Воины света: выпускница (СИ)

Я открыла глаза и увидела, что он стоит уже прямо передо мной. Живой. Настоящий. В голове в тот момент была удивительная пустота.
— Я шел сюда и увидел Амира, — сказал он раздражённо, — остановился, чтоб посмотреть, зачем он пришёл. Если бы между вами что-нибудь было, я бы убил вас обоих, — в его голосе звучала угроза, глаза горели злостью. А я понимала, что это точно Мейдар.
Я прижалась к нему, обвив руками его торс и заплакала так, как хотела заплакать с тех пор, как мы оставили его у дарнейцев, вот только близких людей перед которыми я могла бы раскрыться у меня не было. Даже в самых смелых своих мечтах я не позволила бы себе надеяться на то, что Мейдар выберется из той передряги, вернётся и обнимет меня как прежде.
Он обнял меня в ответ, гладил по голове и шептал что-то нежное, успокаивающее. Я провела рукой по его спине, он был в одной тонкой рубашке, кое-где на рубашке проступали мокрые пятна. Я не успела задать вопрос, в дверь постучали.
— Если это твой новый ухажёр, — со злостью сказал Мейдар.
— У меня нет ухажёра, — спокойно ответила я.
Мейдар пошел открывать и я заметила на его рубашке большие кровяные пятна. Мне стало не по себе, конечно, ему пришлось не сладко, ему нужен целитель. Хотя, он же чародей, почему не излечится сам?
Я выключила чайник и вышла в общую комнату. Помимо Мейдара там стоял мужчина в возрасте. Я видела его ранее — королевский целитель, его звали Гошар.
— Меня прислал Военноначальник Вейерон, — чопрно наклонив голову сообщил целитель.
— Как мило с его стороны, — ехидно с злой ухмылкой произнес Мейдар, потом резко добавил, — мне не нужна ваша помощь, у меня есть свой целитель.
— При всем уважении, ваш целитель не имеет и половины моих способностей, — все так же чопрно сказал наш гость, — к тому же, он отсутствует в крепости — потом целитель неожиданно расслабил плечи и принял абсолютно нормальный вид. Он перестал походить на напыщенного петуха, серьезно и даже ласково добавил, — не будь ребенком, Мейдар. Злишься на отца, это нормально. Но лечиться нужно. Тем более, ты прекрасно понимаешь, что Вейерон поступил правильно.
— Понимаю, — вздохнул Мейдар.
Целитель обошел его.
— У тебя вся рубашка в крови уже. Снимай.
Мейдар снял рубашку резким движением, вся спина была рассечена, а в ранах был какой-то порошок. Выглядело все это страшно. Я закусила губу, чтоб не издать ни звука, но ужас в глазах я не могла никуда деть. Мейдар повернулся, и словно опомнился:
— Тебе не нужно было этого видеть, — со вздохом сказал он.
— Так, юная леди, может помочь? — спросил у меня целитель.
Я кивнула.
— Выйдете на улицу, встретьте моего ассистента, он видимо заблудился.
Я вышла из дома, по узкому проходу между строениями ходил худощавый смуглый мужчина с острой бородкой. В руках у него была большая квадратная сумка.
— Вы ассистент целителя? — спросила я.
Мужчина вздрогнул от неожиданности и резко развернулся.
— Да, это я, — потом неловко улыбнувшись добавил, — заплутал немного.
— Проходите, — я впустила его в дом.
Целителя и Мейдара в общей комнате не было, наверное пошли к нему. Мы с ассистентом зашли в комнату чародея. Мейдар лежал на кровати спиной кверху, а целитель Гошар осматривал раны. Увидев нас Гошар строго сказал ассистенту:
— Чего так долго, Арзу?
Арзу принялся извиняться, а целитель Гошар доставать из сумки склянки, бинты и прочее.
— Нужен кипяток, — сказал он мне. Я вышла и принесла чайник.
Тем временем Гошар смазывал чем-то раны на спине Мейдара.
— Да, порошка Данайа не пожалела… — протянул целитель, — возьми у девушки кипяток и наведи промывочный раствор, — приказал он Арзу.
Мейдар повернул голову ко мне:
— Айса, будь добра, приготовь поужинать что-нибудь. Ужасно хочется нормальной еды, — чародей попытался улыбнуться, но в этот момент целитель начал промывать рану, и на лице Мейдара отразилась боль. Специально спроваживает меня, чтоб я не видела.
