Яга – не баба (СИ)

Избушка зашагала вперед, мы с Васькой побежали следом: все-таки бегало наше жилище очень быстро, и скорость набрало ту еще. Хельга и Руслав действительно нашлись на поляне. Оба сидели у шатра. Русик казался очень бледным, но уж точно не умирающим, а Хельга не сводила с него влюбленных глаз.
— Вернулись? — Руслав поднялся на ноги. — Ну, здравствуй, изба.
Избушка выкинула коленце, будто радуясь встрече, и встала на место, а я открыл дверь. Внутри царил бардак. Вещи попадали, посуда побилась. Хоть бы зеркало не пострадало!
— Васька, поможешь? — спросил кота.
— Помогу, — вздохнул тот, мол, ничего без меня не можете, и важно прошел внутрь. Повел хвостом, и черепки снова стали цельными, превращаясь в тарелки, а вещи поплыли в воздухе, занимая положенные места.
— Спасибо, Василий. С меня мясо, — ответил я и поспешил в спальню, достал завернутое в тряпицу зеркало из-под матраца. Цело!
— Зеркало, ты как? — спросил у отражения.
— Лучше не бывает, — прокашлялось оно.
— Покажи мне Арину.
— Закрыта она магическим заслоном. И братец её Черновей тоже.
Братец? Вот оно что!
— Спасибо, зеркало.
Я убрал свое сокровище и сел на лежанку, обхватив голову руками. Видимо, Черновей как-то дал знать Арине, что мы на свадьбе, она и пришла вместе со зверем. Сегодня избушке удалось спастись, а что будет в следующий раз? Ведь в то, что злодеи остановятся, я не верил. Нам нужен был план, но я так устал, что мысли путались. Вспомнив старую мудрость, что утро вечера мудренее, я лег и закрыл глаза. Ничего, будет и на нашей улице праздник. Обязательно будет.
  
Глава 17
 
На войне как на войне
 
— Значит, Черновею нужно зеркало, — говорила Хельга.
Мы вчетвером сидели в нашей кухне-студии и пили горьковатый травяной чай. Чародейка заявила, что он успокаивает нервы и придает бодрость духа. Пока что никакой бодрости я не чувствовал, а вот спать хотелось, несмотря на то, что всю ночь дрых как сурок. Да, не самое красивое выражение, зато точное.
— Думаю, что да, — ответил я, поняв, что пауза затянулась. — Книгу Арина похитила, но книга бесполезна без зеркала. Значит, наш враг придет снова.
— И что будем делать? — мурлыкнул Васька.
Я покосился на Руслава. Ворон казался необычно задумчивым и молчаливым. Уже жалеет, что позвал Хельгу замуж? Или не рад, что избавился от проклятия? Как бы там ни было, снова обрастать перьями Руслав не торопился.
— Предлагаю действовать на опережение, — сказал я. — Вернуться в столицу, выследить Черновея и схватить. А там он сам расскажет, зачем ему книга, и куда он дел Бабу Ягу.
— Думаешь, это все-таки он? — спросила Хельга.
— Приметы сходятся. Так что почти уверен.
— Располосовать бы его наглую рожу, — воинственно заявил Васька. — Пусть только сунется к нашей избушке! Уж я-то его привечу.
В способностях Василия я не сомневался. Уж кто-кто, а он у нас кот грозный, слов на ветер не бросает.
— Руслав, а ты что скажешь? — обратился к ворону.
— А? — Тот вздрогнул и обернулся. — Простите, я прослушал.
— Мы говорим о том, что надо выследить и схватить Черновея, — ответил я. — Иначе он не угомонится.
— Да, надо. — Руслав снова уставился куда-то в пустоту. Хельга накрыла своей ладошкой его руку. Наверное, нелегко привыкать к миру, когда ты снова стал человеком, будто заново родился.
— Значит, поступим следующим образом. Сегодня я пойду в Мятич, куплю новые занавески, которые обещал избушке, и мясо для Васьки, а вечером сядем и устроим мозговой штурм.
— Какой-такой штурм? — уставился на меня Василий.
— Мозговой, — постучал по своему лбу. — То есть все вместе подумаем и составим план, как заманить Черновея в ловушку. Он знает, где нас искать. Но теперь и для нас не тайна, где он прячется. Притаился в царском тереме и думает, что мы его не достанем? Как бы не так!
— И то верно, — откликнулась Хельга. — Давай, я пойду с тобой в город.
— Нет, лучше я, — вызвался Руслав. — Припасы кончились, пополнить надо. А вы избушкой займитесь. Ей Веник с три короба наобещал.
 
