Башня тишины (СИ)
— Где еще была Амина?
— Шеки была, озеро Гёйгёль была, Шемаха…
— Это та Шемаха из сказки Пушкина? Про Шамаханскую царевну?
— Шемаханское ханство до землетрясения находилось…
Руслан открыл было рот, но Дауд, судя по звуку, более настойчиво и куда более значительно, чем в прошлый раз, похлопал гида по плечу, и тот замолчал.
— Хыналыг была, в храме огня. Да очень много где была, Руслан-муэллим…
— Поехали, у нас насыщенная программа.
— Куда?
— Искать бессмертных святых. Ну давай-давай! Быстрее! У меня счет на часы, мне джинн в зад дышит, а нам полстраны объехать надо! Далеко это все?
— Зачем далеко? Тут вся страна пять часов в ширину… От дорог тоже зависит…
— Я думаю, точно едем в Гобустан.
— Там вулканы рядом, нам надо?
— Надо.
— Сначала надо домой ехать, собраться, подготовиться, да…
Гид что-то спросил на азербайджанском, но его уже никто не слушал. Дауд пытался помочь Руслану спуститься по винтовой лестнице, но не преуспел. Он просто не помещался в узкий проход и с видимым, точнее слышимым, трудом протискивался между стен.
— Там окно, да? — спросил Руслан, указав пальцем.
— Да, есть окно.
— Двадцать второго декабря солнце светит оттуда, и луч бьет ровно в центральную ось… А этажом выше тоже окно, да? Но чуть левее?
— Могу посмотреть…
— Не надо, пошли…
Руслан как будто бы стал различать пустоту. Все, как и он сам, состояло из пустоты, но эта пустота могла принимать форму. А что заставляет пустоту принимать форму? Чья-то воля?
Едва они вышли из башни, как Руслан почувствовал тошноту и слабость. Голова кружилась так сильно, что Дауду пришлось поддерживать его.
— Опять плохо? Совсем слабый, да. Это потому что ты сильный колдун? Все силы потратил?
— Я не колдун.
— Маг, да-а-а.
— Я вообще не маг. Маг — это духовное лицо в зороастризме. Как священник, понимаешь?
— Ты сильный не-маг, — не стал спорить Дауд.
Он усадил Руслана в машину, добыл откуда-то бутылку воды, открыл и сунул в руки.
— Тут подожди, мне надо сказать, чтобы записи с камер прислали.
— Хорошо.
— Не уходи никуда только!
— Куда я нахрен денусь, Дауд!
— Я знаю, да? Улетишь! Исчезнешь!
— Иди уже, а! — Руслан глотнул воды, и вдруг его осенило: — Погоди! А у Амины есть проблемы с глазами?
— Нет, а что? — удивился Дауд.
— А у Натаван? Или у Лейлы?
— Нет.
— А были? В детстве, например.
— Кажется, нет, — неуверенно сказал Дауд. — Я про это не знаю.
— Ладно, иди.
Дауд захлопнул дверь машины и ушел. Руслан откинул сиденье и попытался побороть тошноту. Получилось неплохо, несмотря на то что салон, пропахший сигаретами, этому совсем не способствовал. На Руслана вдруг навалилась усталость, и он уснул. Причем сделал это удивительно сознательно. Впервые в жизни он наблюдал за тем, как бодрствующее сознание переходит в сон.
Он сидел на подоконнике и смотрел в окно. К дому через парк шли два человека. Один старый, с седой козлиной бородой, в странном головном уборе и с длинными четками в руках. Шел человек медленно, то ли никуда не торопясь, то ли испытывая какие-то затруднения с ходьбой. Он не стал бы даже охотиться на такого человека. Слишком жалкий. А вот второй человек напоминал кота. Гибкий, поджарый, как будто подпружиненный. Шагает легко и наверняка почти бесшумно. А над правым ухом, под коротко стриженным виском, виднеется какая-то татуировка. Слишком далеко, чтобы рассмотреть, видно только красное пятно.
Он подскочил на ноги, зло дернул хвостом и сделал несколько нервных шагов по подоконнику в одну сторону, потом в другую. Ему надоело сидеть в клетке. Нужно выбраться наружу.
Руслан проснулся от щелчка двери. Дауд плюхнулся на сиденье, поерзал, заставив машину качаться, и спросил:
— Едем, да?
— Дауд, скажи-ка, пожалуйста, ты знаешь хромого деда с козлиной бородкой?
— Знаю! Много таких знаю. — Он завел двигатель.
