Бордель: Когда зайдёт солнце (СИ)
И всё-таки преображение из гадкого утёнка в недоидеального лебеда удалось…
- Мы итак уже опаздываем! – послышался недовольный голос из спальни, и следом вышел шатен в чёрной рубашке и в цвет штанах. Его бесстрастный взгляд остановился на моём внешнем виде, и ничего в этих глазах я не увидела. А хотелось ли?
- А мы уже готовы, ещё один штрих! – и Лу распускает свои светлые волосы.
Всё ещё раздосадованная тем, что не получила должного внимания к тому, как выгляжу, поджала губы и направилась на этих высоченных каблуках в сторону выхода. Я чувствовала его присутствие, но не взгляд. Ему будто всё равно, что я согласилась нарядиться так лишь только потому, что Лу сказала: «Кое-кому очень понравится». Видимо, она имела в виду кого-то другого.
Оказалось, что место, где мы будем отмечать, клуб на первом этаже отеля. Идеальная звукоизоляция поразила меня, когда мы из тихого холла вошли в шумное заведение. Никто и паспорта не спросил. А я бы сейчас радостно из-за запрета вернулась в номер и расстроено легла в кровать! Даже взгляда заинтересованного не удостоил!
- Тереза, не забывай про наши правила, - вынужденно наклонившись из-за громкой музыки, мужчина обжёг своим дыханием мою открытую шею.
- Забудешь про них, - буркнула под нос и отвела в сторону взгляд.
- Я услышал недовольный тон? – холодно спросил Гарри, заставляя вновь повернуть голову, и в этот раз он стоял слишком близко, буквально возвышался надо мной.
- Да… Я просто устала за сегодняшний день, долго собиралась, а ещё принесённый обед был просто отвратительный, если честно. – Быстро я нашла отмазку.
- Давай выпьем, и ты забудешь о всех проблемах, - шатен резко сменил гнев на милость, а зелёные глаза наполнились азартом.
- Мне нет двадцати одного, - напоминаю о законе.
- Никого здесь не волнует, сколько тебе лет, как и меня. Ты уже не маленькая.
- Я думала, все спортсмены соблюдают правила. Например, не пить, - как только я произнесла ещё одно замечание, он так грозно на меня посмотрел.
- Какого бы хрена я тогда пошёл в клуб? – холодный тон возвращается. Плохой знак!
- Тогда давай возьмём выпить и нарушим закон. – Я была покорна перед его тяжёлым характером. Даже мысли не возникало начинать спор.
В стенах клуба он поменялся, сейчас его рука легла на мою спину, а образовавшееся тепло на месте прикосновения заставили мурашки пробежать вдоль и поперёк тела.
- Я так понимаю правильная девочка, соблюдающая закон, никогда не пила? – вопрос звучал немного надменно, и я уже хотела скорчиться от неприятной боли, как снисходительная улыбка озарила его лицо так быстро…
- Нет, я видела, что происходит со сверстниками на всяких тусовках.
- И ты ходишь на школьные тусовки? – подзывая у барной стойки обслуживающего, мужчина продолжал глядеть только на меня. Связь налаживается.
- Меня постоянно зовёт подруга, но я слишком часто отказываю.
- Если ты не пьёшь, то там просто скука смертная, - усмехнулся шатен, подходя ближе, аромат парфюма приятно ударил в нос, и я уже опьянела, - Можно виски и мартини.
- Я не хочу напиваться, - повернув голову в сторону, начала бегать глазами по заполненному танцполу, мы немного возвышались, так как барная стойка находилась на ступеньках, - Не хочу быть там, не хочу жалеть о поступках, сделанных по пьяни.
- А чего ты хочешь, Тереза? – спокойно спрашивает мужчина, привлекая обратно внимание. Как же всё-таки ему идёт эта рубашка. Нашивки выглядят дорого.
- Того, что я хочу, мне никто не сможет дать. Это никому не по зубам.
- Даже мне? Ведь я дам тебе всё, что угодно, ты лишь попроси. – Гарри старался вглядеться в мои глаза, взывал к чему-то, а я лишь утопала в этом потрясающем запахе его тела. Он, словно невидимая мантия, окутал меня и сцепил руки.
- Даже ты, - обречённо прошептала и опустила глаза, еле оторвавшись от глубоких, тёмных изумрудов. Взгляд скользнул по распахнутой ладони мужчины, которая лежала на стойке и глядела на меня. Тело действовала без моих приказов. Я непричастна к этим позывам. Но пальчиками я провела по шершавой коже, затем пощупала мозоли, видимо, полученные на тренировках.
