Доля Пути: Долг (СИ)
Ну, всё правильно. Цвет Жизни — белый. Только на Слое Порядка наблюдается такое разноцветье, остальные Слои почти монохромны.
«Страшно, но тараканы из пробоины были пострашнее», — пробормотал я себе под нос, прикладываясь к бутылке минералки без газа — после тренировки меня давила кызылкумская сушь.
«Плей» — "неокрашенный Халк" хватает и бросает гражданского в догонявших его двух пэпсов. Страйк. Раздаются выстрелы. Толпа визжит, слышен чей-то голос, усиленный матюгальником, но слов не разобрать. "Халку" пули из АК, что слону дробина — только фонтанчики белесого ихора разлетаются, что никак не влияет на его жизнеспособность. Подняв бетонную урну, стоявшую на пешеходной дорожке, он швыряет её в сторону оцепления. Дрон успевает заснять как снаряд падает на милицейский седан, сминая крышу и бок. Толпа зевак откатывается назад, кто-то бежит в глубь квартала, слышны крики паники, но оставшиеся продолжают глазеть и даже снимать на телефоны.
«Они будто в 5D кинотеатре, офигеть!»
На краю кадра появляются трое. Тот, что впереди замахивается и дрон мгновенно разворачивается к дому. Метатель урн издает животный рёв, в его лапе вырванное с корнем деревце, а второй — он бьёт себя в грудь, мол, готов крушить, налетай кто смелый. Фиолетовая вспышка прилетает "Халку" в голову, отчего мутант катится кубарем.
Зум — головы, считай, нет. Фиолетовая дымка распространяется по дёргающемуся в конвульсиях телу, которое медленно, но планомерно плющит невидимый пресс. Чуть позади этого месива видна рукоять... молота? Вроде кувалды — но с шипом на одной стороне боевой части — явно ручной работы с длинной, перевитой проволокой ручкой и хищными, немного пижонскими, обводами боевой части. Этот полакс, вдруг, отрывается от земли и уносится назад.
Дрон разворачивается и ловит в кадр человека в тёмно-синем комплекте "под милитари", с металлическими бляхами на груди, плечах и бёдрах. Высокие берцы, опять же металлические наручи, длинные чёрные прямые волосы, лицо героя аниме...
«Не, ну красивый, аж завидно».
Он ловит что-то рукой, по инерции проворачивается вокруг собственной оси и... Металлические вставки, наручи и молот вспыхивают фиолетовым.
«Да ладно! Азиатский, мать его, Тор! Это что за навык? Он — кмет или...?»
В кадре снова дом, то самое окно, в котором уже маячит очередной бледныш. Дрон — за спиной "Тора" и чуть сверху. Взмах молотом и оконный проём вдавливает внутрь чудовищная сила — будто великан носком ботинка пнул.
«А, не. Стихийник — тяж».
Служение земной Стихии позволяет ему манипулировать притяжением и не только. Но летающий молот — это эффектно, спору нет.
Тяж и ещё двое бойцов, чуть менее колоритных, ныряют в пролом. Дрон возносится над крышей девятиэтажки, демонстрируя общую картину штурма. Члены клана «Центр» тройками забегают в подъезды. Несколько групп поддержки контролируют периметр. Интуитивно я понял, что эти — чистые люди, экипированные изделиями, охотничьими ружьями и арбалетами. Всего я насчитал тридцать пять человек, участвующих в операции.
«И это у нас, где раньше могли и за перочинный нож приземлить».
Дальше, картинка переключалась на камеры, встроенные в амуницию штурмующих. РПГ от первого лица — зумеры в комментариях писают радугой. Стены подъездов и квартир, кое-где проломленные, были покрыты грязно-белым илом или мхом, из которого росли белесые же побеги, похожие на щупальца осьминога-альбиноса. С потолков свисали лианы, с которых капал "молочный" сок. Некоторые растения уже имели в своей расцветке еле заметные оттенки зелёного. Внутренности дома чем-то походили на муравейник — например, оплавленными дырами в стенах, ведущими в квартиры из соседних подъездов. Штурмовики не церемонились с мутировавшими жильцами, которыми кишели лестничные клетки и жилые помещения. — Вспышки чар, сияние мечей, грохот, дым, дрожь... в общем, фарш.
