Бастард 2 (СИ)

Спустя полчаса Орландо занервничал, отложил десяток стрел без оперения. Поднялся и пошёл искать. Пусть кабаны здесь мелкие, но это всё же кабаны. Порой даже медведи пасуют перед этими демонами в свином обличие.
Сделал два шага… лес взорвался истошным визгом, к нему подключилось десятка два глоток и всё перекрыл удаляющийся топот. Орландо сорвался с места, выхватив меч. Если он камень режет, то и кабана рассечёт. Лавируя меж деревьев и, перепрыгивая валежины, вырвался на крохотную полянку у ручья. У деревьев стоит вымазанный грязью Крас, копьём пригвоздил к земле молодого кабанчика. Давит на древко всем весом, зверь сучит лапами, жалобно всхрюкивает. Бусинки глаз затягивает пеленой смерти.
— Видишь! — Воскликнул Крас, широко улыбаясь. — Я же говорил!
— Да… — Пробормотал Орландо, стыдливо пряча меч в ножны, ткнул большим пальцем за спину. — Я пока за одеждой, а ты помойся, а то Винченцо за лесного духа примет.
•••
Кабанчика споро разделали, сняв шкуру, мясо промыли в реке и, завернув в шкуру, понесли в лагерь. Винченцо едва не расплакался увидев свежую и сочную поросятину, расцеловал Краса в щёки, стиснул Орландо в объятиях. Бросился разводить костёр и замешивать в котелке соус, в котором нужно вымочить мясо перед жаркой.
Вскоре меж деревьев потёк манящий аромат, Орландо сидит у костра с натянутой улыбкой. Из головы не идёт вчерашняя ночь, мясо кажется безвкусным, хоть и тает во рту, исходя ароматным соком. Жир стекает по пальцам, капает на землю. В кустах копошатся мелкие хищники, привлечённый запахом.
— Ты чего такой печальный? — Спросил Винченцо, облизывая пальцы правой руки, а левой хватая бурдюк, с хмельным напитком из мёда и трав, прикупленный на всякий случай. — Не нравится свинина?
— Вкусно, очень. — Сказал Орландо, отводя взгляд.
— Тогда что с тобой?
Мечник вздохнул, поднял взгляд и сказал твёрдо, чеканя каждый звук:
— Тебе и мальчишке следует отправиться в Европу, как только мы покинем эту пустыню. Без оглядки.
Поляну накрыл купол тишины, даже зверьё в кустах замолкло, почуяв перемену настроения. Крас перестал жевать, натужно проглотил, не сводя взгляда с учителя. Винченцо выронил кус мяса, тот рухнул между ног в примятую траву. Из ниоткуда появился муравей, припал к капельке жира и быстро скрылся, зазывать собратьев за добычей.
— Подожди, подожди! — Вскрикнул брат, выставив ладони. — Ты чего это удумал?!
— Это мой бой. — Сухо сказал Орландо. — Для вас слишком опасно. Поверь, всё, что было раньше, покажется приятным сном в сравнении с грядущим! Поезжай домой, возьми мальчишку и повидай племянников! Сестёр!
— Э нет! Нет! По-твоему я брошу брата?! — Закричал Винченцо вскакивая.
— Сводного! — Рявкнул Орландо поднимаясь.
— А меня вы спросить забыли? — Сказал Крас, поднимая руку и откусывая кусочек пережаренной свинины.
Парни перевели взгляд на него, мальчик откашлялся, откусил ещё раз, тщательно прожевал. С другой стороны полянки всхрапывают кони, косятся на людей, как прохожие на рыночную драку. Крас проглотил, отхлебнул воды из бурдюка и сказал:
— Я не поеду ни в какую Европу, пока это всё не закончится.
— Это ещё почему? — Спросил Орландо, поднимая бровь.
— Во-первых, ты меня не доучил, а обещал. Во-вторых, мне интересно! Серьёзно, я всю жизнь прожил в лесу и всё это, — сказал Крас, обводя поляну рукой, — огромное интересное приключение! И ты его у меня не отнимешь!
— Ты… вы оба можете умереть!
— А если убежим, — рассудил Крас, — будем жить вечно?
  
Глава 51
 
Песок кажется белым от жара, кони идут опустив головы, накрытые влажной тканью. Орландо шагает рядом, оглядывая пустыню. Винченцо запряг своего коня в телегу, давая отдохнуть скакуну Краса. Мальчишка, подражая учителю, шагает в тени лошади. Песчинки скрипят под ногами, норовят забиться в ботинки и под одежду. Проклятый участок остался далеко позади, то и дело встречается колючий кустарник, древние колодцы и направляющие столбы. Несколько раз издали видели проходящий караван.
 
