Личная слабость мастера

И силой я управлять пробовала, но она почти не слушается меня. Поэтому и молчать не получается. В итоге примерно раз в неделю-две мы с отцом ругаемся из-за каких-то пустяков, а мама потом очень сильно переживает. Нет, конечно, она мне ничего не говорит, но ее взгляды… Почему? Ну, почему мне не могла достаться самая обычная сила ведьм? Раз уж я родилась одаренной Богами, так почему не получила силу матери? Ходила бы сейчас по лесу, собирала травы и лечила людей. Но нет, это все может делать Кайл, мой старший братец, но не я! А зачем мужчине такая сила? Не нужна! И Кайлу не нужна, он с детства увлекается изучением Тьмы. Ох, сколько же мы часов с ним провели, развлекаясь охотой. Сколько опытов придумали вместе. Но для меня все это было лишь детскими шалостями, а для брата – увлечением его жизни. Родители даже лабораторию ему оборудовали. Точнее, мама великодушно разрешила отделить часть своего подвала под нужды старшего сына. Тогда как я…
Всю жизнь только и слышу, что моя сила не так проста. Что мы что-то придумаем. Что секиру трогать нельзя. И что силой нужно управлять.
А как? Как не подходить к орудию Палача, если она взывает ко мне? Как отключить способность распознавать ложь, если люди постоянно обманывают друг друга? Научить-то меня некому! Отцу, наоборот, приходится «включать» свой дар, когда это необходимо для работы. У меня же совсем другие проблемы. Книг с описанием подобных сил ведьм мы не нашли, хотя и искали. Бывшие палачи королевства вообще не вели своих записей. И папа сказал, что он понимает, почему. Одинокий человек, вынужденный убивать для своего короля, вряд ли захочет вести дневники о своей жизни.
Постаралась взять себя в руки и успокоиться, но из головы все никак не шли слова любимого папы. Неужели он и правда думает, что я веду себя как капризный ребенок?! Да, конечно, я единственная дочь, и меня всегда баловали. Многое прощали. Некоторые, откровенно говоря, выходки спускали с рук. Но я никогда не пользовалась этим! Никогда!
А называть меня ребенком только потому, что я не могу пройти мимо несправедливости… Разве это честно? Разве я это заслужила?
Всхлипнув и развернувшись на пятках, бросилась к двери. Успокоиться не получалось, и сейчас мне нужен был тот единственный, кто всегда, всю жизнь понимал и поддерживал меня! Я бежала к Кайлу в надежде, что разговор с любимым старшим братом поможет взять себя в руки и понять, в чем же я ошиблась.
***
– Кайл? Ка-ай!
Чуть не споткнувшись на плохо освещенной лестнице, я ввалилась в лабораторию матери. Была уверена, что брат там. Как обычно, изучает Тьму или варит какие-то отвары, увлеченно смешивая травки в небольшом котелке.
Но к моему огромному удивлению, в лаборатории я обнаружила лишь зажженную горелку, фитиль в которой уже почти истлел, и раскрытую книгу матери. Ни самой Кайлин, ни брата здесь не было.
Проявлять любопытство и заглядывать на страницу ведьмовской книги мне не хотелось. Топнув от досады ногой, как самый настоящий капризный ребенок, развернулась и покинула помещение.
Мне там делать было нечего. Такой ведьмой, как мама, мне никогда не быть, в травах я разбиралась не хуже лекарей, а ставить какие-то опыты сейчас было не время.
Обойдя дом, я поняла, что никого нет. Плакать уже не хотелось, активные поиски родственников помогли успокоиться. Вот только грустные мысли не отпускали, и мне действительно хотелось разобраться как в ситуации, так и в вопросе: «Что же мне делать?».
Покрутившись во дворе, решила навестить Мэл. Сейчас день, а значит, она должна быть у себя. В конце концов, несмотря на свой крайне высокий, хотя и несколько сомнительный статус фаворитки короля, хитрая ведьма не прекратила помогать жителям Кронта. Естественно, не бесплатно.
Поменяв платье на более простое, я отправилась в город. Привлекать внимание жителей улицы Знати мне не хотелось. Опять терпеть косые взгляды и шепотки за спиной? Нет уж, увольте. Я и так знаю, что не пользуюсь популярностью у представителей благородных родов. А уж после очередного скандала, связанного с моим именем, и подавно. И пусть наша семья всегда считалась несколько необычной. Я, кажется, была главным изгоем из всех Фрейзеров. Хотя всего-то обличала людей, которые нагло лгут, и не врала сама!
