Тайны мертвого леса (СИ)

— Деда Бор, как я пойму, что твой Лес меня отпускает?
Ава прервала раздумья старика, все еще разбираясь с грибами.
— Ну, дочка, ты нутром почуешь. Все станет тебе тут чуждым и неприятным. Ты сама уйти захочешь, словно ведомая невидимой рукой. — Бор снова задумался о разбитых сердцах и надеждах, но тряхнул косматой бородой и вернулся к остальным: — Во всяком случае мне так когда-то говорили.
— Ты что же, хочешь убежать? — с ноткой обиды произнес Яр из-за печи.
— Нет, просто спрашиваю.
— Да кто бы тебя отпустил! Ты теперь с нами, Аврора, — Яр разгорался от ревности и чуть слышно добавил: — и со мной.
Молодая женщина вышла из супермаркета с сумками наперевес в одной руке и держа за ладошку маленького сына другой рукой. Мальчишка был любопытен с рождения, поэтому за ним нужен глаз да глаз. Стоит выпустить на секунду из вида и он тут же найдет какую-нибудь плешивую собаку, которую надо срочно погладить или колючий куст, который необходимо потрогать.
Особенно мать не любила ходить с сыном в парки. В местах, где больше трех деревьев, он словно с ума сходил: мог бегать часами, пока не ощупает все стволы и травинки. И чего ему с игрушками не играется? Зачем ему лапать кору деревьев? Она была уверена, что это временный интерес. Ребенку всего четыре года и рано или поздно он дорастет и до роботов с солдатиками и до игр в телефонах, как все дети.
Малыш подергал мать за руку и взглянул на нее выразительными синими глазами:
— Мам, мам, ты сказала, что когда будет тепло, мы пойдем в парк.
— Я помню, Матвей.
— Сейчас тепло?
— Да сынуль. Но сейчас мы пойдем домой готовить обед. А в парк, обещаю, сходим на выходные. Если маму не попросят выйти на работу.
— А ты не ходи на работу.
Женщина натянула грустную улыбку. Если бы в жизни все было так просто, они бы ходили в парки хоть каждый день. Но работа, быт и статус одинокой матери почти не оставляли времени на ребенка. Хорошо, что бабушка жила с ними в одной квартире и следила за внуком. Без нее женщина даже не представляла, как бы она разрывалась между работой и воспитанием ребенка.
29
— Я никуда тебя не отпущу! — прорычал Яр и упал на обнаженную грудь Авы.
Девушка ничего не могла ответить, потому что после бурного секса кислорода и так не хватало. Даже чистый воздух с едва заметным запахом хвои не мог насытить легкие. Она тяжело дышала, все еще чувствуя легкие толчки внизу живота, растекающиеся приятной истомой по всему телу.
Яр притих, выравнивая дыхание и слушая, как трепетно бьется сердце в груди возлюбленной. Он до дрожи боялся того момента, когда лес отпустит Аву, потому что был уверен, что она сразу же сбежит и никто не сможет ее остановить.
— Что мне сделать, чтобы ты осталась? — прошептал мужчина, обдавая горячим дыханием упругую грудь.
В ответ девушка усмехнулась, подрагивая всем телом:
— Я никуда не ухожу, Яр. Ты в последнее время прям заморочился из-за этого. Я и не хочу уходить. Зачем мне мир живых без тебя, любимый?
— Потому что там ты можешь пойти куда угодно, знакомиться с новыми людьми, ездить по миру. А здесь только Мертвый Лес, Бор и я.
— И мне этого достаточно.
Девушка обняла голову Яра и привлекла к своему лицу, одаривая нежным поцелуем. Один такой поцелуй стоил тысячи дней среди живых. Так сильно сердце Авы прикипело к нему, что жизнь без мужчины будет и не жизнью, а бесконечным мучением. А Мертвый Лес давал им возможность быть вместе вечно. Хотя, для такой всепоглощающей любви, даже вечности может быть мало.
Они проводили время вместе почти каждый день. Прятались от Бора, хоть и знали, что от его взора не спрятаться даже в самой глухой чаще. Предавались страсти, забывая обо всем на свете и любили друг друга с каждым днем все сильнее. Они были дыханием друг друга, сердцебиением и продолжением. Без одного не могло существовать другого.
— Знаешь, я сегодня же поговорю с Бором, чтобы он дал добро на строительство дома для нас.
