Евреи в войнах тысячелетий. Очерки военной истории еврейского народа

Однако в ряде случаев высокое мастерство позволяло летчикам, которые шли на таран, уцелеть. Одним из них был младший лейтенант Сергей Кривошеий из 126-го истребительного авиаполка. В воздушном бою на Центральном фронте в 1941 году он израсходовал боекомплект, а германские «хенкели» прорывались. Тогда Кривошеий правой плоскостью своего истребителя срезал хвостовое оперение «хенкеля». Тот, кувыркаясь, пошел к земле, а Кривошеий приземлился на парашюте. Он провоевал еще год, сбил восемь вражеских самолетов, был представлен к званию Героя, но погиб в сентябре 1942 года.
История Великой Отечественной войны насчитывает сотни случаев, когда истребитель таранил бомбардировщика. Однако Наум Фроимович Гетман сам был пилотом бомбардировщика. А бомбардировщики, особенно когда шли без сопровождения, становились сравнительно легкой добычей вражеских истребителей. Так и получилось с четверкой, которую вел на бомбежку капитан Гетман. При отходе от цели их атаковали шесть «мессеров». Самолет Гетмана был подожжен, его штурман убит, радист и воздушный стрелок ранены. Но когда немец подошел вплотную, чтобы добить самолет, Наум резко повернул машину и ударил «мессера» крылом. Тот рухнул на землю. Капитан Гетман совершил и еще один подвиг: спустившись на парашютах с двумя ранеными членами команды в расположение противника, он сумел вывести их к своим. Наум Гетман воевал в воздухе до Победы и закончил войну кавалером шести боевых орденов.
Известны также несколько случаев, когда после успешных таранов летчики-евреи сумели благополучно посадить свои самолеты. Первый такой случай имел место 10 сентября 1942 года неподалеку от Сталинграда. Командир 512-го истребительного авиаполка майор Лев Бинов в поединке с двумя «мессерами» сбил одного из них, а другого таранил. На своем же самолете майор дотянул до посадочной полосы и сел благополучно в расположении своего же полка. Такое было под силу лишь пилоту высочайшего класса, каким и был Лев Исаакович Бинов.
Сумели посадить свои самолеты после таранных ударов и летчики-истребители: младший лейтенант Симха Григорьевич Грул, старший сержант Лев Леонидович Шиманский и младший лейтенант Лев Вульфович Ушацкий. Но, кроме них, уцелеть, однако, удалось немногим. На таран решился 21 летчик-еврей, а приземлились на парашютах или на своих машинах только семеро.
Так что знали пилоты — идут почти на верную смерть. И таран в советской авиации не считался нормальным приемом воздушного поединка, он никогда не рекомендовался, да и не поощрялся особенно. На таран шли только в чрезвычайных ситуациях, и решались на такой подвиг лишь те; кто обладал достаточным мастерством пилотирования, железными нервами и готовностью к самопожертвованию. Как видим, такие отважные воздушные бойцы были и среди евреев.
Анализируя вышесказанное, можно с уверенностью сказать: евреи в небе войны действовали вполне профессионально и отважно во всех видах военной авиации Советского Союза. Они показали подлинные образцы боевого мастерства и не останавливались перед самопожертвованием во имя победы. Евреи-военачальники показали себя как зрелые и мужественные командиры авиационных полков и дивизий, а также на самых высоких ступенях оперативного и стратегического руководства. Свидетельством тому являются и результаты их деятельности, и высокие воинские звания, и боевые награды, которые, как известно, доставались евреям гораздо трудней, чем кому бы то ни было в большевистской империи.
Моряки
Сравнительно малоизвестны роль и значение евреев в командовании кораблями, частями и подразделениями военно-морских сил в советско-германской войне, потому что изначально было принято считать в России, что евреи и военные сражения на море — понятия совершенно несовместимые. Однако практика боевых действий в годы войны уверенно опровергла это расхожее мнение. Евреи и на море сражались доблестно и умело. Тех сведений, которыми я располагаю, хотя они, конечно же, весьма неполные, вполне достаточно тем не менее, чтобы осветить многогранную боевую деятельность евреев — флотских командиров тактического звена.
