Время и деньги (СИ)

Полукровка вгляделся в символ, на который указывал Гилэстэл.
— Хм. Больше всего на «эриэн» — след. Только точка сверху лишняя и хвостик снизу.
— Отлично! — восхитился Гилэстэл.
Они корпели над записью остаток дня. Столбики значений, которые Гилэстэл подыскивал каждому символу, состояли уже не менее чем из четырех слов каждый. Астид устал и сидел, перечитывая свиток снова и снова. Наконец, и это ему надоело. Он отбросил бумагу и фыркнул.
— Столько сил потратили, чтоб меня выследить, только из-за этой инвентарной описи.
Гилэстэл, складывающий очередную комбинации из знаков, медленно поднял посветлевший взгляд на полукровку.
— Спасибо, Астид.
— За что?
— Сейчас узнаешь. Возьми футляр, выйди из дома и спрячься где-нибудь. Даю десять минут.
Озадаченно оглядываясь на Гилэстэла, полукровка покинул комнату. Князь тем временем подчеркнул в каждом столбце по одному значению и записал их в строку — «Идущий следами тени отыщет утерянное».
Астид, понявший догадку князя, решил схитрить. Перемахнув жердяную ограду овечьего загона, он прилепил футляр под брюхо одной из овец. А сам пересек двор и притаился в противоположной его стороне, заняв наблюдательную позицию за горшками для зерна. Мимо прошла хозяйская дочка и взглянула на него. Но Астид махнул ей ладонью — «проходи». Девушка пожала плечами и, ускорив шаг, скрылась в курятнике. На пороге дома показался Гилэстэл. Поводил головой, словно ловя взглядом какой-то предмет, и направился в сторону загона. Остановился, оперся ладонями на жердь, и с недоумением уставился на овечьи спины.
— Все верно, Ваша светлость, — подойдя, кивнул ему Астид. — А сможете указать на овцу?
— Ну, ты и затейник, — хохотнул князь. — Думаю, вон та, с черным пятном на ухе.
Астид перелез в загон, добрался до указанной овцы, снял с неё футляр и показал князю. Гилэстэл улыбнулся в ответ с победным видом.
— Как это работает? — подавая ему тубу, спросил Астид.
— Сам посмотри. Вот нужная комбинация слов.
Астид принял из рук Гилэстэла клочок бумаги и негромко прочел написанное. В то же мгновение футляр в руке Гилэстэла засветился мягким зеленоватым светом.
— А теперь смотри на это.
Гилэстэл стал отступать от загона к дому, и Астидудивленно распахнул глаза, увидев, что путь князя отмечен дрожащими, почти прозрачными копиями очертаний тубы. Они, словно оттиски печати на бумаге, оставались висеть в воздухе через каждые пять-шесть шагов, и не исчезли даже тогда, когда Гилэстэл скрылся в доме. Астид двинулся по иллюзорному следу. Как только он проходил сквозь видение или касался его, оно таяло.
— Это потрясающе! — не смог сдержаться Астид, войдя в отведенную им комнату и погасив последний висящий в воздухе оттиск футляра. — Выходит, таская с собой свиток, я чертил преследователям карту своего пути! Но почему же они не нашли его на скале?
— Потому что, скорее всего, тайну этой вещи знал кто-то один из погони. Не рядовой воин, а хранитель или жрец храма. Он и вел остальных по следу. А глубина каменной щели, возможно, заблокировала след.
— Я убил четверых у Игских скал. Значит, это был кто-то из них.
— Возможно, — согласился Гилэстэл. — Теперь мне понятно, как Крат-ак-Халь нашел то место, где я тебя «похоронил». Твой меч. Думаю, если внимательно его сейчас осмотреть, найдем на нем эти символы. Я выкупил его на пограничном посту, и вел Крат-ак-Халя за собой. Когда ты избавился от свитка, а я — от меча, нас потеряли. Все-таки он был потрясающе умён, этот Крат-ак-Халь.
— С чего вы взяли? — скептически фыркнул полукровка.
— Он вырос в среде, не предполагающей иных навыков, кроме как подчиняться и убивать. Но он не стал таким, как остальные. Он знал эльфийский, Астид! Он читал исторические труды и знал историю Маверранума. И знал, кто он и какой силой владеет. Он мог бы стать великим.
— Если бы вы его не остановили, а я не сломал ему шею, — пробурчал Астид. — Во всяком случае, в вашу команду он не годился, Ваша светлость.
— А какое было бы подспорье, — вздохнул Гилэстэл. — Будем надеяться, Нира не уступает своему брату в способностях.
 
