Антидемон. Дилогия (СИ)
Джоан фыркнула и отвернулась – мол, не хочешь говорить, ну и ладно.
Профессорская комната
Профессор Тибор отдыхал после лекции. Вроде бы и уютно устроился с чашкой кофе в кресле у окна с видом на город, но в голове все еще вертелся разговор со студентом первого курса. Дверь скрипнула и отворилась – в комнату зашел профессор Древч.
– А, вот ты‑то мне как раз и нужен! – обрадовался Древч. – Есть предложение на субботу арендовать комнату в клубе на Дастхен! Будем пить виски и играть в карты до утра! Трое уже в списке есть, хотел тебя пригласить четвертым!
– Почему бы и нет, неплохо будет расслабиться! – согласился Тибор.
Древч, кивнув, направился обратно, но Тибор его окликнул:
– Погоди‑ка, ты же по‑прежнему коллекционируешь разные истории про монстров, даже странные, верно?
Древч с нескрываемым интересом развернулся от двери:
– А что, есть что‑то свеженькое?
– Да вот прямо сегодня меня студент‑первокурсник уверял, что был очевидцем того, как крахт смог из локации заманить человека в портал, чтобы убить!
– Слышал уже такие байки про крахта – да, было! Скорее всего, очередной пересказ той же самой старой истории, что ходит среди портальных охотников уже пару лет! – отреагировал несколько разочарованно Древч.
Студенты у него в качестве источника достоверной информации не котировались. Им соврать как нечего делать. Слухи о том, что Древч готов серьезно ослабить требования к своему экзамену в обмен на интересную историю о монстрах, что он еще не слышал, широко разошлись среди студентов, и он уже не раз ловил на вранье халявщиков, пытавшихся проскочить его экзамен, придумав такую историю самостоятельно. Обжегшись на своей страсти, профессор теперь уже на первом занятии предупреждал, что будет с теми, кто проявит излишнюю фантазию, – его курс они не сдадут никогда и будут отчислены!
– Ты же знаешь, что я уже много лет увлекаюсь языком тела, и меня очень трудно обмануть, – задумчиво сказал профессор Тибор. – Меня смущает то, что история была рассказана очень спокойно, и парень так характерно глаза щурил при этом, как делают, словно что‑то действительно вспоминают. А в конце – я сразу не понял, только после лекции сообразил – было вообще нечто. Я спросил, кто же убил монстра и спас свидетеля, и вот тут впервые парень замялся, хотя глаза его и сверкнули, и сказал, что это был какой‑то охотник. Но вот рука его в этот момент скользнула вверх, и пальцы сомкнулись на одном из мешочков, что висел у него на шее!
Древч изумленно присвистнул, а потом спросил:
– Серебряная цепочка?
– Да, именно этот мешочек, что он схватил, был на серебряной цепочке! – подтвердил Тибор. – Только этот из всех. Язык тела, он редко обманывает!
– И все же не могу поверить! – покачал головой Древч. – Ты хочешь сказать, что к нам поступил учиться парень, сумевший самостоятельно завалить крахта? Повелевающего взглядом? На которого из‑за ценных ингредиентов ходят партиями из нескольких архимагов, и все равно не каждый архимаг согласится примкнуть к такой экспедиции?
– Еще меньше я готов поверить, что паренек носит медальон чести, заработанный кем‑то другим! – все так же задумчиво ответил Тибор. – Я уже сходил к секретарше ректора, навел справки. Он из глухой провинции, там все страшно суеверны. Это не наша просвещенная и всем пресыщенная золотая молодежь, которой плевать на любые ценности и традиции.
– И как же зовут этого свирепого и страшного охотника, зачем‑то поступившего с зеленой молодежью к нам учиться? – все еще уверенный, что это какое‑то недоразумение, спросил Древч.
– Некий Эйсон! – ответил Тибор. – А что это ты, Древч, так в лице изменился, а? Ну‑ка, рассказывай, откуда ты знаешь про него!
Эйсон, часом позже
На обед с лекции все вышли ошалевшими – ночью не выспались, а занудная манера профессора Гаржина читать лекции дико усыпляла. Но по пути к столовой все приободрились – студент, как и солдат, всегда голоден, а кормили тут отлично!