 
Евреи в этой войне командовали надводными кораблями и их соединениями, катерами, эсминцами и крейсерами. Но особенно неожиданно велико оказалось количество евреев, командовавших подводными лодками и их соединениями. Среди этих офицеров нужно специально выделить троих, которым было присвоено звание Героя Советского Союза.
В первую очередь необходимо рассказать об Израиле Ильиче Фисановиче. В начале войны он командовал подводной лодкой сверхмалого типа, так называемой «малюткой», имевшей всего две торпеды. Служил Фисанович на Северном флоте и первым среди тамошних подводников дерзко проник в военно-морскую базу немцев Петсамо и там потопил крупный транспортный корабль. И не ушел, отлежался на дне в самой гавани, пока немцы искали его за ее пределами, и второй — последней — торпедой утопил еще один транспорт. А потом он торпедировал нацистские корабли много раз.
За 8 месяцев войны капитан-лейтенант Израиль Фисанович на своей «малютке» торпедировал 8 вражеских кораблей. В январе 1942 года, после потопления очередного судна, его подлодку атаковало сразу шесть кораблей вражеского конвоя. Они преследовали Фисановича 10 часов, сбросили более 320 глубинных бомб. Но умелый воин-подводник смог ускользнуть от погони.
За свои выдающиеся подвиги 3 апреля 1942 года капитан-лейтенант Фисанович, первым из подводников советского военно-морского флота, был удостоен звания Героя. Было ему тогда 27 лет, но уже в следующем году он становится командиром дивизиона подводных лодок, капитаном 2-го ранга и увеличивает свой боевой счет до тринадцати торпедированных кораблей противника. Но в конце того же года он погиб в Северной Атлантике, перегоняя полученную в Англии подводную лодку. Израиль Фисанович навечно занесен в списки личного состава одной из атомных подводных лодок Северного флота.
Подводной лодкой в начале войны стал командовать и старший лейтенант Самуил Нахманович Богорад. Это была субмарина еще царских времен — Д-2. Осенью 1941 года на Балтике, прорвав минную блокаду, он торпедировал первый свой вражеский корабль. В 1942 году смело атаковал хорошо охраняемый караван и потопил еще два судна. В начале 1943 года Богорад принимает сравнительно современную подлодку ГЦ-310 и в первом же боевом выходе топит огромный немецкий транспорт «Франц-Рудольф», перевозивший боевую технику.
В районе острова Борнхольм Самуил Богорад прорывается сквозь минное поле к вражескому конвою и дерзко, невзирая на множество кораблей охранения, из надводного положения торпедирует два крупных транспорта. Затем он перехватывает и пускает на дно пассажирский паром «Дойчланд» вместе с находившимися там солдатами. А их было более 900, и таким образом одной лишь торпедой Самуил уничтожил целый полк нацистов.
В начале 1944 года в одном только боевом походе лодка капитан-лейтенанта Богорада потопила три транспорта и сторожевой корабль, летом — еще один корабль. В октябре 1944 года он умело обошел конвойные суда и потопил головной транспорт каравана. В январе 1945 года, когда немцы эвакуировали войска окруженной в Прибалтике группировки, Богорад — уже капитан 3-го ранга — торпедировал два крупнотоннажных судна с солдатами и офицерами, в феврале — еще один транспорт и сторожевой корабль.
В представлении к званию Героя Военный совет Балтийского флота пишет о нем: «…Смело выходит на коммуникации врага, преодолевая самые сложные минные постановки. Потопил большое количество транспортов, в том числе — под бомбежкой авиации и обстрелом конвоя, из надводного положения, после дерзкого прорыва сильного охранения. Всегда активно ищет противника, смело и решительно атакует, добиваясь победы». И звание Героя было присвоено еврейскому пареньку из города Витебска — славному подводному асу Самуилу Нахмановичу Богораду.
Но был и еще один еврей — командир подводной лодки, который поставил своеобразный рекорд, отправив на дно почти целую немецкую дивизию. Он торпедировал огромный пассажирский теплоход «Гойя», который вез из Прибалтики 7 тысяч солдат и офицеров, из них спаслось всего 195. Это было в апреле 1945 года в Данцигской бухте, командовал подлодкой Л-3 капитан 3-го ранга Владимир Константинович Коновалов.