Сказка на ночь для дракона (СИ)

Я так задумалась, что даже не заметила, что в комнате наступила тишина. Арий и Станислас больше не орали друг на друга, а смотрели на меня. Очень пристально смотрели, между прочим. И мне их взгляды не понравились. От слова совсем. И если Станислас смотрел просто очень сердито, то Арий…
Вы когда-нибудь видели очень близко глаза голодного тигра? Вот и я нет. Но думаю, они примерно такие, как сейчас были у Ария. И смотрели эти глаза на мои задранные на стол ноги.
— Арий! — предупреждающе рыкнул Станислас, и теперь уже он встал между мной и драконом. А я поскорее ноги под себя поджала, ночнушку натянула пониже и замерла в недоумении — с чего мои коленки так на Ария подействовали?
Или в этом мире женщинам запрещено задирать ноги на столики и сейчас я нарушила самый их главный закон? Так я же не знала, простите великодушно. И, если надо, готова чистосердечно признаться в содеянном и пойти на сделку со следствием.
Станислас к Арию наклонился и они опять заговорили на незнакомом языке. Только теперь, похоже, демон отчитывал дракона, а потом и вовсе вытолкал его за дверь.
Я вздохнула с облегчением, а Претемнейший сел напротив меня и нежно так замурлыкал:
— Региночка, ящерка моя. Ты, пожалуйста, ножками своими не свети перед Арием, ладно? А то он, видишь какой впечатлительный. Я ведь не всегда смогу быть рядом и закрывать тебя от его загребущих лап.
— Только ножками нельзя светить? — я недоумевала, честно говоря. Что произошло-то?
Станислас подумал и глубокомысленно произнес:
— Лучше ничем не свети, целее будешь. Тебе завтра к королю ехать, а если Арий не успокоится, ты его величеству только проблемы подаришь вместо личного счастья.
И видя, что я окончательно ничего не поняла, демон предложил:
— Ложись-ка ты лучше в постель, да поспи еще немного. Утром приедут портниха, обувщик и ювелир, а после обеда поедем по магазинам, докупать недостающее для отбора.
Тут я не выдержала и взмолилась:
— Станислас, милый, хороший, почти любимый, можно я не поеду на этот отбор, а? Не хочу я дарить королю личное счастье. У меня самой его не так много, чтобы разным посторонним личностям раздавать.
— Как все запущенно, — покачал головой рогатый ехидина. — Вот как ты можешь называть его величество посторонней личностью? Неужели такой красавец не предмет твоих девичьих грез? И разве не о таком муже мечтает половина женщин твоего мира? Он к тебе всей своей королевской душой, а ты, значит, счастьем делиться не хочешь? Да ты зажралась, Региночка, — Претемнейший, как обычно, был само очарование.
Я вспомнила голубоглазого короля и призналась:
— Мужчина он привлекательный. Король, к тому же, что тоже несомненный плюс к его биографии. Только я домой хочу-у-у, Станислас, к ма-а-ме.
Демон опять приобнял меня печальную, по голове погладил. В лоб, как покойника чмокнул, и объявил:
— Поздно, Регина, назвалась груздем, полезай на отбор. Да чего ты так переживаешь? Отбор — это весело! Не бойся, я буду рядом и присмотрю, чтобы тебя там не сильно обижали. А еще, в конце отбора всем участницам будут дорогие подарки.
Да уж, умеешь ты утешить, чертяка языкатый, мастер художественного свиста. Хотя, подарки — это интересно. Их ведь можно будет деньгами заменить? Мне же нужно будет на что-то жить, если я все-таки застряну здесь надолго.
Поняв по моему лицу, что я начинаю нервничать, Станислас и его парчовый халат задерживаться в моей спальне не стали, и предпочли слинять так же незаметно, как и появились — вот только были, и уже исчезли.
А я завалилась на кровать, взвесила все за и против, и решила, что черт с ним, поучаствую в этом дурацком отборе. Заодно, глядишь, информацией разживусь, как мне домой вернуться. И пусть только попробует меня там кто-нибудь обидеть — заранее сочувствую несчастному самоубийце.
  
Глава 13
 
— Госпожа, госпожа, просыпайтесь, — сквозь сон настырно прорывался чей-то писклявый голосок и упорно мешал досматривать очень приятное сновидение.
Я недовольно замычала и перевернулась на другой бок, накрыв голову подушкой. Какая еще госпожа и зачем мне просыпаться?
 
