Внутри невидимых стен
Макс не мог поверить ни ушам, ни глазам. Лика, бесноватая и фанатичная умари, столько говорившая про ненависть к зелирийцам; Лика, мечтавшая истребить их во славу Салангана, готова была нести Мисси на себе, а та, несмотря на все страхи ее односельчан перед умари, видела в девушке добрую подругу, а не кровожадное чудовище.
За их восторгами Макс не сразу обратил внимание на реакцию Вельги. А она же, наоборот, хоть и заметно расслабилась после принятого им решения, но особенного интереса к Мисси лично так и не проявила. Впрочем, большого значения это не имело – тащить ребенка в Теократию Макс не собирался, планируя пристроить куда-нибудь по дороге, используя Вельгу в качестве дополнительного аргумента в виде «просьбы кохронского капитана». «В самом деле, если Мисси действительно что-то умеет по хозяйству и любит детей, то пойти в домработницы или няньки к какому-нибудь зажиточному крестьянину – милое дело», – думал он.
Глава 24. Мобильный пансионат
Уже вчетвером, не считая невидимого хомяка, друзья покинули разрушенную деревню. Но далеко не ушли… Макс и глазом моргнуть не успел, как что-то воздушно-голубое промелькнуло мимо и с каким-то по-детски радостным воплем бросилось на шею Лике. Вернее, попыталось броситься, напоровшись на стальную хватку впившейся в горло руки.
– Божечки-кошечки! – взвизгнула незнакомка. – Ты великолепна! Моя красавица! Моя принцесса!
– Что за… Ты кто?! – вскрикнула Лика, заметно перепугавшись.
– Я просто таю с тебя! Тебя ведь Лика зовут, да? О, это имя словно прошептали небеса!
– Кто ты такая?!
Судя по тому, сколь громко и звонко верещала эта девушка, Лика сжимала ее шею не слишком сильно.
– Я – Самфи! Твоя самая преданная и самая верная поклонница!
Макс подозрительно прищурился. В действиях незнакомки было что-то не то. Точнее, все ее действия и она сама были чем-то не тем. Воздушное платье с огромной пышной юбкой, смешные рыжие косички, гетерохромные сине-зеленые глаза. Здесь, рядом со сгоревшей деревней, она смотрелась столь же нелепо и неуместно, как выглядел бы Макс в полной боевой амуниции на утреннике в детском саду.
И вопрос сейчас был лишь в том, какую опасность она могла представлять.
– Кхм… – осторожно начал Макс. – Слушай, Самфи, ты откуда вообще взялась, можно узнать?
– Я… – она сделала большие глаза. – Я шла мимо деревни, увидела, как вы выходите, увидела Лику и поняла – это мой идеал! Моя прелесть!
– Макс, не слушай ее! – перепугалась Лика. – Я эту дуру впервые вижу!!! И ее духи… Они отбили мне нюх!
Вот и первый «звоночек».
– Солнце розоволосое, сила покидает мои руки, молю, отпусти свою верную поклонницу! – уже не так жизнерадостно проговорила она. – И не пугайся, это дорогие благовония самого мастера Днитрилия!
Лика вопросительно посмотрела на Макса и, увидев одобрительный кивок, поставила Самфи на землю. В следующую же секунду та буквально прилипла к ней, сжимая в объятиях.
– Отвали от меня! – Лика с видимым трудом отцепила Самфи от себя и шарахнулась в сторону. – Откуда ты знаешь мое имя, страшилище ряженое?
– Ну, зачем же так грубо, свет очей моих! Это задевает каждую струну моей тонкой и невинной души!
Если бы не обстоятельства, Макс бы решил, что это какая-то малолетка, которая сбежала с выпускного или косплей-пати и по пути обдолбалась коксом.
– Но все же ответь – откуда ты знаешь ее имя? – нажал он.
– Какой суровый большой дядя! Ты скучный! – картинно надулась та.
– Имя! – рявкнул Макс. – Откуда оно тебе известно?!
Как ни крути, а командный голос – вещь для спецназовца незаменимая. Девушка вздрогнула и на миг застыла, но быстро пришла в себя, зыркнула глазами по остальным и, видимо, не найдя поддержки, вновь затараторила:
– Я… Я услышала, как вы обращались к ней, господин Макс.
– Классная осведомленность! – пробормотал себе под нос он.
Ляпнув это, Самфи на миг застыла и заметно прикусила нижнюю губу.