- Вот ваши напитки, - услышав крикливый голос официантки, я быстро убрала свою руку и спрятала на коленях.
- Выпей, а то грусть тебя съедает. – Гарри протянул мне бокал, где болталась оливка на дне. Только я ощутила холод стекла, тяжело выдохнула и поднесла напиток, чтобы осушить моментально. Не так горько, как я представляла раньше. Даже вкусно. Оливка попала в рот. Зубы соприкоснулись впервые с мякотью, и я скорчилась.
- Отвратительный вкус! – хихикнула и еле-как прожевала остаток.
- Обычно с мартини неплохо. Ты привередлива. – Он, в отличии от меня, растягивал удовольствие и медленно попивал виски, - Неужели тебе здесь так не нравится?
Вопрос был с очевидным подвохом. И я так не хотела портить нашу идиллию, но лгать больше не могла. Я мирюсь с происходящим только из-за него.
- Нет, Гарри. Твой мир отвратительный. Твои друзья отвратительны. Прости.
- А чем тебе мои друзья не угодили? – спокойно спросил, опираясь о стойку локтём.
- Парочка твоих друзей обсуждала тебя, пока ты… Был на ринге.
- Правда? – устрашающе одна бровь поднялась, а взгляд настаивал на продолжении.
- Я не помню, что они точно говорили, но… «Потерял сноровку».
А затем глаза гневно соскользнули с моего лица, и я проследила за взглядом. Он был направлен в сторону компании его друзей. Похоже я наделала глупостей! Боже!
- Мне нравится твоя преданность, Тереза. А теперь давай уйдём отсюда.
- Но мы ведь только пришли! – начала возмущаться, когда мужчина потянул меня.
- Тебе же вроде здесь не нравится, – бесстрастно обратился он.
Спорить вновь бессмысленно, поэтому я сама спрыгнула со стула и начала перебирать ножками, лавируя между полупьяными людьми навеселе.
- Стайлс, а вы куда? – послышался чей-то голос, но шатен даже взгляда не удостоил своих друзей, направляясь твёрдой походкой в сторону лифта. Точно, всё испортила!
Долго ждать не пришлось. Двери медленно раскрылись перед нами, и я первая шагнула в пустую кабину. Развернувшись и облокотившись о холодную стенку лифта, я пристально наблюдала, как выжидающе мужчина нажимает на кнопку. Зелёные глаза наконец поднялись, и я испытала эйфорию, не найдя ни крупинки гнева в них. Он делает один шаг вперёд, когда лифт сдвигается с места и поднимает нас на верхний этаж. За первым шагом следует второй. Дрожа в предвкушении чего-то и в одновременном непонимании, я сжимаю поручни руками. Лишив нас последнего метра расстояния, Гарри хватает мою голову с двух сторон и грубо наклоняет в бок, а затем я ощущаю горячее, болезненное прикосновение его губ на шеи.
Он обнажает зубы и приступает к опасной пытке, которую я так легко спускаю ему с рук. Сейчас кажется нет ничего правильнее, чем его поцелуи-укусы вдоль шеи. Руки срываются с металлических поручней, и я спешу впиться пальцами в корни коротко стриженных волос. Такие мягкие. Такие идеальные. Прижавшись шеей ближе к его губам, я прикрываю блаженно глаза. Ещё немного…
Громкий треск, и две пуговицы одна за другой слетают с моего пиджака, когда руки, костяшки которых покрыты свежими ссадинами, разводят два края вещи в разные стороны. Я вскрикиваю больше от неожиданности, чем от страха. Оставляя невидимые следы, отзывающиеся болью на коже, мужчина грубо стягивает пиджак с плеч одной рукой, пока вторая с лёгкостью поднимает моё тело. Ладони так жадно впиваются в ягодицы, что дыхание сбивается. Мы творим что-то похотливое. И я дрожу в его руках. Наслаждаюсь грубостью.
- Давай остановимся, - шепчу куда-то в воздух кабины, и шатен резко поднимает голову, отрывая наши тела от одной стены, чтобы пригвоздить меня к металлическим зеркальным дверям. Глаза скользят по белому пиджаку, который так и остался лежать на полу.
- Не смей меня останавливать, - он, проявляя большую грубость, хватает меня за волосы и отклоняет в сторону, чтобы впиться зубами в нетронутую часть шеи.