— Госпожа, проснитесь, пожалуйста. Претемнейший ждет вас на завтрак, — и меня осторожно потрогали за плечо.
— Зури, в чем дело, почему леди Рейджина до сих пор в постели? Я когда велел тебе ее разбудить? — раздался над головой грозный голос. — Регина, вставай быстро, у нас сегодня дел много.
И с меня беспардонно стянули одеяло.
Пришлось вынимать голову из-под подушки и принимать вертикальное положение.
— Станислас, ты не обнаглел? — проскрипела я, сонно глядя на стоящего в ногах кровати Претемнейшего с моим одеялом в руках. — Тебя не учили, что входить в комнату к даме без стука неприлично? И верни одеяло — я, между прочим, под ним почти голая.
— Регина, вставай по-хорошему. Мы с тобой сейчас быстро завтракаем, ты общаешься с модисткой и сапожником, и вместе едем по магазинам. У тебя завтра отбор, а ты без подобающего гардероба. Или так и поедешь в ночной сорочке в королевский дворец?
О, святые угодники, не напоминайте мне про отбор!
Понимая, что рогатый зануда не отвяжется, сползла с кровати, и под его подозрительным взглядом побрела в ванную. После водных процедур Зури выдала мне симпатичный пеньюар и мягкие туфельки, севшие на меня точно по размеру. И, слегка проснувшись, я выползла под пресветлые очи Претемнейшего.
Завтракали мы в соседней комнате, оказавшейся моей личной гостиной — такой же бело-золотой и симпатичной, как спальня. Все-таки вкус у демонов определенно есть, зря за них переживала.
Я с удовольствием подкрепилась идеально приготовленным омлетом, творожной запеканкой и парой песочных корзиночек с фруктами и взбитыми сливками. Ну ладно, не парой, а пятью пирожными, не буду врать. А что делать, если они такие вкусные, и я сама не заметила, как съела все, что было на тарелке? Станислас не успел даже облизнуться, как я их оприходовала. И пока он пил кофе с ничем, я приступила к расспросам.
— Скажи, на каком языке мы сейчас с тобой разговариваем? И когда я его выучить успела? И вообще, поведай-ка мне об этом мире, куда ты меня так беспардонно затащил, — каюсь, не смогла удержаться от претензий.
— Что значит «затащил»? — невинно округлил глаза Претемнейший. — Ты, Региночка, сама ручку свою белую в портал сунула. Забыла, как к зеркалу потянулась и пальчиками в него залезла? А это, моя дорогая, расценивается как добровольное вступление в зону действия портала. И вся ответственность за содеянное лежит исключительно на тебе, ящерка моя.
Нет, вы только послушайте его. Я, значит, добровольно в портал залезла!
Пришлось зарычать от злости, причем ничуть не слабее, чем недавно рычал сам демон, и даже не хуже, чем Арий ночью. Вспомнив про зеленоглазого, я еще больше осерчала:
— Ты забыл, что меня в спину толкнули, поэтому я и полетела в портал? Что, Станислас, перекладывать с больной головы на здоровую — это у вас национальный вид спорта? Или это твое личное качество, причем лучшее из имеющихся?
— А, по-моему, это ты переваливаешь все с дурной головы на мою умную.
Мы замолкли, уставившись друг на друга, как две разъяренные кошки. Вернее, это я себя так чувствовала. Претемнейший же был абсолютно спокоен, даже будто доволен происходящим.
— Регина, тебе не кажется, что мы с тобой как супруги с многолетним стажем семейной жизни: завтракаем, ссоримся и обсуждаем планы на совместное будущее? — замурлыкал Станислас, развязно улыбаясь.
Да тьфу три раза на тебя и твои фантазии, рогатый хитрюга.
— Прости, Стасик, но ты герой не моего романа, — ответила я твердо, а он и не подумал огорчаться. Вот и славно, сразу расставим все точки и запятые по своим местам, чтобы исключить взаимное недопонимание. Но удержать свое врожденное ехидство все-таки не смогла:
— У меня же король в женихах ходит, или ты забыл, милый? Он-то покруче будет, чем какой-то князь каких-то там долин.