Возвращается муж из командировки… (СИ)

И тут — «Не отпущу». И пусть это только слова. Но они почему-то оказывают на меня какое-то неправильно сильное воздействие.
— Ты уверен, что говоришь нужные слова человеку, у которого в руках шприц? — вышло у меня это хрипловато. Егор рассмеялся.
— Ты обещала попить со мной чаю.
Я в упор не помнила, чтобы давала такое обещание, но спорить почему-то не стала. И ладонь из его руки не выдергивала. Мне ужасно нравилось, как он держал меня за руку. Но так же нельзя стоять долго. Глупо как-то.
— У меня и рулет меренговый есть к чаю, — продолжал искушать меня Егор.
Рулет меренговый. Отлично просто. То, что надо, для человека, который ел в последний раз часов в двенадцать дня.
— Егор, какой, к черту, чай. Я к тебе прямо с работы. Мне бы не чаю с меренговым рулетом, а…
В это время зазвонил домофон. Я вздрогнула. Кого еще черти принесли?!
Егор выпустил мою ладонь и резко сел.
— А, например, пиццу, да? Я заказал две большие ассорти — в каждой по четыре вида. Нормально?
Я смотрела в его темные яркие глаза.
— А ты умеешь убеждать, Егор.
Он улыбнулся — так, что у меня вдруг снова сжалось сердце — встал и пошёл открывать дверь курьеру.
***
Поскольку все впечатление, какое можно, я уже на Егора произвела, свой голод я скрывать не стала. Утоление голода — это вообще базовый инстинкт, так что нечего тут. Я, собственно, никогда даже и не пыталась произвести впечатление феи, которая питается исключительно цветочной пыльцой, дождевой росой и рукколой — по праздникам. Просто мне с метаболизмом повезло. В общем, пицце, которой казалось так много, мы с Егором нанесли существенный урон.
— Слушай, боюсь, что чай и меренговый рулет в меня уже не влезут.
Егор хмыкнул.
— Ну, их можно оставить… на потом, — мне показалось, что словом «потом» он в последний момент заменил слово «утро». Ах ты, какой шустрый… Но на полный желудок эта мысль вызвала почему-то не возмущение, а какое-то другое чувство. Приятное, что ли. Теплое. Невзирая на то, что оставаться на ночь у Егора я ни под каким предлогом не собиралась. Я у кота не отпросилась, в конце концов! — У меня есть кое-что получше чая.
Я некоторое время молча смотрела на выставленную на стол бутылку вина. На появившуюся рядом с ней пару винных бокалов.
— Ну, надо же отметить мое выздоровление, — Егор аккуратно разливал вино по бокалам. Оказалось — белое.
— А чего это оно с пузырьками? — я взяла бокал и посмотрела на просвет. — Не шампанское же вроде? — я покосилась на бутылку.
— Это винью верде, — Егор поднял свой бокал и тоненько стукнул о мой. — Оно совсем чуть-чуть шипучее. За твои золотые руки, Леся.
«— И за твою шикарную задницу», — мысленно дополнила тост я, а вслух не сказала ничего, лишь скромно потупилась.
Вкусная оказалась эта штука — винью верде. Для лета — самое оно. Я хотела спросить Егора, что это за диковинное вино — винью верде, но он меня опередил с встречным вопросом.
— Слушай, а почему твоего кота зовут Кефир? Молочку любит?
Я сделала еще один вкусный прохладный глоток и улыбнулась. Эта тема была мне интересна.
— На самом деле, его зовут Кифер. Кифер Мейсон Лиам Парсонс. Согласись, длинновато?
— Соглашусь, — улыбнулся Егор. — Так он породистый?
— Как британская королева.
— Так ты можешь быть заводчицей?
— Он кастрирован.
Егор поперхнулся.
— А зачем кастрировать кота с такой родословной? — Егор подлил мне вина.
Я была без понятия — зачем? Мне Кефир такой достался. Становиться заводчицей мейн-кунов я в любом случае не собиралась.
Попивая вкусное вино, я поведала Егору историю появления кота в моем доме. Егор слушал внимательно.
— Теперь понимаю, что мне повезло попасть именно на твой балкон. Ты людей и котов в безвыходной ситуации не бросаешь.
Я фыркнула. Ты тоже тот еще котяра, Егор. Я вдруг осознала, что не хочу вспоминать об обстоятельствах нашей первой встречи. Потому что сразу начинаю думать о том, как Егор с Юлей-пиздюлей в кровати… Фу, Егор, фу! Как можно быть таким неразборчивым! Ты же вон какой — и высокий, и широкоплечий, и очень симпатичный и, кажется, неглупый. Я покосилась на компьютерный стол. Он, наверное, программист. Они часто сейчас работают из дома. Слово-то есть какое-то специальное… Фрилансер, вот! Но я почему-то не решилась спрашивать в лоб, чем Егор занимается. Вместо этого спросила о другом.
