Бастард 2 (СИ)

— Что такое? — Спросил Орландо. — Хазред что-то рассказывал об этом?
Мальчишка яростно замотал головой, стиснул кулаки.
— Нет. Прабабка моя… рассказывала… и много…
— О чём же? — Настороженно спросил Орландо, берясь за меч и переводя взгляд на дом.
— О Бабе-Яге… — Прошептал Крас, губы мальчонки трясутся, а зубы отбивают дробь, коверкая голос.
  
Глава 47
 
Кони отказались проходить через ворота, заржали, отворачивая морды и поднялись на дыбы. Орландо соскочил с седла, похлопал скакуна по шее, погладил и ткнулся лбом в нос. Животное всхрапнуло, обдав горячим дыханием и отступило. Мечник упёр ладони в поясницу, откинулся назад, смачно хрустя позвонками. Повёл плечами и перешагнул невидимую черту. Брат и ученик последовали, но Орландо вскинул руку и покачал головой.
— Я пойду один.
— Но… — Начал Винченцо, умолк на полуслове и кивнул, положил ладонь на плечо Краса и сказал. — Мы отойдём к тому дереву, потренируемся.
Кирпич дома красен, как кровь, окна изнутри закрыты рваными занавесками. Входная дверь приоткрыта, изнутри тянет запахами трав и грибов. Орландо вошёл готовый выхватить меч, глаза обволок рассеивающийся сумрак. Помещение вычищено до блеска, воздух приятно прохладен. Свет из окон муаровыми лентами прочерчивает пол, переползает на стену и падает на покосившуюся лестницу. В дальнем конце на тканом ковре сидит старик, высушенный несчётными годами, лысый, но с длинной тонкой бородой. Глаза белы и без выражения смотрят в пространство перед собой.
Мудрец повернулся на звук шагов, что-то спросил на трескучем языке. Орландо остановился, перебирая в голове известные языки и не находя ничего похожего.
— Меня зовут Орландо, я пришёл просить вашего совета, о мудрейший. — Сказал парень, громко и отчётливо.
— Он тебя не понимает.
Звонкий девичий голосок разнёсся по комнате, затерялся на лестнице. Темнота за спиной старца отторгла черноволосую девочку в сером платье и платке, скрывающем плечи.
— Он слишком стар, чтобы знать молодые языки.
Орландо склонил голову, исподлобья глядя на чёрные, лишённые белков и радужки, глаза девочки. Плавно сдвинул левую ногу вперёд, готовый к рывку. Поправил ножны, готовя к мгновенному извлечению, сказал легко:
— Сдаётся мне, он будет младше тебя.
— Ты прав. — Сказала «девочка», подходя ближе. Замерла в десятке шагов, склонила голову набок. — Чего ты хочешь, путник?
— Ответы.
— На какие вопросы?
— Где Святой Грааль?
— Святой, что?
Мир вокруг дрогнул, Орландо запоздало осознал, что пошатнулся. Тело налилось слабостью. Неужели весь путь проделан зря?
— Чаша с кровью Сына Божьего… — Слабо сказал парень.
— Какого из них и какого именно бога? — Вздохнула девочка. — Изъясняйся яснее.
Колени подкосились, Орландо опустился на пол, глядя в пространство перед собой. Накрыл висок ладонью и прошептал:
— К-как? Как ты можешь не понимать, о чём я? К тебе ведь приходят паломники!
— Ты про тех бродяг, что объявляются раз в пятьдесят лет? Боюсь они не слишком любят рассуждать о ситуации в мире. Им нужны только советы и клады. А меня мир за Песками не интересует.
Старик что-то залепетал, обнажая пустые дёсны. Девочка ответила резко, как надоевшей псине, «мудрец» замолк и сгорбился мелко трясясь.
— Что он говорит?
— Умоляет о смерти. — Вздохнула девочка, подходя к старцу, провела пальцами по впалой щеке и проворковала. — Увы, некоторые преступления не имеют срока давности и прощения. Уж ему бы этого не знать. Нет, о нет, ему не видать забытья, до тех пор, пока последняя песчинка не покинет эти места. Пока земля не оживёт и не напитается кровью рек.
Она медленно приблизилась к парню, спросила вкрадчиво:
— Так что ты хочешь знать?
— Как… как уничтожить реликвии Бога? — Выдохнул Орландо. — Творца всего сущего.
— Вот как… скажи, зачем тебе это? Не проще ли спросить, где золото и жить в удовольствие?
— Потому… что от них одни беды.
— Не убедительно. Возвышенные мотивы звучат красиво, но они всегда лживы. Особенно когда их произносит проситель.
 