Я вышла, на кухне достала продукты и на автомате начала готовить. Я делала всё на автомате. И не думала о внезапном совершенно чудесном появлении моего любимого. Спустя, примерно час, Мейдар с целителями вышел, он был перевязан вокруг пояса бинтами.
 
— Как мне купаться с твоими повязками? — спросил он у Гошара.
— Ты живёшь в одном доме с магом, она сообразит, что делать, чтоб спина не намокала, — целитель посмотрел на меня, Я кивнула утвердительно.
— Глаза у тебя поразительные, — сказал Гошар, — в жизни таких синих не видел!
— Благодарю. Останетесь на ужин? — спокойно спросила я.
— Нет, спасибо, — улыбнулся Гошар, — кого-то ты мне напоминаешь… — задумался он, — ну да ладно. Завтра приду, повязки менять и раны долечивать. Вы вдвоем в доме сейчас? — спросил он у меня.
— Да.
— Тогда приглядывай за ним, — он указал на Мейдара, тот закатил глаза.
— Я в порядке, — твердо сказал он, — а вам пора идти.
Целители ушли, а Мейдар подошёл ко мне сзади, обнял за талию и положил подбородок на мое плечо.
— Пахнет вкусно.
— Надеюсь не только Пахнет, — ответила я, — дарнейцы сильно над тобой издевались? — на глазах моих снова появились слезы.
— Нет, дарнейцы надо мной не издевались, — спокойно ответил Мейдар.
— Тогда откуда раны?
— Военноначальник Вейерон подверг меня испытаниям, чтобы проверить, не предал ли я Эрвию и короля, чтоб остаться в живых.
Я посмотрела на него с ужасом в глазах.
— Я не предал, иначе бы меня здесь не было, — твердо сказал он.
— Я даже не думала, что ты мог… — он прервал мою речь поцелуем, потом сказал:
— Давай, маленькая, сделай так, чтоб я смог сходить в душ, а потом за ужином я тебе все расскажу.
Когда Мейдар вышел из душа, мы сели ужинать.
— Очень вкусно, — улыбнулся он, — вкуснее даже чем в дарнейской тюрьме.
— Ты сидел в их тюрьме? — он кивнул, — но почему они не убили тебя?
— Когда вы телепортировались, я создал чары и скопировал облик того мужика, что чуть вас не обнаружил. Это, к слову, был их какой-то главный судья. Дарнейцы не могли понять, кто из нас настоящий, бросили нас обоих в тюрьму. Мне пришлось все время удерживать чары, это очень сложно….поэтому сейчас мои силы не в лучшей форме, — вздохнул чародей, — за нами все время наблюдали, чтобы как только чары развеются, убить меня. И вот, несколько дней назад, я улучил момент, когда менялись наблюдатели. Судья, настоящий судья спал, я переодел его в мои доспехи и наложил на него чары — превратил его в себя. Пришел наблюдатель, судью тут же схватили и убили. Меня выпустили, извинились, проводили в покои. Оттуда я бежал, не дожидаясь прислуги, которая должна появиться, чтобы помочь мне реабилитироваться. Ну вот и вся история.
— А здесь?
— А здесь все просто, пришел к крепости, назвал свое имя, стражники удивились, схватили, под конвоем проводили к военноначальнику. Он выслушал меня. Велел отправить в тюрьму. Там я провёл почти сутки, видимо ждали Данайу, верховную жрицу. Ну и примерно сутки ушло на выяснение обстоятельств, правду ли я говорю и так далее. В общем и целом за два месяца мне довелось побывать в тюрьме и дарнейцев и эрвийцев, — он улыбнулся.
— Мы думали ты погиб, — дрожащим голосом сказала я.
— Знаю, маленькая, знаю, если бы я мог сообщить тебе, что жив, я бы сообщил.
— У тебя уже был план, когда ты вышел из-за колонны, чтобы отвлечь внимание от нас?
— Нет, — тихо сказал он, — это я сообразил, когда вы телепортировались.
— То есть ты выходил, осознавая, что…
— Да, осознавая четко, что меня убьют.
— Но почему?
— Потому что мы все тогда бы не выжили, так выжили хотябы вы четверо, задание выполнили…так было правильно.
— Я ненавидела их всех за то что ушли, за то что утащили меня…
— Не нужно злиться, Я благодарен Дорну за то, что он зацепил тебя с собой. Иначе мы там вдвоем погибли бы, а так мы оба живы, слава Фотису.