Хитрая злая лиса (СИ)

— Нет, пожалуйста, — неслышно прошептала наследница, прижимаясь к дереву крепче, — пожалуйста, спаси меня, пожалуйста...
Топот приблизился, солдаты ворвались на поляну, главный опять закричал:
— Брать только живой! Вы направо, вы налево, третья группа вперёд!
Солдаты пробежали мимо, вломились в ёлки на дальней стороне поляны, потом вернулись, опять прошли мимо. Прибежал ещё один отряд, командир отчитался на чистом канском:
— Наследницы нигде нет, мы обшарили всё.
— Она не могла остаться в Женском Дворце?
— Он сгорел полностью, если она была там, то она уже мертва.
— Чёрт... Царь Йан обещал тому, кто её приведёт, столько золота, сколько она весит!
— Боюсь, она погибла. А если нет, то погибнет завтра. Забинтованная женщина, одна, ночью в лесу. Сколько она протянет? Здесь водятся звери.
— Чёрт! Ищите! Всех свободных солдат на поиски!
— Есть.
Солдаты разбежались, командир тяжко вздохнул, подошёл и сел на плоский камень у клёна. Осмотрелся и прошептал под нос:
— Где же ты, красавица, где?
Где-то сверху раздался шорох, с ветки вспорхнула птица, капнув на роскошные ножны командира своим мнением по поводу ситуации. Он выругался и достал платок, наследница улыбнулась и покрепче прижалась к дереву, готовясь ждать столько, сколько понадобится.
***
около 200 лет назад 
Младшая наследница Сун сидела на поляне под деревом и играла с белкой, белка ползала по покрывалу, стволу клёна и голове наследницы, никак не давая себя поймать, щекоталась хвостом, кувыркалась и издавала смешные звуки, заставляя хихикать наследницу и служанок. А потом белка резко замерла, встала столбиком, глядя в сторону дворца, что-то для себя решила и побежала по стволу далеко вверх. А на тропинке раздался топот множества ног. Появились охранники, слуги и глава стражи, подошли, поклонились, глава сказал:
— Госпожа. Мы вынуждены срочно уходить, на дом напали. Я помогу вам.
Она нахмурилась:
— Куда уходить? Зачем? С нами ничего не случится.
Глава стражи вздохнул и указал слугам на женщин:
— Забирайте их.
— Нет! — вскочила наследница, — не смейте, вы! С нами ничего не случится, нас защитят наши великие предки! Отстань! — она оттолкнула руку главы стражи и вцепилась в ветку дерева, глядя как её служанок подхватывают на спины слуги и бегом уносят куда-то в лес.
— Госпожа, нам надо уходить, ведите себя...
— Убери руки! Я останусь здесь!
— Ты умрёшь, дура! — еле слышно прошипел он, силой снимая её с дерева, на которое она почти залезла, она вцепилась в ветки крепче, они затрещали, мужчина стал разжимать её пальцы по одному и раздражённо перечислять: — Ты умрёшь, погубишь меня, и оставишь своего отца без женщин в доме, после чего он тоже умрёт, на чём династия Сун закончится! Твои великие предки будут этому очень рады, да?
— Я не умру!
— Да, потому что я тебе не позволю! — он всё-таки сорвал её с дерева вместе с ветками, засыпав их обоих листьями и сухой корой, закинул на плечо и побежал. Сидящая на дереве белка подняла лапку и помахала ей, наследница разжала пальцы, роняя сломанные ветки, и разревелась.
На поляне их ждал шаман и пространственный портал, по ту сторону которого виднелся богатый дом с апельсиновыми деревьями и яркими цветами на клумбах. Глава стражи вошёл в портал, за ним вошёл шаман и закрыл проход. Их окружили солдаты и слуги, проводили до гостевого дома, где глава стражи предельно мягко посадил её на подушку, обжёг ненавидящим взглядом, поклонился и развернулся уходить. Она вытерла слёзы рукавом, посмотрела ему вслед и крикнула:
— Стой! Стой, я сказала, вернись немедленно!
Глава стражи остановился, немного постоял ровно и молча, потом медленно обернулся и опустил голову, произнося тоном «подавись, высокомерная соплячка»:
— Я приношу свои извинения за недостойное поведение, меня вынудили обстоятельства.
— Подойди.
Он сделал к ней шаг, она раздражённо потребовала:
— Ближе! Сядь сюда.