«Кажется, количество идиоток на мою голову вновь начало стремительно увеличиваться», – хмуро подумал Макс.
– Так, хорош! – сказал он. – Самфи, слух у тебя превосходный, это заметно. Но мы и так потеряли в этой деревне почти сутки, так что тратить на тебя время я не собираюсь. Поэтому, если хочешь поговорить с Ликой или спеть ей дифирамбы, тебе придется весьма быстро перебирать ногами. И постарайся не рухнуть, запутавшись в полах платья! Хотя, если свалишься, нам же проще – ждать не будем. Вперед, – он махнул рукой и чуть ускорил шаг, хоть и прекрасно понимал, что они не могут позволить себе двигаться слишком быстро: Мисси долго не выдержит такой темп. Да и спешить, если совсем уж разобраться, им некуда.
И, хоть в глубине души Макс надеялся, что Самфи отстанет, не тут-то было.
– Все в порядке! Я люблю гулять! Я вынослива! И я обожаю Лику! – с этими словами Самфи метнулась к ней, попытавшись обнять, но Лика, хоть и заметно тормозила и краснела, успела поймать ее на подлете и весьма неласково оттолкнуть. С ее силой такой толчок должен был сбить Самфи с ног, но та пушинкой отлетела в сторону и, взвизгнув «Ах, эта грубая женственность!», вновь догнала остальных.
Что-то в Самфи определенно не нравилось Максу, но пока та не дала какого-то явного повода к недоверию, он решил просто приглядывать за ней. Но Лика, внимательная от природы, без труда заметила его взгляд и по выражению лица все поняла.
– Макс, если ты не хочешь, чтобы эта ряженая увязалась за нами – только скажи! – плотоядно ухмыльнулась она. – Я ее прирежу, и пойдем дальше.
– Как можно, душа моя?! – ахнула Самфи. – Я вся твоя, поверь мне!
– Не надо никого резать, хватит уже, и так море народу угробили, – проворчал Макс. – Хочет таскаться за нами – пусть таскается.
– Ладно, так и быть, – как ни в чем ни бывало, пожала плечами Лика. И, хищно улыбнувшись, вновь взглянула на новую знакомую, удивленно хлопавшую своими большими разноцветными глазами. – Раз говоришь, что вся моя – не ожидай лучшего отношения, чем к рабыне. И учти, Макс – мой хозяин, так что любое его слово – закон и для тебя, усекла?
– Да, радость моя! – несмотря на новость, она, кажется, только еще больше обрадовалась.
Лика, не ожидавшая такой реакции, только бессильно покачала головой.
Решив так или иначе вопрос с новой попутчицей, Макс наконец-то задал Лике вопрос, который в суматохе вылетел у него из головы вчера днем.
– Лика, я правильно понимаю, что ты решила немного пополнить наш общий бюджет? – спросил он с ухмылкой, глядя на ее поясную сумку.
– Э… Ну, я… – замялась она, заметно покраснев.
– Ну, ты… Что?
– Я решила, что оставлять мертвым грабителям их кристаллы зири – непозволительное расточительство. Там и было совсем немного, – тихо пробормотала она. – Но в Теократии они нам пригодятся!
– Кристаллы зири? – удивился Макс. – Что это?
– Вот, – сунув руку за спину, Лика извлекла из сумки три маленьких голубоватых шарика, внутри которых, казалось, пульсирует слабый свет.
– Эти штуки? – вскинул бровь парень. – Ваша местная валюта?
Сидящий у него на плече Хамки вдруг захихикал, закрыв морду лапами.
– Да, кристаллы зири пользуются спросом во всех уголках Зелирии, так что они лучше всего подошли в качестве платежного средства, – пояснила Лика. – Их очень мало, они разбросаны в разных уголках мира. И они… Такие красивые и теплые… Мне всегда жалко расставаться с ними.
– Какая прелесть! – воскликнула Самфи, округлив глаза и глядя на кристаллы в ладони умари. – Можно мне несколько штучек? Я из них бусы сделаю! Пожалуйста, о героиня моих грез! Подари мне несколько!
Хамки тем временем уже трясся в припадке истерического смеха, задними лапами крепче вцепившись Максу в плечо, чтобы не свалиться.
– Чего ты ржешь? – не выдержал Макс. – Они и впрямь красивые. У вас на Салангане, поди, коммунистическая утопия была, а тут они снова в капитализм скатились? Или что не так?
