Тать на ваши головы (СИ)

Послышался шум, кажется, в зал принесло кого-то еще.
— А вот и вы! — искренне обрадовался вошедшим его высочество, укорив: — Медленно ходите!
Товарищи его восторг не разделяли.
— И что здесь происходит? — Сталь в этом голосе была, пожалуй, покруче, чем у принца.
— Так я тебе невесту нашел, твое сиятельство, — увеличивая градус дурдома, радостно возвестил Далмар.
Я даже не удивилась новому статусу, а в голове закрутилось: «Твоя невеста честно, честная Ё»*.
— Брат? — Этот голос показался мне знакомым. Я приподнялась, встречаясь взглядом с...
Рольцем?
Кажется, глаза у меня стали круглыми, еще и из орбит полезли.
— Тать? — в таком же шоке уточнил Рольц, явно не ожидавший встретить меня возлежащей на полу в зале судебных заседаний. Впрочем, он грозился мне отомстить за дурацкий обман...
— Вы знакомы? — удивился принц. Он удобно устроился на боку, подперев рукой щеку, и имел вид человека, перед которым разыгрывается отличное шоу и только попкорна для полного счастья не хватает.
— Так это моя невеста, — возвестило чудо в белом плаще.
Я хватанула ртом воздух, не найдя приличных слов: вот она какая... месть рыцаря.
Со стоном опустила голову на пол, успев бросить быстрый взгляд на стальное сиятельство. Что можно сказать... Первый «жених» был явно старше Рольца, а еще, зуб даю, воевал. Короткая стрижка. Темные волосы. Небольшая бородка. Грубые, точно вырубленные черты лица, которые удивительно гармонично сочетались с каменным взглядом уверенного в своих действиях человека.
Что-то такое знакомое царапнуло сознание, и лицо мужика в моей памяти «обросло» намотанными на него тряпками. Я приподнялась, всматриваясь.
— Француз?! — уточнила.
Тут уверенность его сиятельства дала сбой, потому как он озадаченно моргнул, вздернул брови и переспросил:
— Кто?
Я засомневалась в своих предположениях, ибо темно тогда было, но принц сомневаться не стал.
— Она тебя узнала, друг мой, — торжествующе провозгласил он, — думаю, ты тоже ее узнал. Признаю, эти серые глаза невозможно забыть.
Надо же! Я прям свои глаза зауважала. А мужик силен. Я и не думала, что он осознавал в тот момент мои издевательства над ним... Оказывается, не только осознавал, но и запомнил.
— Думаю, дело ясное. — Его высочество поднялся, обвел суровым взглядом собравшихся на шоу «Корона вершит правосудие». Судя по лицам окружающих, дело оставалось ясным лишь для него одного, остальные пребывали в дичайшем недоумении. — Нам потребуется уточнить некоторые детали, поэтому я забираю ее во дворец.
Стража возмущенно зашепталась. Еще бы. Отъявленная преступница. Пособница короля мертвых. Владелица двух жуть каких страшный стражей.
— Снимите с нее наручники и кандалы, — приказом разнеслось по залу. Вот честно, я не понимаю, как можно сочетать столь очаровательную внешность и улыбку с офигеть каким властным тоном. Даже мне захотелось встать и снять с себя наручники. Прям магия какая-то.
Спорить идиотов не нашлось, начальству, как говорится, виднее.
Напряженно косясь на опасную меня, валяющуюся бессильно на полу, стражники сняли наручники и кандалы. Словами не передать, насколько легче мне стало, словно мир из черно-белого состояния перешел в цветное.
— Все плохо? — щекоча ухо, проникновенным шепотом поинтересовался принц.
Нет, все просто замечательно, и глаза сами собой закрываются именно по этой причине. Мозг-то давно отключился, теперь очередь за телом.
— Ваше высочество, вы уверены? Все-таки пособница отступников... — Капитан не выдержал — повышение уплывало из рук.
— Я пришлю вам результат нашего расследования, — снизошел до ответа принц.
— Моя невеста, — Рольц загородил меня от разочарованного взгляда капитана, — никак не может являться пособницей отступников.
Капитан смущенно кашлянул, перевел вопросительный взгляд на второго жениха, но пояснять ему что-либо в столь щекотливой ситуации никто не стал.
— Я ее возьму.
Князь наклонился, легко поднял меня на руки и бережно прижал к груди.
— Дарье, но твоя рука... — внезапно запротестовал принц.
 
