Игра

Только Мэгги кивнула, побледнев:
– Бейсбол.
– Точно. Наверное, просто где-то валялась без дела. Она была старая, навроде тех, что можно купить в комиссионке. А может, она шла в комплекте с битой, черт его знает.
– Меня сейчас стошнит, – бормочет Сара. – Кто мог это сделать? Кто мог сотворить такое с маленьким мальчиком?
– Это был последний раз, когда ты его видел? – спрашивает Мэгги, протягивая руку и кладя маленькую ладошку на руку Бретта. Это был последний раз… когда ты видел своего маленького сына?
Всего на мгновение Бретт делает паузу, переводя взгляд с Сары на Мэгги, эта пауза длится какую-то секунду или две, но Линда ее замечает.
– Да, – отвечает он. – Это был последний раз, когда я видел его.
В воцарившейся мертвой тишине наступает пять часов, а на все телефоны в гостиной приходят сообщения.
«ВЫ ЭТО СДЕЛАЛИ. ПОЗДРАВЛЯЕМ. ВЫ ЗАСЛУЖИЛИ НАГРАДУ: ПОДСКАЗКУ. ИГРА – ЭТО УРОК ОТВЕТСТВЕННОСТИ. ЭТО УРОК, КОТОРЫЙ ВЫ НИКОГДА НЕ ЗАБУДЕТЕ. КАЖДЫЙ ИЗ ВАС НЕ ВЫПОЛНИЛ СВОЙ ДОЛГ ПО ЗАЩИТЕ ДРУГОГО ЧЕЛОВЕКА. СЕГОДНЯ У ВАС ЕСТЬ ШАНС ИСПРАВИТЬСЯ. ОТДОХНИТЕ. ВОССТАНОВИТЕ СИЛЫ. ЕЩЕ МНОГОЕ ПРЕДСТОИТ СДЕЛАТЬ. ОДИН ИГРОК ЕЩЕ НЕ ПРИСОЕДИНИЛСЯ К НАШЕЙ ИГРЕ. ВЫ ДОЛЖНЫ РАБОТАТЬ В КОМАНДЕ, ЧТОБЫ НАЙТИ ИГРОКА 6. СЛЕДУЙТЕ ИНСТРУКЦИЯМ. У ИГРОКА 6 ЕСТЬ ОТВЕТ, КОТОРЫЙ ВЫ ИЩЕТЕ, НО ПРОСТО ТАК ОН ЕГО НЕ ОТДАСТ. НАЙДИТЕ ИГРОКА 6, СЫГРАЙТЕ В ИГРУ, И К РАССВЕТУ У НАС БУДЕТ ПОБЕДИТЕЛЬ».
  
Третий уровень
   
38
 
Предварительная игра
 
В салоне «Хаммера» их было шестнадцать. Стримеры, инфлюэнсеры, косплееры, геймеры. Креативщики со всего мира.
Окно, отделяющее их от обычных мест впереди, было открыто, и просунувшийся в него лысый фотограф делал видеосъемку и фотографировал буйных пассажиров. Рядом с фотографом с одной стороны сидел водитель, с другой – их гид на полдня, дружелюбная местная жительница по имени Лола. Она приглушила громкость музыки, чем вызвала возгласы шутливого протеста, и заговорила в микрофон:
– Дамы! Я рада приветствовать вас в прекрасном Монако!
Все дружно завизжали, когда пересекали границу:
– Монако, сучки!
– Мне надо выложить пост, боже мой! Я должна выложить пост!
Ряд сидений располагался вдоль одной стороны лимузина под розовой неоновой подсветкой. Напротив стоял открытый бар, заполненный бутылками с просекко на колотом льде, которое девушки очень быстро поглощали. Глюк сидела на последнем сиденье, потягивая шипучку и глядя в окно на безупречно голубое Средиземное море. Они проехали чуть больше получаса, а алкоголь уже ударил ей в голову. Она не любитель выпить, но все это было слишком нереально. Совсем недавно она продиралась сквозь рутину своей обычной жизни, думая о том, куда поступать после колледжа. Затем на емейл пришло первое приглашение. Оно казалось настолько сомнительным, что поначалу девушка даже хотела его удалить.
«ДОРОГОЙ ИГРОК. ТЕБЯ ПРИГЛАШАЮТ ПРИНЯТЬ УЧАСТИЕ В ПИЛОТНОМ ПРОЕКТЕ, КОТОРЫЙ СТАНЕТ САМЫМ ПРЕСТИЖНЫМ СОБЫТИЕМ В КАЛЕНДАРЕ. ИГРА. ПОБЕДИТЕЛЬ МОЖЕТ БЫТЬ ТОЛЬКО ОДИН. МОНАКО. 9 АВГУСТА. ПРИХОДИ И СЫГРАЙ. СЛЕДУЙ ДАЛЬНЕЙШИМ ИНСТРУКЦИЯМ».
И сейчас она в лимузине с некоторыми из своих любимых креативщиков, все расходы оплачены.
Кто-нибудь, ущипните.
Девушки – большинство из которых уже были знакомы друг с другом по различным мероприятиям – болтали, перекрикивая музыку:
– Они сделают моду на эту штуку?
– Сан-Диего становится слишком популярным…
– Слушай, я поделилась одним постом, что Master Chief одолеет Doomguy, и меня уже тошнит от разговоров на эту тему. Хотя Doom Slayer…
– Эй, да пошел он! Ты это сделала и заслуживаешь, чтобы все это отменили. – Эми Чоу сидела рядом с Глюк и болтала с коллегой-американкой, у которой глаза были подведены жирными стрелками – почти у всех в салоне была такая подводка.
Спустя еще какое-то время Эми представила свою коллегу:
 