 
Почему мир погряз во лжи? Почему человека, который предпочитает правду обману, считают чудаком? Этого я понять никак не могла!
В самом простом платье из своего гардероба, в мягких кожаных сапожках с простой косой через плечо я шла по лесной тропе и все думала, думала, думала.
Может быть, Мэл сможет мне помочь? Может, она хотя бы постарается объяснить, как можно управлять силой, непослушной носителю?! Хотя о чем я? Можно подумать, ни разу за мою жизнь Мэл, как и дядюшка Эван, не пытались нам помочь. С раздражением пнула камушек под ногами.
Ужасный день! Просто ужасный! Даже прогулка по любимому лесу не помогает. Ни щебетание птиц, ни солнечные лучи, запутавшиеся в кронах деревьев, не приносили спокойствия. Даже любопытный заяц, выскочивший передо мной на тропу, не поднял настроения.
К дому главной ведьмы города я добралась совсем расстроенной. Накрутить себя – это я умела.
Постучав в заднюю дверь старенького домика, расположенного близь к центру города, с облегчением вздохнула, услышав легкие шаги Мэл.
– Эва? – подруга матери удивленно распахнула глаза, увидев меня у входа для посетителей из бедняков. – Что-то случилось?
– А ты еще не знаешь?
– Ох, – губы Мэл дрогнули в улыбке, – я хотела спросить, случилось что-то еще, кроме твоего выступления?
– Значит, знаешь, – вздохнув, отвернулась от насмешливого взгляда женщины, – пустишь?
– Конечно, – пошире распахнула дверь Мэл. – Проходи.
В доме ведьмы было уютно. Хотя я знала, что когда-то ее обвиняли в содержании заведения для развлечений определенного характера. Мэл сама мне рассказала. А вот мама была против, чтобы ее дети знали такие подробности из молодости родителей. Хм. Можно подумать, что одна ведьма и правда была хозяйкой заведения, а вторая в нем работала! Родители. Иногда они слишком пекутся о нашем благополучии.
– Эвелин?
Мэл завела меня на кухню и замерла возле стола, на котором стоял кувшин со свежим травяным отваром.
– Мм?
– Спрашиваю, не голодна ли ты, девочка.
– Нет, спасибо.
Я в задумчивости смотрела в окно и не знала, как начать разговор. Просто не представляла, что Мэл может сделать для меня. Но оставить все как есть? Нет. Так тоже нельзя. Тем более, интуиция буквально кричала – что-то грядет. Что-то, что угрожает лично мне. Беспокойство, а вместе с ним и уверенность в этом крепли с каждым часом. Будто кто-то принял какое-то решение, что напрямую коснется меня. И, кажется, мне это совсем не понравится. Ох, Темный Бог, что же мне делать?!
– Мэл, ты ведь слышала, что сегодня произошло? – начинать разговор пришлось самой, так как опытная ведьма терпеливо ждала, когда я заговорю.
– Ты лучше спроси, кто еще в городе не в курсе очередной твоей выходки.
Боги, какой позор!
Застонав, я спрятала лицо в ладонях. Ну почему мне всегда так не везет?!
– Не ной, – Мэл никогда не сюсюкалась с нами, вот и сейчас не стала. – Ты сама виновата в произошедшем!
– А что мне было делать? Пройти мимо? Не обращать внимание? Сделать вид, как многие на улице, что я не знаю, какой кабель этот Дарлоу?! А он стоял и на глазах горожан выставлял свою жену полной дурой!
– Да-да, он выставлял дурой ее, а в итоге в дураках осталась ты. Чета Дарлоу уже помирились, и теперь по всему городу ходят слухи о том, что дочь палача не умеет себя вести в обществе и устраивает скандалы, как обычная базарная баба. Ну что я тебе могу сказать. Молодец, Эва. Заступилась за благородную леди!
Безжалостные, но такие правдивые слова больно ранили. Только спорить с ними не получалось. Мэл не жалела меня, выговаривая то, что думает. В отличие от отца. Тот хоть и показал, насколько недоволен мной, но все же не стал говорить, что весь город опять обсуждает и осуждает нашу семью из-за меня. Тогда как ведьма… Но на то она и ведьма, в конце-то концов.