— Ты сам назначил ее моей невестой, — отрезал своим фирменным тоном стальное сиятельство, — а свою женщину я не доверяю чужим носить на руках.
Рядом попытался было возмутиться Рольц: «Эй, она и моя невеста. Так что...» - но был перехвачен старшим братом.
Было странно плыть, покачиваясь, в крепких объятиях, прижимаясь головой к твердой груди, слышать стук его шагов по коридору, вдыхать аромат... хм, чего-то терпко-сандалового. Сколько раз я мечтала о таком вот крепком плече, к которому можно прижаться и доверить свои проблемы? Неужели местные боги услышали мои скромные молитвы? Но все портил червячок сомнений, нашептывающий: «Им что-то от тебя надо».
Надо так надо. Пусть дадут помыться, выспаться, поесть, и я готова выслушать их условия, потому что в данный момент я себя скорее предметом ощущала, чем живым человеком. Эдакий плюшевый мишка, в голове которого опилки. Вата сковала разум, ватой стала моя кровь. Слабость была такой, что я удивлялась, как еще могу дышать.
Улица ощутилась холодом, услышалась шумом.
Меня посадили в повозку, устроили к себе на колени, заключив в кольцо рук. Глаза аж защипало... Нет, нельзя меня так баловать, я же в истерику свалюсь.
Вздохнула, завозилась, не открывая глаз.
— Тише, — успокоили меня, заверив: — Все будет хорошо, обещаю.
И я поверила. Еще не до конца. Еще сомневаясь, но уже чувствуя тепло в сердце. Сильные мужчины — моя слабость.
— Без подписи на бумаге не выпустили, — пожаловался принц, вваливаясь в повозку. — Как она? — спросил с тревогой.
— Сложно сказать, я не целитель, но сердце бьется слабо.
— Ничего-ничего, — заверил всех Далмар, — подлечим. Главное — жива. Рольц, ты знаешь, зачем она стражей оставила?
— Без понятия, — ответил младший принц. — Я вообще не знал, что они у нее есть.
Понятно. Для подавляющего большинства мой плетеный браслет — просто браслет.
Повозка качнулась, покатила.
И я наконец поверила, что тюрьма осталась позади. Вздохнула глубже — воздух свободы особенно сладок, и вдруг дернулась из объятий князя.
— Тсс, — попытался он удержать меня.
— Тыгдлар, — прошептала я, чувствуя, как от слез становятся мокрыми щеки, — осталась там. Бабуля. Я должна ее вытащить.
— Тихо, тихо. — Стальная Суровость ласково погладил меня по голове, не позволив сползти с его колен.
— Рольц, — позвал его высочество.
— Понял уже, — недовольно ответил белый, явно желая остаться с нами. Стукнул в стенку повозки. — Останови.
— Заодно выясни, как ее содержали в тюрьме, — попросил князь, добавив: — Не нравится мне ее состояние.
*Глюкоза «Невеста».
  
Глава 13
 
Организм взял отпуск, практически впав в анабиоз. Я спала. Просыпалась, ела с закрытыми глазами, посещала туалетную комнату, доползала до кровати и снова отрубалась. Жизнь запоминалась проблесками. Белоснежная ванна, три служанки, мягкий халат, вкусно пахнущий крем, который с причитаниями втирали в мои огрубевшие руки. Ложка у рта с чем–то жидким и ласковый голос со стальными нотками, уговаривающий меня поесть. Забавный целитель, называвший меня лапочкой и милашечкой. Тихий разговор у кровати, смутно пробивающийся сквозь сон.
– Что с ней?
– Целитель говорит истощение. Физически она в порядке – подземники неплохо подлечили, но тюрьма чуть не добила. Ее посчитали обычным магом, еще и эти стражи на запястье, вот и не стали снимать ограничители. Только вместо магии кандалы питались ее жизненными силами.
– Она восстановится?
– Надеюсь. Ты, главное, будь рядом, не оставляй ее надолго. Я тут почитал все, что нашел о магах жизни. Они в состоянии и раны исцелять, но главная их ценность в том, что они могут вернуть мертвого из-за грани. Оживить. Но есть условие – маг должен захотеть это сделать сам. Так что будь рядом, улыбайся чаще, ты же можешь быть милым, я знаю. Постарайся ради себя самого.