В столовой сели привычной компанией – я с соседями и Эрли. Увидев, с какой жадностью все накинулись на пищу, я предостерег:
– Я бы на вашем месте все не съедал! У нас сейчас боевые искусства по расписанию, а преподавателем будет Джамир! Переедите – вполне возможно, что придется об этом пожалеть!
Снова посыпались вопросы, откуда я знаю? Отбрехался кое‑как, что слышал от кого‑то. Эрли меня послушала, и Херди с Рабошем тоже. А вот Схам ел как не в себя – похоже, решил доказать, что сам лучше всех все знает!
Про Джамира выпускники Академии много что рассказывали – и всегда с благодарностью! Но начинались рассказы примерно так: «Вначале‑то мы, конечно, решили, что попали в ад, и он в нем главный демон. Кто же знал, что будет эта бесконечная война, и многие сейчас живы только потому, что прошли через его тренировки!»
На боевые искусства выделяли сразу две пары, поэтому после обеда мы закинули учебники в комнату и пришли на тренировочный плац уже переодетыми для занятий. Зная заранее о Джамире, я был в облегченном костюме для портальной охоты – купил их пять штук, в основном для этих самых занятий. Даже такая прочная одежда, как вспоминали рассказчики, вздрагивая, имела свойство быстро приходить в негодность!
Больше трехсот человек разбрелись по плацу гурьбой. Особняком, вытянувшись в струнку перед плацом ровной линией, стояли только несколько десятков человек – в том числе я, Эрли, Рабош и Херди, а перед самым появлением Джамира к нам успела прибежать и пристроиться Джоан. При виде ее маневра на лице очень умного Схама, не пожелавшего к нам примкнуть по первому приглашению, появилось сомнение, но было поздно – Джамир уже ступил на плац. Не очень высокий, худощавый человек лет сорока с узкими глазами и щепоткой усиков под горбатым носом. От такого ожидаешь вежливой улыбки и тихого голоса. Но рявкнул он так, что вздрогнули все три с половиной сотни человек:
– Студенты! К приходу профессора в аудиторию вы всегда сидите за партами! Я ваш профессор, а плац – ваши парты! Бродите в аудитории – не уважаете своего профессора! Все, кроме этих четырех десятков, что стоят правильно, уважая плац и профессора – бегом, три километра вокруг плаца! А мои помощники присмотрят за тем, чтобы вы бежали добросовестно!
Может, кто и обиделся, но возражать никто не посмел. Все, кроме нас, побежали вокруг. Вначале лениво, но потом на сцене появились помощники, и все резко изменилось. В этой роли Джамир использовал стаю тренированных пастушьих собак. Десяток очень умных тварей, способных один на один сразиться без проблем с волком. Сначала в филейную часть отстающего, который, по мнению собак, не поддерживал должный темп, следовал толчок мордой. Обернувшийся студент обнаруживал широко раскрытую пасть с белыми острыми клыками прямо возле своей задницы. После этого новых напоминаний не требовалось, студент надолго покидал ряды отстающих.
Когда стоишь спокойно на плацу, и все это происходит не с тобой, а с теми, кто решил, что он тебя умнее, зрелище приятное. Конечно, не я один знал что‑то о Джамире – были и другие хорошо информированные первокурсники, что звали остальных выстроиться на плацу. Сейчас те, что приняли приглашение, тоже наслаждались происходящим.
На третьем километре некоторым все же перестали помогать и собаки. Совсем, смотрю, нетренированную молодежь отправляют в Академию! То и дело из колонны вываливались люди, падали на колени, и их тошнило обильным завтраком. Увидел в этой позиции и Схама. Стая продолжала бежать дальше, одна только собака оставалась рядом, напомнить через некоторое время рычанием, что пора возобновлять забег.
Наконец шоу с пробежкой было закончено. Всхлипывая, держась за колени, студенты принялись, уже полностью самостоятельно, выстраиваться в ряд вдоль плаца. Собаки тут же куда‑то исчезли.
– Запомните! Дисциплина – первый шаг к самоуважению! Самоуважение помогает сделать из человека воина! Воин выживает там, где не каждый может, и приносит победу своей армии и своей стране! Я здесь, чтобы сделать из вас воинов! Возражения не принимаются! Если провалитесь на моем курсе, будете отчислены из Академии немедленно!