Тайное Погружение (ЛП)

Ее губы отрываются от моих, и я автоматически наклоняюсь вперед, чтобы последовать за ней.
— Райан?
— А?
— Раздевайся.
— Да, мэм. — Я улыбаюсь ей. — Но сначала ты.
Она хихикает.
— Если ты настаиваешь.
— Можешь поспорить на свою прекрасную задницу, что я так и сделаю. — Я приступаю к работе, снимая с нее толстовку и майку, а затем лифчик. Потом мои руки оказываются на ее груди. — Ух ты.
Харпер тихо смеется.
— Я знаю, они уже немного выросли.
— Я заметил.
Я хочу сжать их, но Харпер отстраняется еще дальше, морщась.
— Извини. Они также стали чувствительными, так что, боюсь, ты должен быть с ними помягче.
— О. — Я надуваю губы на полсекунды, прежде чем взять себя в руки. — Скажи мне, что чувствуется хорошо, а что нет. А теперь давай избавимся от другой одежды.
Вместе мы быстро справляемся с ее леггинсами и носками, оставляя ее только в трусиках. Я сажаю ее на край кровати и спускаю трусики с ее ног. Затем пробираюсь обратно вверх по ее ногам, массируя, посасывая ее кожу, прокладывая себе путь прямо туда, где я так сильно хочу быть.
— Райан, ты все еще… о, да. — Она стонет и откидывается на матрас.
Я нашел ее чувствительное место и планирую хорошо заботиться о ней. Харпер тоже не сдерживается, трется о мой рот, пока я сосу ее клитор и двигаю двумя пальцами внутри нее. То, как она прижимает меня к себе, как будто она не хочет, чтобы я уходил, — это самая сексуальная вещь, которую я когда-либо видел.
Ее внутренние мышцы сжимаются вокруг моих пальцев и языка, и я стону. Она уже близко. Так близко.
Когда она кончает, громко стонет и впивается ногтями в мои плечи, все ее тело вибрирует. Она падает на кровать словно желе, ее руки и ноги безвольно лежат рядом.
Я снимаю с себя одежду, но оставляю боксеры. Склонившись над кроватью, замечаю, что глаза Харпер закрыты.
— Детка, ты можешь пошевелиться?
Она протягивает руку, вслепую шаря по воздуху, пока не находит мое лицо и нежно проводит пальцами по моей щеке. Я поворачиваюсь навстречу ее прикосновению и целую ее ладонь, задерживаясь на мгновение, чтобы насладиться контактом.
Ее глаза открываются, и она моргает, глядя на меня, ее зрачки остекленели.
— Ты сломал меня.
Я смеюсь и наклоняюсь, чтобы уткнуться носом в ее шею.
— Я бы никогда не сломал такую драгоценную вещь, как ты.
Она вздыхает.
— Ты можешь обнять меня за шею и держаться?
Она делает, как я прошу, и я двигаю ее за собой, пока мы не достигаем роскошных подушек в изголовье кровати.
— Я думаю, это правда, что говорят о беременных женщинах и оргазмах. — Ее взгляд находит мой, я удовлетворен выражением на ее лице.
Это заставляет меня хотеть дать пять самому себе.
— Ах да, о чем же речь?
— Беременность может изменить сексуальное влечение, но также и то, насколько интенсивны оргазмы. Это был, безусловно, самый сильный оргазм, который я когда-либо испытывала. Я все еще чувствую, что парю.
— Тогда нам определенно придется воспользоваться этим преимуществом.
Я приподнимаюсь и прокладываю пальцем неторопливую дорожку вниз по ее телу. Обращаюсь с ее грудью с особой осторожностью, нежно массируя их, воздерживаясь от сосания или перекатывания сосков, а вместо этого щедро облизываю и целую их.
Если судить по учащающемуся дыханию Харпер и хныкающим звукам, то это идеальное приспособление к ее меняющемуся телу.
После еще одной ласки я оставляю ее идеальную грудь и двигаюсь вниз по ее торсу к животу. Я резко сглатываю комок в горле. Это еще больше ограничивает поток воздуха, и я с трудом могу дышать. Его все еще не совсем видно, но я наконец-то могу разглядеть маленький бугорок. Я помню из нашего утреннего визита к врачу, где именно находится ребенок.
Держа руку над нужным местом, я глажу его большим пальцем и закрываю глаза.
Харпер кладет свою руку на мою, и я почти сгибаюсь под тяжестью этого момента.
Я уже так сильно люблю этого ребенка, что иногда мое сердце болит, как будто оно недостаточно велико, чтобы справиться с этими эмоциями. Когда я смотрю на Харпер, ее взгляд уже устремлен на меня, блестя от непролитых слез. Чувствует ли она то же самое по отношению к ребенку? Расширяется ли ее сердце, как мое, чтобы в нем могли поместиться еще два человека?
 
