Раненые души. 3. Отдаю тебе душу (СИ)

А мне вдруг становится смешно. И я даже издаю какой-то звук, смех получается скорее грустный. 
- Нельзя испортить то, чего нет.
Я выдергиваю руку и всё-таки ухожу. Закрываю ванную изнутри. Очень хочу побыть одна. Я опять не задаю ему вопросов, боюсь, что отпугну. Он опять уйдёт, а вопросов так много.
После душа выходила из ванной с опаской. Я почти была уверена, что его уже нет. И в спальне его действительно не было. "Ну вот и всё... " - сглотнула горький ком. Хотела уже лечь спать, чтоб спастись от мыслей, забыться во сне, но услышала шум. 
Выйдя из спальни, пошла на звук. Варвар стоял на кухне у открытого окна и курил. Я чуть не заплакала, такое облегчение меня накрыло. Я подошла к нему и обняла, уткнулась носом в изрисованную спину.
- Останься, - шепчу я так тихо, что боюсь, он даже не слышит.
- Кто он? - задает очередной вопрос Варвар.
- Я отвечу, если ты тоже ответишь, - он думает, молча докуривает сигарету, уставившись в окно, за которым густеют сумерки. И, похоже, скоро будет дождь, так как ветер нещадно терзает деревья во дворе, а в воздухе пахнет грозой. Хотя небо на горизонте совершенно чистое, возможно, стихия придет с другой стороны. 
Вдруг мой желудок предательски заурчал. 
- Извини, - говорит Сава. - Тебе нужно поужинать.
- Составишь компанию? - он кивает.
Я начинаю суетиться на кухне, чтобы накормить своего Варвара. Как звучит, ухмыляюсь. Нахожу в морозилке нарезанную свинину для отбивных. Я всегда так делаю, чтобы потом было быстрее. Размораживаю мясо в микроволновке, быстро чищу картофель, нарезаю ломтиками и отправляю в духовку запекаться. Из найденных в холодильнике свежих овощей, делаю салат. Обжариваю мясо, и к тому времени, как таймер оповещает о готовности картофеля, у меня уже всё готово. 
Варвар за всё это время не произнес ни звука. Сидит за столом и наблюдает с легкой улыбкой на губах, которая иногда исчезает, и тогда, в его глазах появляется столько печали...
Мы ужинаем также молча. Мы вообще, очень мало разговариваем друг с другом. Это и удивляет, и расстраивает. Но при этом, наше молчание не тяготит, в нем нет неловкости. Оно какое-то уютное. 
Покончив с едой, я убираю тарелки и предлагаю пойти в гостиную. 
- Три вопроса, - говорит Сава, когда мы устраиваемся на диване. 
Эти его слова так неожиданны, что я даже слегка теряюсь и не сразу понимаю, о чем он. А когда понимаю, теряюсь ещё больше, потому что выбрать три из сотни очень сложно. 
- Хорошо, - говорю я. - Три вопроса, начинай, - хитрю я, потому что не могу определиться, что же больше всего я хочу узнать.
- Кто он? - повторяет свой вопрос. 
- Знакомый, - взгляд Варвара красноречивее всяких слов, и я продолжаю. - Когда-то я проходила практику у него. Он пригласил на ужин, я согласилась, - отвечаю, но в глаза не смотрю, этот ответ такой поверхностный. 
- Ужин, что перешел в завтрак? - хмыкает Варвар. И я замечаю, как он сильно сжимает челюсть. 
- Это вопрос? - он стреляет глазами, но ничего не говорит, а потом задает другой вопрос. - Почему ты осталась у него? 
- Он предложил... 
Варвар начинает смеяться, но смех скорее напоминает смех сумасшедшего злодея, в нем нет веселья. 
- Он предложил, и ты осталась. Сладкая, бля, серьёзно? И как часто ты соглашаешься на такие предложения? - он уже не скрывал своей злости. 
Его слова меня разозлили, и я замахнулась, чтобы ударить, но мою руку поймали. А сама я, вскоре оказалась прижата к дивану.
- Отвечай, - шипит он.
- Нет уж, - настала моя очередь показывать зубы. - Кто та девушка? 
- Она племянница хозяина клуба. И моя фанатка. И, да, я её поцеловал, чтобы сделать тебе больно. 
- Почему? - я и не ожидала, что моя догадка будет правдивой. И что он в этом признается. - Я уже говорил, просил тебя исчезнуть так, чтобы я не смог тебя найти. Потому что я сам уже не могу. Я хочу быть с тобой, но это не приведет ни к чему хорошему. Я сделал это, чтобы ты ушла, сама ушла. 
- Тебе удалось, - уже без злости говорю я. - После этого я и согласилась на ужин, а потом и остаться. Знаешь, иногда хочется кому-нибудь быть нужной. 
 