— Кровать хочу… — Пробормотал Винченцо, запрокидывая лицо к прокалённому небу.
Пылающий диск солнца карабкается к зениту, выжигает тени. Впереди по тропе воздух рябит, образуя смутные картины. Орландо приложил ладонь козырьком, глянул на брата и спросил:
— Зачем?
— Спать хочу нормально, не в мешке на песке! Хочу проснуться не от жары, а от тёплой девки…
— Где ты здесь собрался девку найти? — Вклинился Крас. — Здесь край строгий, добрые женщины только в портовых городах или на большом караванном пути.
— А вдруг случится чудо? — Огрызнулся Винченцо. — Я слышал в некоторых племенах принято путнику на ночь отдавать жён и дочерей!
— Это на севере. — Сказал Орландо, всматриваясь в дорогу. — Я тоже слышал… кхм…
Парень резко обернулся и остановился, глядя на верхушки барханов, пока конь проходит мимо. Положил ладонь на рукоять меча. Винченцо подъехал к нему, спросил с высоты седла:
— Что такое?
— Да так, показалось. Должно быть перегрелся.
Дорога петляет, из-под наносов песка выглядывает спёкшееся земля, некогда бывшая руслом реки. Орландо на ходу подхватил округлый камень, подбросил на ладони, выхватил меч и поймав хрястнул по плоскому ребру навершием рукояти. Хрустнуло и камень треснул. Парень спрятал меч, осторожно развёл половинки, улыбнулся, глядя на отпечатавшуюся в камне спиральную раковину. Передал Красу, говоря с улыбкой:
— Держи, сувенир.
Глаза мальчишки округлились, он завертел нежданный подарок. Поскрёб ногтем и озадаченно воскликнул:
— Как она там оказалась?
— Не знаю, может разозлила Бога в дни творения, а может, дьявол шутки ради затолкал. — Сказал Орландо, пожимая плечами. — Я часто такие находил в высохших руслах или песчаных карьерах.
Мальчишка спрятал половинки в карман, на лице расцвела улыбка. Горячий ветер откидывает волосы, заметно отросшие за последние месяцы, набок. Винченцо подмигнул брату, закинул одну ногу на седло и приложился к бурдюку.
*****
Постепенно солнце нехотя накренилось и начало неспешный спуск к горизонту. Тени удлиняются, а воздух напитывается прохладой. Орландо в который раз подивился скорости смены температуры в пустыне. Набросил плащ на плечи, поправил ножны на поясе. Мальчишка дремлет в телеге, закинув ноги на борт, а руки за голову. У него первая смена на карауле.
Женский вопль распорол шелест песчинок и скрип колёс. Кони вскинули головы, тревожно заржали. Винченцо и Орландо не сговариваясь послали их в галоп, выхватывая оружие. За ближайшей дюной перевёрнутая телега с обломанной осью. Налетевшая на торчащий из песка булыжник и потерявшая колесо. Лежащего чуть дальше. Под телегой сидит девушка в подранной одежде, поджимающая руку к груди. Волосы пробиваются из-под съехавшего платка, иссиня-чёрные и блестящие. Кожа загорелая до черноты, но глаза пронзительно зелёные, с крошечными крапинками.
Завидев путников, заголосила, протягивая руку и заливаясь слезами. Винченцо соскочил с коня, бросился к ней и, упав на колено, протянул бурдюк. Помог напиться, придерживая голову и запрокидывая горлышко. Девушка пьёт жадно, драгоценная влага стекает по подбородку, пропитывает одежду, обрисовывая крупную грудь. Винченцо набросил ей плащ на плечи, помог выбраться и проводил к телеге. Подставил колено, как ступеньку, Крас протянул руку.
— Что случилось? — Спросил Орландо, оглядывая спасённую.
— Разбойники! — Выпалила девушка, кутаясь в плащ. — Напали, родных перебили, лошадей угнали… а я…я спряталась под телегой. Два дня… без воды и еды…
 
Голос у неё надорванный, но сохранивший чарующие женские нотки. Руки мелко трясутся, взгляд перебегает с лица на лицо. От одного вида колдовских зелёных глаз, вдоль хребта проскакивает молния. Крас протянул девушке вяленое мясо и та начала грызть, как оголодавшая кошка. Заливаясь горючими слезами и едва ли жуя.