Он сел, она подползла к нему, протянула руку и достала из его волос крылатку кленового семечка, чувствуя, как обречённая пустота внутри вспыхивает надеждой и придаёт силы. С новым интересом посмотрела на мужчину и приказала:
 
— Склони голову!
Он поражённо приподнял брови, немного покраснел, но наклонился, она стала осматривать его волосы и плечи, но ничего не находила, опять расплакалась и села обратно на подушку, раскрыла ладонь и посмотрела на семечко, тихо сказала:
— Ну, одно — тоже хорошо. — Посмотрела на мужчину и сказала: — Уходи.
Он поклонился и молча ушёл.
Отодвинулась перегородка в соседнюю комнату, оттуда вышел отец в новом костюме не по размеру, сел напротив, поставил на пол поднос с чаем, виновато посмотрел на дочь и сказал шёпотом:
— Была бы ты с ним повежливее. Возможно, он твой будущий муж.
— Что? Он слуга!
— Он третий сын правителя Чонга, — устало вздохнул отец, наливая чай в чашку и подавая дочери, — Йанцы захватили дом Чонг при помощи второго наследника, убили правителя и первого наследника, а третьего просто вычеркнули из семейной книги за отсутствие. Он тогда был у нас, учился вместе с твоими братьями военному делу. Я его приютил, по просьбе его матери, твоя матушка с ней дружила и приняла как своего. Она его любила. Пей, милая, восстанавливай силы.
— И ты пей, — она указала ему на вторую чашку, он кивнул и налил себе, стал пить. Она тихо спросила:
— Что теперь будет?
— Война. Йанцы хотят захватить весь мир, но у них ничего не получится. Не думай об этом, ты в безопасности. Мы во дворце Кан, их армия сильна и крепко держит границы. Царь Кан отдал нам территории за рекой У-Фэй, обещал помочь в обмен на вассальную присягу. Я её дал, он мой хороший друг и никогда нас не обидит.
— За рекой У-Фэй? — поражённо переспросила она, отец отвёл глаза, она прошептала: — Но там пустыня... Там варвары!
— Там хорошая земля, просто сухая. Но мы построим каналы, и, со временем...
— Кто нас предал?
— Не думай об этом.
— Кто, папа?
— Не нужно, милая. Пей чай, — он опять взял чайник и стал доливать в её чашку, приговаривая: — Кушай хорошо, расти быстрее, выходи замуж, приглашай в дом побольше гостей. Ты теперь старшая женщина.
— А мама?
— Её сердце не выдержало.
Она уронила чашку.
Отец опустил голову и сидел молча и неподвижно, она спросила ещё тише:
— Сёстры?
— Их забрали йанцы.
— Жена брата?
Он медленно покачал головой и ничего не сказал, она подумала, что именно брат с женой их и сдали, и ворота открыли, и маме помогли уйти тоже они. Отец посмотрел на неё и тихо сказал:
— Остались только мы с тобой, милая. И то, что на тебе надето. И то, что нам из милости даст дом Кан. И всё.
Он выглядел таким разбитым, что она собралась, подняла чашку и громко поставила на поднос. Взяла чайник и налила, сначала ему, потом себе. Переползла к нему поближе, обняла за плечи и сказала загадочным шёпотом:
— Смотри, что у меня есть, — и показала на ладони крылатое семечко красного клёна.
Отец закрыл лицо руками и замер, она стала гладить его плечам и рассказывать:
— Мы справимся, земля там хорошая, а воду найдём. Из У-Фэйи брать не будем, она грязная. Возьмём из секретного места, я знаю, где. Мне бабушка рассказывала.
— Правда?
— Ну конечно! Что я, врать буду? Пей, а я рассажу тебе легенду. Про древнюю богиню, которая шла по пустыне Кан и захотела пить, но из грязной У-Фэйи пить не захотела, потому что она себя не на помойке нашла, она себя любила. Сейчас ещё чаю принесу и расскажу, а ты ложись.
Она схватила чайник и вышла в коридор, задвинула за собой перегородку и обессиленно прислонилась к стене, зажимая рот ладонью и пытаясь взять себя в руки. Отдышалась, вытерла глаза и увидела сидящего на полу у её ног главу стражи. Вздрогнула от неожиданности и прошипела:
— Как давно ты здесь?
— Я не уходил, — шёпотом ответил он, отводя глаза, — я теперь ваш телохранитель.