— А если с этим дедом спортивный черт с красной татуировкой над правым ухом?
— Тише! — почему-то зашипел Дауд. — Зачем так говоришь? Уважаемые люди!
— То есть знаешь. Ну и кто это?
— Зачем спрашиваешь? — Руслан уже знал, что, когда Дауд начинает юлить или привирать, в его голосе появляются фиолетовые оттенки.
— Они сейчас в доме.
— А ты откуда знаешь?!
— Я ж маг!
— Жмаг-жмаг.
На некоторое время повисла тишина, нарушаемая громким дыханием Дауда. Он пару раз ругнулся себе под нос.
— Ты есть хотел, да? Давай сначала кафе зайдем? Посидим, покушаем…
— Путина послушаем, — перебил Руслан. — Пока не объяснишь, в чем дело, мы вообще никуда не поедем. Кто эти люди?
— Так, да… — как будто зурна заиграла, протянул Дауд. — Ничего особенного…
— Еще хоть раз мне соврешь — и я не буду искать Амину.
— Не злись, да… — страдальчески, будто оказался меж двух огней, заныл Дауд. — Это человек, с которым твой отец поссорился.
— И что он делает в доме моего Октая?
— Это не только его дом… — подчеркнуто тактично заметил Дауд.
— Намекаешь на мачеху?
— Зачем намекаю? Так и говорю, да!
— А почему дед, с которым поссорился Октай, пришел к моей мачехе? Они родня или что?
— Ай, да-а-а! — прямо-таки взвыл Дауд. — Я знаю, что ли? Мне сказали Амину охранять, я охраняю, сказали тебя возить, я вожу!
— Ой, все! Успокойся. Так кто это?
— Руслан-муэллим, я тебя умоляю, не надо вопросы задавать, которые я ответить не могу!
— На этот ты можешь ответить, я знаю, когда ты врешь.
— Хорошо! — Дауд сделал торжественную паузу и, судя по тому, что машина качнулась, какой-то широкий жест. — Я расскажу! И никто не может говорить, что Дауд все делает наоборот!
— Ты перегрелся, что ли? — искренне переживая за собеседника, поинтересовался Руслан.
— Нет, да-а-а! Слушай! Его зовут Саид-муэллим. Нет, да-а-а, правильно будет мулла! Мулла Саид Румлу.
— И что это должно мне сказать? — не понял Руслан.
— Нет, опять неправильно. — Дауд будто бы пытался разобраться в собственных мыслях. — Наверное, даже аятолла Румлу.
— Полагаю, значение имеет то, что он представитель иранского духовенства?
— Не знаю, да-а-а! — разозлился Дауд. — Просто слухи! Говорят, он учился в Куме.
— Где? Что? О чем речь вообще?
— Давай так: есть христианство и есть ислам. В христианстве есть определенная иерархия священнослужителей, да?
— Ну, пока логично, — согласился Руслан.
— Ты сначала священник, потом какой-нибудь там настоятель, епископ, не знаю, этот, как его? Кардинал нету?! А потом ты папа римский. И папа самый главный, его все слушаться должны. В исламе нет такой иерархии. Ислам как бы… как это слово?
— Какое?
— Когда нет одного папы римского, а есть много пап?
— Боюсь узнать, что это за слово такое… — заинтересовался Руслан.
— Не один центр, где все решения, а много!
— Децентрализация.
— Машалла! Она! Ислам децентрали… зи…
— …рованный, — подсказал Руслан. — Продолжай.
— Но есть исключение, да! Шииты! Я не эксперт, но у них там есть какая-то иерархия: аятоллы, великие аятоллы и что-то такое. И есть так называемый шиитский Ватикан.
— И он называется Кум?
— Молодец! Находится он в Иране. Там лучшее шиитское образование. Наверное. Ну я не знаю, да, насколько может быть лучшим религиозное образование. В общем, там готовят лучших богословов и…
— Эмиссаров. — Руслан сообразил, к чему ведет Дауд, — Этот ваш Саид — агент влияния?
— Ай, да-а-а! — возмутился Дауд. — Зачем такие вещи говоришь?! Я так не говорил! Он проповедник! Духовный лидер!
— Ну да, ну да, — хмыкнул Руслан. — Я просто турист и неправильно все понял. Ты мне лучше скажи, что иранский эмиссар делает в Азербайджане? Тут вроде бы не сильно религиозное население.
— Нет, не сильно, да-а-а! Тут светское государство! Ну… Почти везде. Есть такое место, называется Нардаран. Как бы это, да…