Орландо долго молчал, свесив голову, наконец тяжело вздохнул и прошептал:
— Да, ты совершенно права. Должно быть, я убедил себя в праведности такого выбора. Я хочу… нет, алчу уничтожить все реликвии, ведь только из-за них я лишился наставника и отца. Они разрушили мою жизнь! Если уж Богу всё равно, то пусть катится подальше!
— О! Какая речь! Человек против Божественного! — Выдохнула девочка. — А чем ты готов заплатить?
— Назови цену!
Губы черноглазой разошлись, как рубленая рана, обнажая острые клыки, уголки губ вытянулись до ушей. Черты лица заострились, а глаза словно стали больше.
— Ты уверен?
— Да!
— Ох… я могла бы запросить свежего мяса… — Промурлыкало существо, тёплого, с кровью! Твой конь и один спутник, как раз подошли бы… но нет, это слишком! Слишком мало за тайну, которую ты желаешь.
Снаружи заржали кони, а создание шумно потянуло носом, высунуло язык, по-змеиному раздвоенный. Черты лица потеряли остатки человечности, перед франком стоит согбенное чудовище, выбравшееся из тьмы веков.
— Просто назови цену! — Прорычал Орландо, едва сдерживаясь выхватить меч.
— Джин. Мне нужен всего лишь джин в лампе. — Прошипел монстр. — Я даже скажу, где искать.
  
Глава 48
 
Существо говорило путано, давало ориентиры, даже обломки которых давно обратились в пыль. Горы и леса трижды поменялись местами, но одно осталось неизменным. Пустыня. В самом сердце непроходимых песков спрятан храм, где хранится лампа с джином.
— Принеси её и я отвечу на любые вопросы. — Сказало существо, вновь приняв облик девочки.
— Занятно. — Задумчиво протянул Орландо, поглаживая рукоять меча. — Почему бы мне не спросить то же самое у самого джина?
— Потому что он не знает. — Ответила «девочка». — Джины исполнители, не мудрецы.
— Зачем он тебе?
— А вот это, тебя не касается.
— А по-моему очень даже.
Орландо потянул меч из ножен, раздвоенное острие выскользнуло с мелодичным звуком, нацелилось промеж глаз. Создание оскалилось, красуясь изогнутыми клыками. Старик за столом задрожал и зашептал уже знакомую мольбу.
— Кто знает, зачем тебе джин? А ответ я могу найти и в другом месте или, ну знаешь, пожелать узнать.
— Попробуй.
«Девочка» улыбнулась и отступила к столу.
— Я вижу на тебя кольца императора. Я чувствую, как жизнь покидает тебя через них. О, я даже могу сказать, сколько ты истратил! Боюсь, у тебя недостаточно времени, на долгие поиски.
— Сколько же? — Спросил Орландо, приподнимая бровь.
— Сорок лет потрачено, мальчик. — Смеясь, ответила «девочка». — Сорок лет от крошечной человеческой жизни. Сколько ещё выдержит твоё тело? На сколько ран хватит сил колец, прежде чем ты свалишься мёртвым? Подумай. Хотя ты можешь уйти, я даже скажу, где найти золото, для безбедной жизни хватит. Особенно учитывая тот крошечный отрезок, что остался.
Острие меча дрогнуло и опустилось. Орландо взглянул на кольца, скрипнул зубами. Не похоже, что оно врёт. Снаружи тревожно заржали лошади, и порыв ветра подбросил занавески за спиной.
— Ты знаешь, как их снять?
— Конечно, даже расскажу, но только когда достанешь лампу. Учитывай, что джин исполнит одно единственное желание, мальчик. Если уж захочешь загадать. Вот только…
— Что?
— Потерянного не вернуть. Твоё время безвозвратно истрачено.
Орландо кивнул, плавным движением убрал меч в ножны. Сказал, глядя на существо сверху вниз:
— Хорошо, я добуду лампу, но ничего не гарантирую.
 
— Меня это устраивает.
*****
Крас кружит вокруг Винченцо в тени раскидистого дерева. Нападает ударяя палкой, изображающей меч. Барон отбивается, блокирует и посмеиваясь отступает. Когда мальчишка ошибается, шлёпает палкой по заднице и со смехом уворачивается от града беспорядочных ударов. Оба застыли, когда Орландо вышел из дома.