Вот Васька! Всё другу пересказал, больше некому. Но я не обижался на кота. Он помогал мне каждый день, подсказывал, советовал. Без него было бы тяжко.
Собирались мы быстро. Русик будто торопился скорее покинуть избушку. Я даже начал беспокоиться о нашем приятеле, а вот как аккуратнее выспросить, что с ним происходит, не решил. В прошлый раз мои три курса факультета психологии не дали результата. Попытаться снова?
Хельга стояла на крыльце и смотрела нам вслед, пока мы не скрылись за деревьями. Сивку я звать не стал, ступа тоже пылилась без дела. Стоит прогуляться. Мы отошли достаточно далеко, когда я решил, что пора начать беседу.
— И как тебе снова в человеческом облике? — спросил Руслава.
Ворон споткнулся и едва не расшиб нос о дубок, росший у тропинки.
— Нормально, — буркнул недовольно. — Думаешь, мне нравилось быть вороном?
— Судя по тому, как ты хмуришься, у меня закрадываются такие подозрения, — ответил я.
Руслав невесело усмехнулся.
— Тебе не понять, — сказал он. — Все эти годы я думал о том, что буду делать, когда снова стану человеком. Уже потерял надежду, что это однажды случится, и вот… Я в растерянности. Не знаю, как быть, с чего начать. Отвык, понимаешь?
— Понимаю и чувствую себя так же, — ответил приятелю. — Думаешь, мне легко привыкать к чужому миру? Я к нему не приспособлен. Если бы Хельга не взяла на себя приготовление пищи, так и питался бы всухомятку. Тут свои законы. Здесь нет элементарных вещей, к которым я привык: телефона, телевизора. Нет моих близких.
— Жутко представить, каково это. Но для меня возможно.
— Поэтому и говорю, что я тебя понимаю, дружище. Но человек постепенно привыкает ко всему. Мы тоже привыкнем. И потом, у тебя есть Хельга, вы любите друг друга. Зачем усложнять?
Руслав улыбнулся. Видимо, на этот раз знание психологии не подвело. Хотя. Какая там психология? Наши ситуации действительно похожи.
— Удивительно, как меняется мир в зависимости от того, под каким углом на него смотришь, — сказал Русик.
— Да, — кивнул я. — А ты все еще можешь обернуться вороном? Или эта способность пропала?
— Могу, но не хочу, — поморщился тот. — Кажется, что не получится обернуться обратно.
— Тогда не надо. В Мятиче пополним твой гардероб, а то так и будешь ходить в одних штанах и рубашке.
— У меня денег нет.
— Займем у Яги.
А что еще оставалось делать? И заняли, и одежду Руславу купили, и занавески, и мясо, и другие продукты. Назад сами бы не дотащили, пришлось вызывать Сивку. Я погрузил на него мешки, а Руслав все-таки рискнул. Его тело подернулось темной дымкой. Миг — и надо мной взмыл ворон. Я приказал Сивке скакать за ним, и несколько минут спустя мы были у избушки. К счастью, опасения Руслава оказались беспочвенны, и он с легкостью снова стал человеком.
Хельга выбежала из избы ему навстречу, но обнять не решилась, только смотрела на своего жениха, будто не могла наглядеться.
— А мы прибрали в избе, — похвасталась мне. — И бытовые заклинания обновили. Теперь внутри всё еще лучше, чем прежде.
— Спасибо, — ответил я. — Занавески прибыли.
— А мясо? — Васька выпрыгнул из дверей.
— Мясо в первую очередь. Идем внутрь?
Все засуетились, раскладывая продукты по местам, а Васька получил вожделенный кусок свинины, проглотил его, почти не жуя, и довольно растянулся на крылечке. Тем не менее, как только заметил, что мы собираемся обсудить последние новости, присоединился к нам.
Мозговой штурм — дело нужное. Это понимали и я, и мои домочадцы, поэтому мы уселись вокруг стола. Со стороны, наверное, выглядело забавно: девушка-чародейка, я в привычных джинсах и вышитой рубахе, Руслав — весь в черном, как некромант, и большой упитанный кот. Вот только нам четверым весело не было.
— Итак, что мы имеем, — на правах хозяина избы я заговорил первым. = Черновей обосновался в царских палатах. Значит, что?