица, лишь две нарисованные точки на дереве. – Остается самый громкий, тот, кто всегда молчит.
"Паж", – сразу поняла Нова.
И, естественно, я не удивился, что информатор прошел мимо уже найденного Рыцаря и Любовницы.
– Где он? – слегка приободрившись, я присел, чтобы быть на одном уровне с сидящим Музыкантом.
– Приютил его убийца, похититель тел, они друзья, но идти к ним – идти на смерть. – Я ждал, когда старик закончит, но, похоже, это было все.
– Ни черта не понятно... – оскалился я.
– Красавица поймет. – На гладком лице не было губ, но я отчетливо почувствовал улыбку.
Да уж, вот тебе и информация. Если этот вездесущий потребует за неё нечто ценное, я разозлюсь.
– Ну и? – выпрямился я во весь рост. – Что ты хочешь?
– Мастерская меняется. Впервые за столько лет. И в конце часы сделают оборот, это неизбежно. Как предстанешь перед солнцем, прокричи во весь голос: "Я же говорил!" – пианино из куба брякнуло, как будто играющий ударил по клавишам. – Такова моя просьба.
– Это... – не понимал я. – Это и есть услуга? Что за черт?!
– Слова важны, – кивнул он сам себе. – Иди, Клиф, меняй устои, а я просто посмотрю.
Больше Музыкант не проронил ни слова, и отдаляющаяся мелодия из-за спины оставила мне много новых вопросов. Сейчас все это казалось очередным кукольным безумием, но и отчего-то ощущение важности этой просьбы не оставляло. "Я же говорил"… Кому будет адресовано это послание?
Несколько оборотов блуждания по однотипной местности дали плоды: знакомые скалы становились все ближе. За ними тропа, все выше и выше – и, под новый "закат"…
"Как же я рада снова видеть этот домик!"
Да, согласен, но, думаю, после нашей выходки убежище придется поменять. Думаю, Боунс не дурак и по оставленным зацепкам сможет сложить мозаичную тропу, что приведет его к дому Лю. К тому же нападения уже имели место быть. 
Подойдя к двери, я услышал голос Эмили, но куклы уже знали, кто идет, а потому стихли.
Я вернулся в человеческий облик, переборов мигрень.
– Клиф! – Любовница сразу бросилась ко мне, уже раскрывая руки для объятий, но осеклась. – Я... я рада, что ты в порядке. 
Привычное красное платье снова было на ней.
– Сэр волк, – кивнул рыцарь. Как с его габаритами он прошел через дверной проем, еще предстояло узнать. Но, судя по шлему-голове, что он держал в руках, чтобы стоять в полный рост, заходил он явно по частям. Безголовый рыцарь, хех.
Эмили также переоделась в одно из старых платьев Лю, и черная ткань подчеркивала ее статный вид. Хотя стоило мне зайти в домик, как беглянка изрядно напряглась, пусть и продолжала сидеть на стуле около окна.
– Со мной все в порядке, – улыбнулся я Лю. – Как вы добрались?
– Тут можете не переживать, сэр Клиф, дамы были под моей неустанной защитой, – притопнул Рыцарь, лязгая металлом. Меч у стены слегка наклонился.
– Да, наш телохранитель был хорошей защитой от нежелательных кукол, – подтвердила красноволосая. Также я заметил, что её палец снова на месте, хотя и другого цвета, более темного, чем остальное дерево.