Евреи в войнах тысячелетий. Очерки военной истории еврейского народа

Евгения Файнштейн после смерти мужа перебралась с 6-летним сыном в Моздок, где вскоре вышла замуж за грека Андропуло, который и усыновил Юрия. Впрочем, как утверждает большинство исследователей, отчим вскоре умер и от него у будущего генсека остались лишь фамилия, усовершенствованная на русский лад и сводная сестра Валентина.
В Моздоке мать работала в фабрично-заводской школе-семилетке учительницей музыки и, по сравнительно достоверным данным, умерла от туберкулеза в 1932 году. Никаких документов об этом не сохранилось, как и о месте ее захоронения. Нет сведений и о сестре Валентине. Лишь намек на ее существование дает Ю. Тешкин в книге «Андропов и другие», которую он назвал документально-художественным повествованием и где трудно отличить факты от авторского вымысла.
Впрочем, у этой книги есть и немалая ценность. Она — в собранных автором фотографиях Андропова, с юных лет и до 42-летнего возраста. Остальные общеизвестны, но не нужно быть специалистом в вопросах антропологических (не сочтите за каламбур!), чтобы узнать ярко выраженные семитские черты лица будущего шефа КГБ и генсека КПСС. Такие черты не часто встретишь и у вполне документированных евреев, особенно — в молодом возрасте.
Итак, сегодня не возникает сомнений, что человек, занимавший в прошлом столетии в течение 15-ти лет сакраментальнейший пост шефа КГБ, а затем вознесенный и на вершину власти в Советском Союзе, был этнически чистокровным евреем. Проследим же, хотя бы весьма лаконично, его восхождение к этим высотам.
Карьера Андропова
В 16 лет, имея за плечами ту самую школу-семилетку, где преподавала его мать, Юрий уходит из дому на заработки. Работал киномехаником, рабочим на телеграфе, матросом на волжском буксире. В 1934 году он поступил в Рыбинский техникум речного транспорта, который окончил в 1936 году. Последний год Юрий был комсоргом этого техникума.
При выпуске он получил назначение на Рыбинскую судоверфь в качестве штурмана 1-го разряда речного парохода. Однако уже в следующем году Андропов становится освобожденным секретарем комсомольской организации судоверфи, а в 1938-м — избирается 1-м секретарем Ярославского обкома ВЛКСМ. Через год он — 1-й секретарь ЦК ВЛКСМ в Карелофинской республике. Такая ошеломительно быстрая карьера объясняется не столько выдающимися способностями молодого человека, сколько обстановкой обвальных репрессий того времени, создававших ежедневно множество вакансий во всех эшелонах партийного, комсомольского и другого руководства, которые заполнялись теми, кто, как говорится, оказался под рукой.
Но, в данном случае, под рукой оказалась личность весьма энергичная и талантливая и, стартовав всего три года назад, Юрий Андропов к началу Великой Отечественной войны уже заработал репутацию опытного комсомольского вожака самого высокого уровня.
В годы войны он служил, не имея воинского звания, в штабе Карельского фронта, занимался вопросами подпольной работы в тылу противника. Кстати, Карельский фронт был единственным, которого немцы и финны так и не смогли особенно потеснить за всю войну. Есть в этом и заслуга Андропова, который был, пожалуй, единственным человеком в штабе фронта, носившим цивильную одежду. В его функции входила подготовка комсомольских работников для партизанских отрядов и разведывательно-диверсионных подразделений Карельского фронта.
После освобождения Петрозаводска Андропов становится 2-м секретарем горкома, а с 1947 года — и обкома партии в этом городе. Там же заочно оканчивает местный университет, куда поступил, не имея и среднего образования. В 1951 году он перебирается в аппарат ЦК КПСС. Стартует на должности инспектора, но в следующем году он уже завподотделом. А с 1953 года — на дипломатической работе. Его направляют послом в Венгрию, и в его бытность там происходит восстание против советских марионеток — венгерских правителей, в подавлении которого есть немалая заслуга Юрия Андропова.
