Виват, Водный мир! (СИ)

Я даже впервые за несколько сомнительных экспериментов всерьёз разволновался, с трудом заставив себя сосредоточиться на амулете. Но переживания мои были вознаграждены: «хаб», в который я успешно «просочился», содержал аж целых семь «сот», вожделенный «конус» и… «бечёвку» «межхабового» канала!
— Ты это видишь, Ли? — не сразу поверив собственным глазам, уточнил я у электронного помощника.
— Ответ положительный, Ван-сяньшэн, — отозвался тот. — «Соты», я полагаю, это выходы в «хабы» первого уровня, «конус» является связующим звеном данной конкретной «единички» с «двойкой», а «бечёвка» ни что иное, как в оную «двойку» проход. Проверим, сяньшэн?
— Обязательно! — заверил я искина, и на радостях позвал напарника: — Алекс, как слышишь, приём?
Ждите ответа, ждите ответа… это что же получается, из нового «пузыря» и с Паутиной связи нет?
— Скорее, Заварзин-сяньшэн всё ещё находится вне «изнанки», — подсказал Лиу Цзяо. — Наблюдает со стороны, собирает данные…
— Тогда тем более погнали, устроим ему офигительный сюрприз!
— Не советую, сяньшэн. Вспомните, что произошло с Эйгеном-сяньшэном.
— Чёрт!
Что ж, на нет и суда нет. Пришлось перебраться в «хаб»-двойку, убедившись, что это именно он и есть (заодно Ли срисовал новую горловину «конуса», почти такую же, как в «тройке», но заметно мельче), оттуда в первую попавшуюся «единичку», ну и в рандомную «мембрану», выбросившую меня в какой-то гористой местности. Я даже в первый момент подумал, что снова меня занесло на Исла де Монтанья, но Лиу Цзяо эту версию опроверг, обозначив моё местоположение на карте — связь здесь присутствовала, так что определиться по навигационной системе труда не составило. Занесло меня, конечно, далековато — аж в северное полушарие на ночной стороне. Впрочем, данный факт меня не волновал абсолютно, поскольку в качестве точки рандеву предполагался «хаб» третьего уровня. Главное, чтобы Алекс на катере туда заявился раньше меня, иначе не миновать конфуза. Ну и да, самое время его вызвать…
— Бро?.. — на долю секунды опередил меня Заварзин. — А ты чего куда сквозанул? Ещё что-то нашёл⁈
— Не, на этот раз всё путем, — поспешил успокоить я соратника. — Просто было всё равно, куда прыгать.
— То есть «пузырь» раскрылся штатно? — перешёл к конкретике Алекс.
— Ну-у-у… если не считать размеров…
— Похоже, это «единички» его растянули, — озвучил аналогичный моему вывод напарник. — Кстати, интересно, а при каких исходных условиях «пузырь» лопнет? Надо больше растягивающих сил? Или увеличивать их модуль? Или…
— … взять «слезу» поменьше, — закончил я мысль главного корпа. — Это самый реальный вариант. Вот только нет у меня никакого желания в этом направлении экспериментировать. Я же тоже внутри «пузыря» буду! И где гарантия, что я тоже не… это самое? Не лопну?
— «Кракозябра» с урезанной версией Кумо, — легкомысленно отмахнулся от моих опасений Алекс. — Эх, жаль, что времени на такие забавы нет!
— Да с фига ли⁈ — удивился я. — Ты куда-то торопишься?
— Ну-у-у… э-э-э… — замялся застигнутый врасплох корп. — Вроде нет… текущий эксперимент завершился удачно?
— Вроде того, — подтвердил я. — А больше делать-то и нечего! Евгений Викторович занят, «кракозябры» не возвращаются, в «схрон» с «транзиткой» я сам прыгать не хочу…
— Итого, у нас целых два перспективных направления! — заключил Алекс. — Чёрные дыры и исследование совместного действия «изнанок» на образование «пузырей».
— Сначала новый «конус» изучим! — вернул я напарника в суровую реальность. — Давай-ка, лезь в «тройку», а потом и я к тебе присоединюсь.
— Ладно, бро, как скажешь, — слегка разочарованно протянул Алекс.
Н-да… некоторых жизнь ничему не учит! Учёный, блин, маньяк! Ну, или просто увлекающаяся натура. У меня одна такая постоянно в поле зрения — профессор Эйген зовут.
— Кстати, бро…
— Да, Вань?
— А как оно со стороны смотрелось?
