Внутри невидимых стен

– Благие намерения, – хмыкнул Макс. – Сама-то веришь, что сможешь их осуществить?
– Нет, – спокойно сказала Вельга. – Во-первых, моя очередь на престол Кохрона даже не десятая, во-вторых, даже получи я трон… Королева не имеет всей полноты королевской власти. Значит, правителем будет мой муж. А в-третьих, за такие идеи меня, скорее всего, попросту отравят или зарежут.
– Да уж, – протянул Макс. – Пожалуй, ты права – не стоит нам брать на себя думы о судьбах ныне живущих. Ты хотя бы аристократка, а я вообще чужак. И не мне устанавливать тут свои правила.
– Как сказать… – медленно покачала головой рыцарь.
– Что ты имеешь в виду?
– Ты – Глас Салангана. Если вы с Хамки сможете построить в Теократии умари более совершенное общество, чем любое из тех, что есть на Зелирии, то и нашим королевствам придется что-то менять в своем устройстве. Ведь если Теократия начнет активно развиваться, будучи мирным государством, рано или поздно об этом прознают. И зелирийцы попытаются переселиться туда. Потому что там станет лучше, чем у них дома. Сейчас миграция меж королевствами не критична и почти незаметна – менять шило на мыло никому не нужно, а Теократия и вовсе страна-агрессор в умах зелирийцев. Но если она станет государством-мечтой, все изменится. Ни одно королевство не будет пытаться напасть, в этом я почти уверена: атаковать умари, ведомых их божеством – самоубийство. Останется лишь пытаться дотянуться до их уровня… Ой, прости! – она рассмеялась. – Что-то я замечталась!
– Тем не менее, в твоих словах есть смысл, – сказал Макс. Продолжать фразу он не стал. Кто знает, что будет дальше, что ждет их в Теократии и чем вообще кончится это путешествие…
С поляны тем временем начали доноситься громкие разговоры – Лика и Самфи уже вернулись.
– Думаю, нам пора к ним, – кивнул он в сторону места привала.
– Да… Идем.
  
Глава 36. И швец, и жнец. Но маленький
 
Отдохнув еще немного, путешественники двинулись дальше. До ночевки оставалось недолго, поэтому Макс решил не спешить и уделить немного времени общению с Мисси, плетясь рядом с ней в хвосте всей компании. Требовалось больше узнать о ней, чтобы понять, как и куда ее можно пристроить.
– Еще не пожалела, что отправилась вместе с нами? – потрепав ее по волосам, весело спросил Макс.
– Конечно нет, господин Макс, как вы могли такое подумать? – воскликнула девочка.
– Если в деревню пришли солдаты, тебя бы спасли. А шляться по лесам – сомнительное удовольствие, да и тяжело.
– Все хорошо! Я достаточно выносливая, особенно когда не голодна. А после такого сытного обеда я готова идти сколько потребуется!
– Правильный настрой. Хотя больше меня удивляет то, что ты так легко сдружилась с Ликой. Она все же умари, народ в деревне чуть ли не дрожал при виде нее.
– Тетя Лика спасла меня, как я могу ее бояться? Моего папу убили, я попыталась убежать, но меня повалили на землю и…
Мисси вздрогнула, словно заново пережила те события.
– Я только помню, что он замахнулся ножом, а потом его голова… Она просто исчезла. Тетя Лика появилась, как по волшебству! Она сбросила его с меня и шепнула: «Сиди тихо, малышка, а я с ними разберусь». Потом погладила по щеке и исчезла, а когда вернулась, то улыбалась. Сказала, что больше мне ничего не угрожает, и отвела к остальным деревенским.
– Кто-то еще из твоих знакомых сталкивался с умари? Они нападали на вас?
– Нет… Я ни разу не слышала, чтобы что-то подобное случалось. Но все боятся их и рассказывают страшные истории. Что если пойдешь в лес ночью, то тебя обязательно поймает умари и съест. Или сделает своим рабом.
Макс только головой покачал. Все выглядело так, словно придурки из деревень навыдумывали детских страшилок и сами же в них поверили. Очевидно, что умари опасны для одиноких путников, но они не столь глупы, чтобы нападать на целую деревню.
 
