Семь. Гордыня (СИ)
— Что опять? — слегка сварливо проворчал я, но дед мне определённо нравился. Задавал правильные вопросы, не робел и как-то слишком сильно переживал за Зорькину и остальных работников. Такими легко манипулировать, они готовы на жертвы, готовы костьми лечь на благо других людей. Провести небольшую пропаганду, и можно из них верёвки вить. Хотя ладно, верёвки вить я не заинтересован, мне выгодно, чтобы они сами понимали, чем лучше мне — тем лучше им. Взаимовыгодное сотрудничество, ничего личного.
— Только там материала не так уж и много. Ну изготовим мы небольшую партию, а дальше что?
— А дальше то же самое. Закупим сырье и будем делать ещё. Печи работают? — кивнул я в ту сторону, где располагался цех с двумя огромными литейными печами.
— Работают, как ни странно. Прошлый главный инженер был не дурак, вывел из эксплуатации и законсервировал всё по всем правилам. — Анатолий Андреевич Буров ненадолго задумался. — Может тогда сразу начнём лить новый металл, а этот не будем трогать? То что по бумагам его нет, ничего не значит — кто захочет докопаться, тот найдёт и бумаги, и все документы.
— Разберемся. — отмахнулся я. — Будем решать проблемы по мере их поступления. Да и нет у нас сейчас лишних денег, ужимаемся, как можем. Так что, вариантов особо нет.
— Понял… Но делать автомобили из такого материала, — он сокрушённо покачал головой, — это кощунство! И это… — Буров помялся. — Если не получится производить такой материал, как раньше? Сколько лет уже прошло, часть данных утеряна. Это будет проблемой?
— Не важно. — отмахнулся я. — Главное не мешать туда говно и палки, если качество немного просядет, это не критично, до фольги мы не опустимся и всё равно будем на голову выше конкурентов. Нам не нужна дешевизна, будем делать эксклюзивный товар.
— Это верно. — механик довольно хмыкнул и покрутил седой ус. — Сейчас не металл, а дерьмо льют. Стыдно в руки брыть, а на эксклюзив всегда свой покупатель найдётся.
— Вот именно! Нам главное привлечь потенциальных клиентов первой партией и заработать себе имя. — я достал из кармана несколько листов А4 и сунул ему. — Сможете сделать?
— Это… Это не совсем машины. — его глаза удивлённо полезли на лоб.
— Как по мне, там самые обычные машины — колёса есть, двигатель тоже. Так что…
— Ну да, ну да. — довольно хмыкнул он. — Какие сроки?
— Месяц.
— Месяц⁈ Да как⁈ Как? Вы что там у себя трюфелей обожрались и еба…
— Буров! — перебила старика Маринка. — Придержи язык!
— Простите, Марина Анатольевна. Старый стал, не сдержанный. Алексей Михайлович, за месяц никак не получится. Это нужно тут в три смены пахать, нужно всё рассчитать правильно. Да тут только чертежи и расчёты делать месяц, а то и два. Эти вот бумажки никуда не годится, — помахал он моими рисунками у меня перед лицом, — ими только зад подтирать!
— Буров! — снова одёрнула Зорькина своего сотрудника и устало вздохнула, взяла у него из рук мои чертежи и принялась разглядывать, задумчиво морща лобик.
— Месяц. — равнодушно пожал я плечами. — Без вариантов. Я не могу тянуть, у меня просто нет столько денег. Или мы идём ва-банк и делаем всё за месяц, или завод нахрен закрывается. Понимаешь?
— Понимаю. Но месяц. — он снял каску и задумчиво почесал затылок. — Ладно, мы тут болтаем, а время идёт. Нужно дела делать. Сколько я могу людей привлечь для этого?
— Сколько нужно. — разрешил я. — Но только тех, кто уже работает у нас, новых мы нанимать не будем. Обсуди это с Мариной Анатольевной.
— Понял. Нужно будет прикинуть… — механик нахмурился. — Нужные специалисты у нас есть, это не проблема…
— В чём проблема?
— Ну корпус мы соберём, а начинку где брать?
— Наверху.
— Наверху? — удивился Андреич.
— Да. — кивнул я. — Я там прикинул, одну линию можно отвести под это дело как раз. Часть будет изготавливаться там, часть здесь.
— Я так понял, наверху не будут знать о том, что делается здесь?
— Ты правильно понял, старик.