Глаза в глаза. И в его глазах боль, её много... Я не могу её понять, унять её тоже не могу. Но у меня есть ещё один вопрос очень важный для меня:
- Ты исчезнешь? 
Он не отвечает, он целует. Как-то по-новому, по-другому. Нежно. "Словно прощается" - мелькнуло в моей голове. Слезы сами начинают катиться из глаз. Он их замечает и начинает ловить своими губами. 
- Так нельзя, Сава, нельзя. Я хоть и не совсем нормальная, но я же живая... с тобой. С тобой я так много всего чувствую, мне и хорошо, и больно, - я уже не сдерживаю слёз, и позволяю себе всхлипывать. - Я хочу быть с тобой. Пусть, просто, как любовница. Но ты отталкиваешь меня, исчезаешь, а стоит мне с этим смириться, ты снова врываешься в мою жизнь. Это... это труднее, чем прыгнуть с тарзанки. Там ты знаешь, что просто летишь вниз. А с тобой, я не знаю, что будет дальше. Ты сейчас словно прощаешься. Я не понимаю. Объясни мне. Я хочу понять, чего мне ждать.
Он перестаёт нависать надо мной, садится, а потом тянет меня на себя, заставляя сесть к нему на колени, и крепко обнимает.
- Ты права, Сладкая, - его голос тихий, хриплый. Он словно ласкает меня, но я не могу расслабиться. Интуиция кричит, просто орёт о том, что я не услышу ничего хорошего. - Я веду себя ужасно по отношению к тебе. Но я не могу остаться. Я очень хочу, но не могу. Тебе... нет, мне нет места в твоей жизни. Ты становишься слишком значимой, а так не должно быть. Если я останусь... если останусь, я тебя погублю. А остаться с тобой просто любовниками не получится. Для меня ты уже значишь больше, иначе, меня бы здесь не было. Я бы не сидел под твоими дверями в ожидании. Мне было бы абсолютно всё равно, где ты и с кем проводишь время. Но мне не всё равно. Совсем не всё равно... - я почти не дышала, слушая его исповедь, боясь спугнуть его откровенность. - Я сейчас уйду. Снова. И надеюсь, в этот раз я смогу держаться подальше от тебя. Но я не даю гарантию, что опять не приду, однажды увидев тебя с другими. Что останусь равнодушен, увидев, как ты улыбаешься другому. Что не набью морду тому, кто поцелует тебя при мне. Ты можешь считать меня отморозком и законченным психом, но я уверен, что буду заявлять на тебя права снова и снова. Поэтому прошу, не провоцируй. Не позволяй мне увидеть себя с другими. Не ищи со мной встречи, избегай мест, где мы можем встретиться. Защити себя от меня.
Я не отвечаю, слова здесь ни к чему. Я просто начинаю покрывать поцелуями его плечо, шею, мои руки скользят по его обнаженному торсу. Я тоже прощаюсь, и хочу на прощание еще немного тех чувств и ощущений, что способен подарить только он. Мои руки добираются до пряжки ремня, а губы берут в плен его губы. 
В наших движениях нет той дикой, голодной страсти, что всегда сопровождала наши встречи. Мы словно пытаемся запомнить, впитать в себя все эти ощущения. Чтобы расставание было не таким болезненным, если это, конечно, возможно.
Его руки под моим платьем сжимают с особой нежностью, его движения плавные, неспешные. Мы, по молчаливому договору, растягиваем удовольствие, откладываем момент расставания. Ещё чуть-чуть, ещё немного. 
И мне так хорошо с ним, и так больно, что возможно это последний раз, и я решаюсь попросить:
- Останься, сегодня. Только сегодня. Останься, - шептала я между поцелуями. 
И он остался. Я уснула крепко прижатой к его груди, переплетая наши пальцы.
  
32 глава
  
Варвар
- Ты с ним... - язык не поворачивается озвучить вопрос до конца. Она отвечает "нет", и какая-то щенячья радость струится по венам, чёртов Хатико. 
Секс с ней всегда восхитителен, она такая податливая, страстная, чувствительная. 
Мы переводили дыхание после секса, шевелиться не хотелось. Я тупо пялился в потолок, желая, хоть ненадолго, избавиться от навязчивых мыслей.