– Почему-то подобного ответа я и ждал. Послушай, Мисси, если ты говоришь, что твой отец редко кормил тебя, то как ты вообще смогла выжить? Остальные тебя не очень жаловали, насколько понимаю.
– Я привыкла мало кушать, – ее плечи чуть дернулись. – Иногда что-то перепадало от отца, иногда меня подкармливала Аншари. В лесу можно найти ягоды и грибы. Когда становилось совсем плохо, я просила помощи у других жителей. Редко, но со мной делились едой, и мне этого хватало, господин Макс! Я жила не очень плохо. Но кушать хотелось часто. И теперь я осталась сиротой. Когда папа спился, было тяжело, но все же я была не одна. Если бы вы отказались взять меня с собой, я бы умерла очень скоро. И даже если бы в деревню пришли солдаты, вряд ли меня бы это спасло. Говорят, многое зависит от их командира. Если он хороший, солдаты помогают, а если плохой, то забирают все до последнего. Я же понимаю, что теперь не нужна никому. И очень благодарна вам, господин Макс, что вы не бросили меня умирать.
– Не буду врать – я пока тоже не знаю, что с тобой делать, – хмуро вздохнул Макс.
Мисси испуганно посмотрела на него, едва удержавшись, чтобы не отшатнуться.
– Не бойся. Я о том, что мне не очень хочется брать тебя с нами в Теократию. Кто знает, что там может произойти. Я бы предпочел отдать тебя кому-нибудь в услужение. Ты же умеешь что-то делать?
– Конечно, господин Макс! – вновь радостно воскликнула она. – Я могу делать любую работу по дому! Прибираться, ухаживать за огородом, только готовить не умею почти. Вкусную еду, я имею в виду.
– То есть работы ты не боишься?
– Нет-нет! Я готова делать все, что прикажут, если у меня будет кров и еда!
– Хм… – Макс понял, насколько сильно недооценивал эту маленькую девочку.
Он смотрел на нее, как на обычного ребенка. Ребенка из своего мира. Который к одиннадцати годам представляет из себя не приспособленное к жизни существо, не умеющее ни работать, ни, иной раз, шнурки завязать. Но Мисси – другое дело. Жизнь в деревне вынудила ее многому научиться. И это стоило учитывать. Основной надеждой Макса был дом какого-нибудь зажиточного крестьянина, куда Мисси можно было пристроить кухаркой или прачкой. Участь не лучшая, но в роли служанки она была бы обеспечена тем самым кровом и едой, а этого ей было бы вполне достаточно.
– Думаю, мы сможем найти тебе новое пристанище, – сказал он. И только сейчас обратил внимание, что во время разговора Мисси периодически дергала плечом, словно ей мешало что-то под рубахой. – У тебя болит плечо?
– О, нет! – она замотала головой. – Все в порядке, господин Макс, просто царапина! Не переживайте! Ударилась, когда упала.
Макс протянул руку, чтобы взглянуть на эту «царапину», но Мисси отстранилась.
– Не переживайте обо мне, господин Макс! Ранка быстро заживет! Не утруждайте себя!
– Ладно, как скажешь. Точно все хорошо?
– Да, господин Макс!
Какое-то время они шли достаточно быстро, продолжая болтать. Но уже через час Макс заметил, что Мисси начала уставать, хоть она и старалась не показывать этого.
Решив не перегружать малышку, Макс предложил выбрать место для ночлега. Друзья нашли подходящую поляну и начали располагаться. В этот раз Лика решила спать рядом с Мисси, а не лезть на дерево.
  
Глава 37. Моя звезда
 
Максу снова не спалось. Сегодня они прошли не такой уж и длинный путь, зато в целом день получился более чем насыщенным. И если от одной мысли о произошедшем на озере парень заметно возбуждался, то разговор на привале хотелось поскорее забыть.
Хуже всего было то, что Макс замечал, как меняется его восприятие. С каждым днем, проведенным на Зелирии, ее обитатели все больше и больше казались ему похожими на людей. А Хамки, которого он считал единственным разумным существом здесь, пусть и весьма своенравным… Ощущая общность с зелирийцами и умари, Макс все больше убеждался, что до Хамки, при всем его вредном характере и длинном языке, ему очень далеко. Бесконечно далеко. Как людям с зелирийцами до саланганцев.