Потому что я в деле.
Все. Вместе.
С ними обоими.
  
24
 
Святые угодники. Я забыла, как это напряженно — быть с Райаном. Я все еще пыталась оправиться от этого невероятного оргазма, когда он положил руку мне на живот, на его лице была смесь чистого изумления и нежности.
Я не смогла бы выбрать лучшего отца для своего ребенка, даже если бы попыталась. Не хватит слов, чтобы описать, что я при этом чувствую. Что он заставляет меня чувствовать. Впервые до меня по-настоящему доходит, что я не одинока в этом. То, что раньше было словами в текстовых сообщениях или по телефону, теперь я вижу своими глазами. Я верю, что он хочет быть рядом, ради меня и ребенка.
Волна благодарности и влечения восполняет мою потребность в нем, мои чувства к нему доводят меня почти до отчаяния, когда я неуклюже встаю, пытаясь стряхнуть с ног остатки слабости.
Толкнув его на спину, я быстро справляюсь с его нижним бельем. Его великолепный член ложится ему в живот, и я обхватываю одной рукой его горячую длину. Желая вернуть все, что он мне дал, а потом и еще кое-что. Но это может подождать. Его голодные глаза практически кричат мне, что он не может ждать ни секунды, чтобы быть внутри меня.
Поскольку я чувствую то же самое, я сажусь на него верхом и наклоняюсь для поцелуя, встречая его нетерпеливый рот, который уже ждет меня. Мы поглощаем друг друга с такой настойчивостью, что у меня перехватывает дыхание. Этот человек берет то, что ему нужно, и в то же время дает мне то, что нужно мне.
Давление его руки на моем затылке ощущается потрясающе, она вдавливается в мою кожу, как будто он не может насытиться мной. Я чувствую себя желанной.
И… обожаемой. Как мужчина лелеет женщину, которую любит.
Я отбрасываю эти мысли в сторону, зная, что сейчас неподходящее время, особенно когда его твердая длина трется о мой клитор и сводит меня с ума.
Я стону и снова прижимаюсь ртом к рту Райана. Я схожу с ума от желания, лаская его язык, покусывая его нижнюю губу, посасывая верхнюю. Никто никогда не заставлял меня чувствовать себя так дико, как будто сила нашей связи высвободила ту мою сторону, о существовании которой я и не подозревала.
— Презерватив. — бормочет Райан мне в рот.
Я отстраняюсь. Эта тема не давала мне покоя в последнее время.
— Мне и без него хорошо, если на то пошло. Очевидно, что ты не можешь снова сделать меня беременной, и я прошла все тесты.
— Я тоже чист. — Он изучает меня. — Ты уверена?
Я киваю.
— Иди сюда. — Райан притягивает меня обратно к своему рту и приподнимает бедра, помогая мне опуститься на него.
Как только он полностью входит, я закрываю глаза и мгновение привыкаю к его размерам. Он всегда был таким большим, или теперь, когда мое тело изменилось, я чувствую себя по-другому? Что бы ни вызывало это чувство, это чистое блаженство.
— Ты такая чертовски сексуальная. — Райан приподнимается на локте и хватает мою руку. Он переворачивает ее, чтобы поцеловать, затем кусает ладонь.
Стон срывается с моих губ от его неожиданного движения. Как будто я сверхчувствительна, когда дело касается его, и все, что он делает, создает внутри меня ад. Его слова, его действия.
Все в этом мужчине возбуждает меня.
Это также напоминание о нашей первой ночи вместе, когда он укусил меня за ягодицы. Никто никогда не делал этого раньше, и это было одно из самых ярких ощущений в моей жизни.