– Глюк, это Лиза Мэйфилд из Таллахасси, Флорида. – Она так произнесла это, что у нее получилось Флоордью, и Глюк восхитилась этому звучанию. – Ты должна знать ее по буму Fortnite.
– Привет, Лиза. – Глюк протянула ей руку. – Ты Медсестра Joy Division, верно? Я подписана на тебя, но…
– Меня отключили. – Лиза закатила глаза. Волосы у нее были цвета лаймового мороженого, но как припоминала Глюк, раньше они были розовыми. На шее у нее виднелся кожаный чокер. – Оказалось, это имя связано с концлагерями. Само собой, я не знала об этом, мне просто нравилась группа. Так что сейчас я просто Лиза Мэйфилд.
– Ты используешь свое настоящее имя? – пораженно спросила Глюк. – И как ты не боишься?
Лиза рассмеялась.
– Чего? Сталкеров? Солнышко, дома у меня полно огромных пушек.
– К тому же, – влезла Эми, – им не составит большого труда найти тебя, если у них в самом деле возникнет такое желание. У меня уже три раза случался доксинг только за то, что я имела наглость играть в мире мужчин. Конечно, я использую абонентский ящик для почтовых отправлений. Кое-что из мусора, который мне присылают…
Глюк ахнула:
– Обожаю твои видео с распаковкой! «Открываю ваши трофеи». Ты такая смешная!
– Милая, в том, что ты видишь в кадре, даже половины нет из того, что я получаю. Ты бы видела мой гараж. Он завален под потолок. Сумки. Обувь. Лего. Игрушки. Какой-то парень из России подарил мне пару кожаных чулок и пинбольный автомат «Сумеречная зона» за девять тысяч долларов, и все, что он хотел взамен – это мою фотографию, где я, одетая в первое, сижу на втором. Но большинство – это дикпики. Сотни и сотни дикпиков. Сотни, и сотни, и сотни дикпиков. И изредка анальная пробка. Я просто жду отрубленной головы.
– Ах, дикпики. – Глюк картинно содрогнулась. – Интересно, чего, они думают, добьются этим?
– Ни хрена. Как будто мы все должны быть так зачарованы, как будто их стручок – это то, что мы всю жизнь искали. Надо отдать им должное, они гордятся тем, что у них есть. Бог знает почему, но это так. Конечно, среди нас здесь больше всего о дикпиках знает Лиза… – Эми прикрыла рот ладошкой. – Мисс Валентайн, перед вами самая настоящая, взаправдашняя вебшлюшка.
– Да тихо ты, – шикнула Лиза, нанося на губы блеск. – Я предпочитаю название стример-универсал. И если какой-нибудь лузер хочет купить мне новый гардероб всего лишь за видео с резиновым тентаклем у меня в заднице, так кто из нас дурак?
Глюк закашлялась, поперхнувшись напитком, кровь прилила к щекам, пока Эми рассказывала:
– Я устанавливаю границы – никаких сосков и промежности. Видишь? – Чтобы продемонстрировать, она подняла одну руку, закрыв грудь, а вторую с бокалом опустила между ног. – Тут главное закрыть стратегически важные места. Как только ты запостишь обнаженку – все, интрига закончится и ты улетишь в сабреддит в течение часа. Для чего вообще с этим дерьмом заморачиваться, если мои сучки ASMR платят мне две штуки баксов в месяц только за то, чтобы я ела гребаные «Доритос» у микрофона.
– Затем, что это весело, – сказала Лиза, – и это проще простого. К тому же то, что они могут с моего разрешения за мной подглядывать, вовсе не значит, что у них есть какое-то право на мое тело или не давать мне прохода.
– Все так, – кивнула Глюк. – Только знают ли они об этом?
– Не знают – им же хуже. Большие пушки, помнишь? – Лиза ухмыльнулась и подмигнула. – Эй, спорим, мой ахэгао разнесет вас, сучки, в пух и прах. Зацените, им нравится это дерьмо.
Она откинула голову назад, скосила глаза и высунула язык, громко пыхтя, как будто мучилась от какого-то безумного мультяшного оргазма. Эми фыркнула и сделала то же самое, закатив глаза и застонав.
Глядя на их лица, Глюк, похихикивая, сунула кончики пальцев в свой бокал и побрызгала себе на лоб, как будто это пот, затем высунула язык и уставилась на свой нос, пока все разноцветные волосы в поле зрения не стали двоиться. Они продолжали гримасничать, когда музыку снова приглушили, привлекая внимание к их утрированным визгам экстаза с заднего сиденья лимузина, и все втроем разразились хохотом.