Затем его карьера продолжается в ЦК КПСС, где он становится заведующим отделом, а с 1962 года — секретарем ЦК. Но великий перелом в его судьбе произошел в 1967 году, когда Юрия Андропова назначили на пост Председателя Комитета госбезопасности. В мои задачи не входит анализ служебной или партийной деятельности Андропова. Скажу лишь, что такой длительный срок — 15 лет — на этом весьма и весьма скользком месте не усидел никто. Не говоря уж об евреях. Хотя разведкой госбезопасности в СССР руководили Соломон Драбкин, Меир Триллисер, Иосиф Пятницкий, Абрам Слуцкий и Сергей Шпи-гельглас. Но ни один из них не снес головы, не говоря уж о коротком сроке своей работы. Естественно, никто из них не имел такой власти и влияния не только в госбезопасности, но и в руководстве СССР, как Андропов. В январе 1982 года Андропов снова секретарь ЦК, вместо умершего Суслова, а через десять месяцев он становится Генеральным секретарем, на каком посту и умирает в феврале 1984 года.
 
Главное Разведуправление генштаба
Задолго до ВЧК разведывательные структуры уже функционировали в Красной армии. В системе ее Полевого штаба 8 ноября 1918 года было создано Регистрационное управление (Региструпр), которое и приняло руководство всей системой военной разведки. Его начальником в июне 1919 года был назначен Сергей Гусев.
На самом деле его звали Яковом Давидовичем Драбкиным, который стал большевиком еще в 1896 году. В годы Гражданской войны он командовал Московским сектором обороны, был членом военных советов фронтов и Реввоенсовета республики (РВСР).
На посту начальника Региструпра Гусев работал до начала 1920 года. Затем военной разведкой вплоть до 1935 года руководил Ян Карлович Берзин, латыш. Его сменил комкор Семен Урицкий. Он родился в г. Черкассы в 1895 году. В Гражданской войне командовал кавалерийской бригадой, окончил военную академию и был направлен в Германию на нелегальную работу. По возвращении командовал дивизией и стрелковым корпусом. Затем — начальник ГРУ. С 1937 года — командующий войсками Московского военного округа. Арестован и в августе 1938 года расстрелян.
С сентября 1937 года по май 1938-го военную разведку возглавлял другой еврей — Семен Гендин. Затем он был арестован и в феврале 1939 года расстрелян. Такая же участь постигла и почти всех заместителей начальника ГРУ, руководителей отделов и направлений, евреев: Абрамова, Александровского (Юкельзона), Аркуса, Аскова, Боровича (Розеншталя), Бронина (Лихтеншталя), Вайнберга, Вайнера, Волла. Все они были обвинены в предательстве и казнены в черные 1937–1939 годы.
Но и кроме них еще около 50 евреев, руководителей зарубежных резидентур, агентов-нелегалов были вызваны в Москву и казнены. Надо добавить, что они — лишь часть всего кадрового состава военной разведки, который был уничтожен в это время по приказу Сталина. Все эти люди были опытными профессиональными разведчиками, как правило, имевшими дореволюционный стаж нелегальной работы.
Таким образом, накануне Второй мировой войны в СССР руками сталинских палачей была уничтожена структура не только ИНО НКВД, но и военной разведки. По исследованиям последних 15 лет, в жерновах этих репрессий было ликвидировано около 90 процентов кадровых разведчиков, действовавших за рубежом нелегально и под дипломатическим прикрытием.
Естественно, это крайне губительно отразилось на количестве и достоверности информации, абсолютно необходимой для принятия обоснованных решений, от которых зависели политика и военная стратегия руководства СССР. Более того, обвальные поражения первых лет Великой Отечественной войны напрямую связаны с дефицитом оперативной разведывательной информации и слепым недоверием Сталина и его клевретов к тем данным, которые тяжкой ценой удавалось раздобыть немногим уцелевшим нелегалам.
Но еще более знаменательно, что этими немногими были в основном военные разведчики — евреи. Именно они сумели сохранить единственную сеть нелегальной агентуры в странах Западной Европы. В Германии ее основы заложил Макс Максимов (Фридман), во Франции — Яков Рудник и Семен Урицкий, в Швейцарии — Леонид Анулов.