 
— Слушай, а у тебя почему такое имя стоит в мессенджере — «Гагарин»? Космосом увлекаешься?
— Это моя фамилия.
— Да ладно?! Ты — Егор Гагарин? А отчество случайно не Юрьевич?
— Не случайно. Юрьевич.
Я даже ахнула, а потом припала к винью верде.
— Так твой отец — Юрий Гагарин?!
— Да. Юрий Алексеевич Гагарин. Но не тот.
— Да я поняла! Но, слушай… Такое совпадение… А откуда у вас такая фамилия?
— Не знаю, — пожал плечами Егор. Кажется, разговор о фамилии ему не нравился. — Как обычно — от отца сыну.
— М-м-м… — многозначительно отозвалась я. Я прямо спинным мозгом почувствовала, что эта тема Егору не очень приятна. Интересно, почему? Какая-то семейная история, наверное… с огоньком. Примерно как у меня, ага. Мысль о том, что это может нас как-то… как-то сближать, показалась мне приятной. Или это просто вино с пузырьками, которое не шампанское, а другое, на меня так влияло.
— Слушай, Егор, — я не стала возражать, когда он подлил еще этого, с пузырьками. — А вот скажи мне… У тебя вроде машина такая… ну, крутая. А чего ты в нашем запростецком доме делаешь?
Он смотрел на меня, прищурившись.
— Считаешь, что крутая?
— Ну… — блин, вино казалось мне все вкуснее и вкуснее. — Не, я тебе честно скажу — я машины различаю только по цвету и по трем категориям — пиздюшки, джипы и остальные. И еще крутые. Вот у тебя… У тебя крутая. Нет?
Он хмыкнул. Покачал вино в бокале.
— Знаешь, я готов жить в спартанских условиях. Но не готов ездить на ведре с болтами.
Я долго осмысливала эту фразу. Это у него тут — спартанские условия? Нормальная квартира, у меня такая же. Все, что для жизни надо, имеется. Я вот очень рада, что у меня есть моя квартира. И что за нее не надо горбатиться в ипотеку. Ипотеку я вот вообще бы не потянула. А так — крыша над головой есть. Прекрасно же? Прекрасно! Я покосилась на пустую бутылку.
— Знаешь, Егор, я таки созрела для меренгового рулета,
— Отлично! — он улыбнулся и встал. — Тогда я ставлю чайник.
***
Я очень ответственно — правда, непонятно, с чего — отнесся к процедуре подготовки чаепития. Налил воды из кувшина с фильтром, включил чайник, долго смотрел на полку с чаями. На все три коробочки, угу. Черный, зеленый, другой зеленый. Решил заварить другой зеленый. Даже обварил заварочный чайник кипятком — как отец учил. Потом рулет на ломтики порезал — а он крошился, зараза. Леся притихла. Я отчего-то подумал, что она моей фигурой со стороны спины любуется, поэтому тоже молчал. Только спину держал ровно.
А когда все было готово, и я все же обернулся — то тут и обнаружилась причина молчания Леси.
Моя гостья уснула. Она устроилась с ногами в углу дивана — там же, где любил сидеть и я. Только поза у нее была другая, я обычно одну ногу сгибал в колене, другую согнутым коленом отводил в сторону, а пятку поджимал под себя. А Леся колени отвела в сторону, обе ноги поджала под себя, голову склонила на плечо. Пустой бокал едва держался в ее пальцах.
Я подошел и аккуратно вытащил бокал из Лесиных пальцев. Она даже не шевельнулась. Реально уснула!
Я обернулся к кухонной зоне, где все было приготовлено для чаепития, потом снова посмотрел на Лесю. И понял, что не буду ее будить. Пусть спит. Если человек засыпает в гостях — значит, он очень сильно устал. А тут еще и винишко. Я, правда, рассчитывал на другой эффект от винью верде — отличный от засыпания. Ну да что уж теперь.
У нее, наверное, не самая простая работа — попробуй, столько жоп ежедневно пообслуживай. И не только жоп. Она же, наверное, и в какие-то другие части тела уколы делает, и в вену, и капельницы ставит. Для меня это что-то немыслимое, я не понимаю, как люди такое делают. А у Леси рука и в самом деле легкая — я сегодня ничуть не соврал, когда произносил тост про ее золотые руки. А сейчас девушка с золотыми руками спала у меня на диване.