Яр лег рядом с девушкой, подпер подбородок рукой и внимательно следил за ее реакцией.
 
— Маленький домик только для нас? — улыбнулась Ава. Она была совсем не против. Хватит уже прятаться в лесу.
— Какой захочешь. Можем и большой построить.
— Зачем нам двоим большой дом? — она хитро посмотрела на мужчину: — Или ты хочешь дом для маленьких, шумных детишек?
— Прости, милая. Все, что твое сердце пожелает, кроме детей.
Яр провел рукой по белоснежному плечу девушки, словно хотел убедиться, что она настоящая. Мысли в голове рисовали ужасную картину рождения сына и смерть мужчины. Уже не долгожданную смерть, а мучительное расставание с женщиной, которая заставила мертвое сердце биться и заняла в нем все свободное место.
— Матвей! Не убегай далеко!
Мальчишка носился по парку с горящими глазами. Столько всего нового и интересного! Жучки в траве, голосистые птички в кронах огромных деревьев. И вроде по веткам белка пробежала.
Он изучал каждое дерево, все глубже убегая в парк. Мама же сидела на лавочке, краем глаза следя за сыном. Ей написала старая школьная подруга, поэтому почти все внимание забирал телефон с оживленной перепиской.
В какой-то момент Матвей совсем потерялся из виду, а переписка стала увлекательнее, так что женщина даже не обратила внимания. Вокруг бегали и другие детишки, так что она была уверена, что ее ребенок носится с ними.
Матвей же, набегавшись вокруг деревьев, уходил все дальше в парк, медленно изучая каждый листик. Его завораживала грубая кора старый деревьев, которую необходимо было потрогать. И обязательно проследить, куда так спешат муравьи. И зеленые листики на кустах, легко подергивающиеся на воздухе, заставляли останавливаться и наблюдать их странный танец. Словно невидимая рука двигала веточку и очень хотелось увидеть, кому же эта рука принадлежит.
Мальчишка и сам не заметил, как крики детишек на площадке стихли и их место заняли звуки леса. Умиротворяющие и спокойные, как голос мамы перед сном. И людей вокруг не было. Они все там, где скамейки, детская площадка и маленькие палатки со всякими вкусностями.
Тишину леса нарушили тяжелые шаги и Матвей вздрогнул, прячась за ствол шершавого дерева. Кто-то большой и страшный шел навстречу, ломая ветки на земле огромными ногами. Мальчишка затаил дыхание в надежде, что огромный зверь его не заметит, но шаги настойчиво шли прямо к нему.
— Мальчик, что же тут делаешь совсем один? — разделся голос за деревом, который своей густотой затмил все прочие звуки. — Не прячься, я тебя вижу. Где твоя мама?
Матвей с виноватым взглядом вышел из-за дерева. Рядом с ним стоял высокий и большой дядя с длиннющей бородой. Хоть он и выглядел грозно, но почему-то совсем не пугал мальчика. Скорее наоборот, вызывал в нем какое-то странное чувство спокойствия, словно этот дед и есть его любимый лес.
— Как тебя зовут, малыш?
— Матвей, — тихонько ответил мальчик.
— Какое славное имя. А что же ты тут делаешь, Матвей? Где твоя мама?
— Там, — он указал маленьким пальчиком на тропинку, которая уходила дальше в лес.
— Она же будет волноваться, тебя искать и плакать. Давай-ка я тебя провожу.
— Она рядом, — сопротивлялся мальчик, чувствуя, что получит от мамы по попе, — на лавочке сидит. Я еще немного погуляю и сам приду.
Но большой дедушка был непреклонен. Он взял Матвея за ручку и сам повел к выходу. С каждым шагом чудесные звуки леса исчезали, уступая место крикам и визгам детей на площадке. Как же Матвею не хотелось возвращаться! Но перечить большому деду он не смел.
Совсем скоро большие деревья расступились и мальчик с дедушкой вышли к скамейкам. На одной из них сидела его мама, увлеченно печатая в телефоне сообщение. Она даже не заметила, что ее ребенок пропал.
— Простите, милочка, — дедушка обратился к женщине, которая, наконец, оторвалась от экрана, — это же ваш сын?
— А вы кто? — она вопросительно смотрела на косматого старика и в голове пролетели сотни не самых приятных мыслей.