— Как смотрелось? — задумался Заварзин. — Увлекательно! И я бы даже сказал, эпично. Видео переслать?
— Естественно! — не стал я отказываться. — Но мне больше интересны твои впечатления.
 
— Впечатления самые восторженные, бро! — заверил напарник. — В космосе оно, знаешь ли, далеко не так впечатляет! Подумаешь, волна искривления по рубке прошлась! А тут совсем другое дело. Кстати, а насчёт цунами надо ваших метеорологов предупредить, или?..
— Или, — заверил я. — Сами засекут. А что, волна мощная получилась?
— Метров пять в высоту, — прикинул Алекс. — Да и скорость нехилая…
— Забей, островам не привыкать! — отмахнулся я. — Мне другое интересно…
— Ну-ка, ну-ка? — оживился главный корп.
— «Пузырь», он как, неподвижным остался, или его куда-то потянуло?
— Хороший вопрос, бро! — похвалил меня напарник. — Я тоже им в первую очередь задался. Поэтому и торчу до сих пор в ближайших окрестностях.
— Ну и?.. — поторопил я Заварзина.
— Судя по тем данным, что удалось собрать, аномалия совершает колебательные движения с определенными частотой и амплитудой в горизонтальной плоскости, и абсолютно неподвижна в вертикальной, бро.
— Ха! То есть к «единичкам» «пузырь» всё-таки тянет! — констатировал я. — А величина какая?
— В пределах десятков метров, Вань. Точнее пока не скажу. Но видел бы ты, какие тут волны! — восхищённо поцокал языком Алекс. — Если не знать, что тут притопленный «пузырь», то зрелище вдвойне фееричней! Это надо видеть!
— Да уж представляю!
— А я вот не представлял! Потому что пустота так не может, бро!
— Почаще тебе, барин, на «шариках» бывать нужно, ещё и не такое увидишь, — хмыкнул я. — Торчишь на своих станциях, одичал уже совсем!
— Гнусный поклёп, бро! Я не только на станциях торчу.
— Ну, на «Спруте» ещё! — поправился я. — Хрен редьки не слаще! Это такие овощи, если что!
— Да знаю я, — буркнул Алекс. — В общем, смотрел бы да смотрел, но…
— … труба зовёт, так что дуй в «тройку»! — подвёл я итог разговору. — Чем быстрей свеженький «конус» осмотрим, тем раньше ты новую игрушку получишь!
— Уже, бро! Уже!
… надо ли говорить, что насчёт «быстрее» я несколько, хм, погорячился? Впрочем, Алекс на меня ничуть не обиделся, поскольку «конус» в «хабе»-двойке оказался столь же занятным с точки зрения науки объектом, как и его собратья в «единичке» и «тройке». А ещё его параметры идеально вписались в ожидаемую последовательность, то есть рост в габаритах и усложнение в структуре от уровня к уровню. Пришлось, наступив на горло собственной песне, задействовать припасённую совсем для другого эксперимента «кракозябру», но временно́й лаг мы и здесь довольно точно определили. Правда, провозились долго. И хоть оно того и стоило, но сообщение Лиу Цзяо застало нас врасплох:
— Процесс завершён, Ван-сяньшэн.
— Какой ещё⁈ — встрепенулся Алекс. — О чём это он?
— Анализ телеметрии объекта «База» и «святой троицы» с учётом новых вводных, Елагин-сяньшэн, — пояснил Ли моему напарнику.
Ну и мне заодно напомнил, не без этого.
— И что же изменилось, мой электронный друг? — подыграл я искину.
— Практически ничего, сяньшэн, — не разочаровал меня тот. — Но это что касается кораблей, застрявших в «стенке». Вычислить временно́й лаг я по-прежнему не могу. Недостаточно данных для анализа.
— Значит, есть какие-то изменения с самим «пузырём»? — уточнил я.
— С «пузырём» изменений нет, Ван-сяньшэн, — огорошил меня Ли. — А вот с его пространственным положением…
— Тэ-э-эк-с, вот с этого момента поподробнее! — насторожился Алекс. — Бро, мы же вроде выяснили, что он стабилизировался относительно Иддии? И повторяет траекторию «транзитки»?
— Вы совершенно правы, Заварзин-сяньшэн, — опередил меня Лиу Цзяо. — Но свежие данные вносят коррективы в данную гипотезу. Судя по ним, «пузырь» как-то связан с Гессионой…
— Не «как-то», а через «конус»! — поправил я помощника. — Единственное, эта связь не в пространстве ПВ, а… где-то. В «изнанке».