— Тогда… Тогда сюда нужно взять не шибко болтливых людей.
— Вообще не болтливых. — улыбнулся я ему. — И это… Пока вы всё не сделаете, никаких контактов с внешним миром. Возможно, даже чуточку дольше.
— Жить здесь? — старый механик удивлённо вскинул седую бровь вверх.
— Да что ты выдумываешь⁈ — возмутилась Маринка. — Как ты себе это…
— Погоди, дочка. Не встревай. — бесцеремонно заткнул Маринку Буров. — Хозяин дело говорит — нельзя, чтобы кто-то что-то разболтал, нам за эти фокусы головы быстро пооткручивают. А так даже лучше, меньше людей понадобится, они ведь смогут работать в две смены, не отвлекаясь на быт, дом, дорогу и прочие глупости. Человек пятьдесят, думаю, хватит. Я подберу нужных. Доплата же за переработки и некоторые неудобства предусматривается? — хитро прищурился он.
— Да. — подтвердил я. — Марина Анатольевна всё оформит.
— Тогда это не проблема. Но месяц… — дед снова тяжело вздохнул и покачала головой. — Мы постараемся. Ещё нужно оборудовать кухню, забить склад провиантом, поставить кровати, души и санузлы. Постельные принадлежности и гигиену. И устроить пропускную систему. Кто-то может сорваться и захотеть выбраться наружу. Под землёй тяжело жить.
— Марин?
— Да поняла я. Сделаю. — насупилась та. — Ещё доктора какого-то найти, мало ли что тут может случиться, медпункт организовать и досуг какой-нибудь — шашки, шахматы и телевизоры. Да уж, заварили вы кашу. Не нравится мне всё это.
— А мне очень нравится. Как в старые добрые времена. — впервые за весь разговор искренне улыбнулся старый механик и радостно потёр ладони друг о дружку. — Я снова ощущая себя живым, даже выпить не хочется.
— Тебе нельзя пить! — тут же отреагировала Зорькина, кинув в сторону механика нахмуренный взгляд.
— Так и я о том же. — довольно подтвердил он. — Даже и не хочется! Как хорошо-то! Давно не слышал запах раскаленного металла. Думал, не доживу до этого.
— Вот и отлично. — подвёл я итог нашего неожиданного совещания. — Раз все поняли, что мы в одной лодке, то вперёд. Я открою специальный счёт под это дело и перекину туда деньги, пользуйся, Марин. Только учти, за каждую копейку будешь отвечать сама знаешь чем.
— Головой! — закивал головой Буров, строго посмотрев на директрису, словно она перед ним будет отвечать.
— Да, головой. — не стал я разубеждать его.
— Даже если ничего не выйдет… Спасибо, Алексей Михайлович. — он протянул мне свою мозолистую руку, и радостно облапал мою.
— Пока не за что. Всё, работайте, не буду вам мешать. А я тут пока прогуляюсь и осмотрюсь…
Я оставил парочку своих сотрудников обсуждать дела насущные, а сам двинулся исследовать свой подземный цех тщательнее. Несколько рабочих подозрительно покосились в мою сторону, но быстро потеряли интерес, занявшись своими делами…
За неделю Зорькина неплохо потрудилась, наводя здесь порядок, но это ничто, по сравнению с тем, что нам нужно сделать за ближайший месяц. Работы ещё предстоит тьма! Через месяц состоится очень крупная ежегодная выставка оружия, и нам нужно представить на ней наш прототип и не сесть при этом жопой в лужу. Идём ва-банк, я не лукавил. Если ничего не выгорит, придётся и правда продавать завод, или просто закрывать…
Весь оставшийся день я посветил работе: исследовал бункер, залезал в каждую щель, совал везде свой нос, спорил до хрипоты с Буровым, посылал его нахрен несколько раз, и был послан однажды сам. Нормальный дед, сработаемся. Лишь под конец рабочего дня я поднялся на поверхность, принял душ, смывая пыль, грязь и усталость, и забрал Маринку из директорского кабинета. Бонус от хозяина заведения для ценных сотрудников — вип-доставка к порогу дома. Вбил её адрес в навигаторе, удивлённо увидев конечную точку на окраине города, хмыкнул и неспеша тронул авто.
— И что мы будем производить там? На самом деле. — осторожно поинтересовалась Зорькина, разглядывая пробегающие за автомобильным окном вечерние городские улицы.