Встречались бойцам и бывшие дети...
«Твою...!».
Снова панорама с камеры дрона. К месту действия прибыла "кавалерия" — из двух чёрных минивэнов выгружалась группа, очевидно, конторских. Полтора десятка, но Знающих только четверо — одеты вразнобой, у одного копьё-посох, двое с мечами за спиной, один с кобурой, но на боку ещё и метровые ножны. Остальные — чистые люди — в чёрной униформе. В руках у них, правда, не автоматы, а ружья или карабины. У одних — помповые, у других — кажется, это называется «Сайга».
«Ну правильно, на автоматы зачарованных патронов не напасёшься».
Лидер государственной группы зачистки сразу вступил в перепалку с одним из клановцев, оставленных в заслоне. Судя по жестикуляции, конторский был недоволен "гражданской инициативой", а клановец втолковывал ему, что дело почти уже сделано, мол, кто успел, того и тапки. Но, вроде, что-то порешали. Конторский покрутил настройки рации — видимо, вышел на связь со штурмующей группой — и вот уже его отряд, надев респираторы, трусцой бежит к пролому, оставленному тяжем.
Из окна пятого этажа, вместе с водопадом осколков, вниз рухнул очередной мутант. Пока бледныш трясёт головой, командир выхватывает револьвер и стреляет почти в упор.
«Стоп». Я пригляделся. Нет, это — порох. Земле пока далеко до маготехнологий Мира, где был произведён мой «Гром». Воспоминания потянулись цепочкой, которая, как и всегда, обрывалась на образе прекрасного лица мёртвой иномирянки. В изумрудных глазах угасает жизнь, а вместе с ней — искра надежды. Я тряхнул головой и снова нажал на «плей».
Голова мутанта разлетается, как... белый арбуз.
Одна из пожарных машин подъезжает к секции дома, верхние этажи которой пылают. И тут, видео удивило меня снова. Никакой лестницы — пожарные развернули шланг, вверх ударила струя воды, один из огнеборцев поднял камень, похожий на синий кварц, размером с голову. Синяя вспышка, из камня вырывается несколько еле заметных духов и устремляются вверх. Струя распадается на гигантские облака, состоящие из легчайшей воздушно-водной взвеси. Этот "мокрый туман" окутывает горящие окна. Спустя минуту, не остаётся даже дыма.
«Изделие — совместная работа стихийника и ведуна. Впечатляет».
Штурмовой отряд добирается до эпицентра. Впереди группы идут их недавние противники, странно подволакивая ноги, с болтающимися головами. Сразу за этим авангардом шествует Знающий, одетый во всё чёрное, с чёрным посохом, перевитым металлическими полосами и увенчанным черным кристаллом.
«Чёрный, чёрный, чёрный человек», — вспомнил я Есенина, не к месту, увидев Ведущего за руку Смерть в деле».
Мёртвые марионетки некроманта нападают на ещё живых мутантов и расчищают группе дорогу. Штурмовики — все скрывают лица под балаклавами, расписанными светящимися долями. Вскоре, я понял почему.
Ударная группа выбирается на крышу и доходит до места, над которым повисла та самая "звезда". Это не похоже на прорыв демонов или на пробоину в сломанных Вратах. Над плотным ковром из грязно-белого мха, словно фонарь в густом тумане, сияет прокол — размером с кулак. Он, вместе со светом, рассеивает вокруг... споры?... похожие на "парашутики" одуванчика. Как споры грибов или плесени.
Поводырь мёртвых выходит вперёд и вбивает в побелевшую крышу свой посох. Камень, в навершии будто растворяется в небольшом облаке Мглы. Густые, как чернила, капли отделяются от него и тяжело падают вниз, в паре метров от некроманта. А тот выхватывает серповидный нож и, полоснув ладонь, взмахивает рукой в сторону своих миньонов. Капли крови орошают марионеток. Чёрная мгла, собравшаяся уже в приличную лужу, бросается на стоящие трупы, как живая. Белые тела мгновенно начинают тлеть — будто смотришь процесс разложения в ускоренной перемотке.
«Ну и запашок, наверное, там был».
Тела растворяются, из них выскакивают чернильные тени — духи смерти, на службе Ведущего. Разросшееся облако мглы ползёт по крыше, также превращая флору другого Слоя в тлен.