Во дворе заржала лошадь, послышались голоса.
— А вот и Нира, — князь поднялся, убрал тубу со свитком в сумку.
Гилэстэл вышел из дома первым. Астид едва не ткнулся покровителю в спину, когда тот резко замер на пороге. Выглянув из-за плеча Гилэстэла, полукровка увидел, как по двору, ведя в поводу Миру, идет Жунбар.
  
Глава 26
 
Жунбар остановился в некотором отдалении, отступив за лошадиный бок и опасливо косясь на князя.
— Говори, — неприветливо глядя на парня, приказал Гилэстэл.
Он сделал вперед несколько шагов, из-за его спины выступил Астид. Жунбар изумленно воззрился на полукровку, выглядевшего совершенно иначе, чем при их последней встрече, и попятился, оглянувшись на калитку.
— Не трону, — пообещал полуэльф. — Что с Нирой?
— Тут такое дело… Как бы сказать, — замялся Жунбар.
— Говори, как есть.
— Похитили её, в общем.
— Вот как? — пристально глядя в лицо Жунбару, после недолгой паузы процедил князь. — И кто же?
— Нойджет. Страшный человек. Негодяй, убийца и грабитель. За выкуп отдаст сестру.
— Нойджет, — повторил Гилэстэл и переглянулся с Астидом, рассматривающего Жунбара недобрым взглядом. Кривая скептическая ухмылка исказила губы полукровки. На виске Гилэстэла забилась жилка, зрачки из голубых стали почти прозрачными от вскипающего гнева.
— Насчет убийцы не знаю, — процедил Гилэстэл, двинувшись к Жунбару. — А вот негодяя и грабителя я прямо сейчас вижу перед собой.
Жунбар шарахнулся к калитке, но был настигнут князем в два прыжка. Гилэстэл молниеносным движением схватил Жунбара за горло. Тот задергался в тисках его рук, вцепился в них, пытаясь разжать захват.
— Разве вы мало получили?! Придумали еще одну аферу, чтобы нажиться на моем к ней расположении?! Я передушу вас всех, как щенков! Но прежде вытрясу из вас всё, что вы от меня уже получили!
Лошадь, напуганная яростным рыком Гилэстэла, шарахнулась и отбежала в сторону. Из дома выскочил хозяин, кинулся было разнимать, но был остановлен Астидом. В дверях с округлившимися от паники глазами запричитали женщины.
— Мы ничего не придумывали! — пропищал Жунбар. — Это её идея! Она сама это предложила!
Гилэстэл осекся, в замешательстве разжал руки. Недоверчиво свел брови, пристально глядя в глаза стоящего перед ним человека.
— Сама? Нира предложила это сама?
Жунбар прикусил язык, ругая себя за несдержанность, и отвел взгляд.
Князь в совершенной растерянности отошел к скамье у дома, сел и уставился на свои сапоги. Астид видел, как играют желваки на скулах полуэльфа. Слышал, как щелкают костяшки нервно сжимаемых пальцев. Гилэстэл исподлобья взглянул на Астида, и полукровке очень не понравился этот взгляд. Повернув голову к Жунбару, полуэльф какое-то время изучал его так, словно увидел впервые.
— И что же хотят похитители… и она? — растягивая слова, сквозь зубы процедил князь.
— Известно чего, — отозвался Жунбар, ободренный внезапным спокойствием князя. — Того, чего у вас в избытке — денег.
— Денег, — покачал головой Гилэстэл. — Денег…
Он тяжело поднялся, пошатнувшись. Подошел к двери и долго стоял на пороге, опираясь руками на косяк и устремив невидящий взгляд в пространство. Ни Жунбар, на Астид, ни хозяин и его семья не смели нарушить тягостной тишины, глядя на сгорбленную спину полуэльфа. Наконец Гилэстэл шевельнулся, выпрямился и тихо вымолвил:
— Собираемся, Астид. Выезжаем на рассвете. Нас ждут.
Время тянулось для Гилэстэла невыносимо долго. Астид, проснувшись среди ночи, ощутил, что в комнате он один. Пробравшись в темноте к входной двери, полукровка приоткрыл её и выглянул во двор. Гилэстэл неподвижно сидел на скамье, вытянув ноги и устремив взгляд в усыпанное звездами небо.
Астид не стал тревожить князя, и вернулся в постель. Но сон не шел. Поворочавшись, он зажег неяркий светоч и принялся перепроверять дорожные сумки. Подумав, расстегнул ремни на той, в которую упаковал вещи Гилэстэла, и, вытащив из глубины кошель, положил его на самый верх.