Помощница и её писатель (СИ)

— Не умею, — ответил он тогда, и девушка, подумав ещё немного, всё-таки согласилась остаться его помощницей в обмен на большую зарплату.
Точно такую же зарплату Бестужев предложил и Нине. Наверное, зря — надо было поменьше. Сейчас же ещё расходов прибавится… То он утолял сексуальный голод с Аллой, а теперь с кем будет?
Но принять свою прежнюю помощницу обратно Олег не мог. И дело было даже не в том, что она, вопреки запретам, дала почитать начало его нового романа какой-то подружке. В последнее время Алла стала наглеть, по-видимому рассудив, что вполне достойна стать женой Олега. Убедилась ведь давно, что в его диагнозе нет ничего опасного, наоборот, в чём-то он даже удобен. И начала навязывать Бестужеву свою компанию не только в рабочее время, практически поселилась в его доме. Олега это категорически не устраивало, так что увольнение Аллы было лишь вопросом времени.
А Нина… Ну, чисто теоретически можно попытаться проделать то, что порой делали его герои — как мужчины, так и женщины, — то бишь соблазнить. Вот только ключевое слово здесь — теоретически.
Олег в жизни никого не соблазнял и как-то не горел желанием учиться. Но и Нину ему тоже хотелось.
Да уж — дилемма.
  
8
 
Нина
Через часок-другой я окончательно успокоилась и призналась самой себе: ничего страшного я не прочитала и не увидела. Да, Бестужев спал со своей прежней помощницей. Но, во-первых, явно по взаимному согласию — значит, это не преступление. Во-вторых, он не женат и, скорее всего, по крайней мере, было у меня такое подозрение, у него нет девушки — значит, это не измена. В-третьих — не он первый, не он последний. И, наконец, в-четвёртых — не факт, что со мной Бестужев захочет того же самого. Может, сделал выводы, что нельзя смешивать работу с личной жизнью? Или, что ещё вероятнее, я не в его вкусе. На хрупкую пергидрольную блондинку я похожа ещё меньше, чем на музу популярного писателя.
Чёрт, почему-то даже обидно. Хотя я вроде не мечтаю оказаться в постели Бестужева — любителя двусторонних вибраторов, — но обидно. Чем я хуже этой «Пусечки»? У неё и сисек нет! Да и мозгов, судя по её провинности, тоже не слишком много. Хотя после того, что со мной случилось, я тоже вряд ли достойна называть себя умной.
Со своим первым мужем и отцом Машки я познакомилась на улице. Честно говоря, надо было уже тогда сделать выводы, но… мне было двадцать лет и на тот момент у меня ещё не имелось никакого опыта отношений, кроме дружеских. Скорее всего, потому что я, во-первых, училась на «женской» специальности редактора книжных изданий, и мальчишек на нашем курсе было раз-два и обчёлся, а во-вторых, я всегда была закомплексованным человеком. Кокетливости и лёгкости во мне ни на грош. Скромная полная девушка, похожая на цыганку, — совсем не прекрасная нимфа, ради которой кавалеры штабелями укладываются.
Зато училась я хорошо. И на работу устроилась быстро, даже не закончив институт. Каждое утро я шла от метро до офиса вдоль оживлённого проспекта — нагуливала себе рабочее настроение, а заодно и сжигала жиры.
Там я и познакомилась с Максимом. Он «подрулил» ко мне однажды и принялся изо всех сил очаровывать — парень он обаятельный. Но я, честно говоря, поначалу не впечатлилась: мне казалось, что на улице знакомятся только психи. А уж когда он начал подходить ко мне каждый день, пока я гуляла от метро до офиса, и вовсе запаниковала. Даже пыталась изменить маршрут, но, так как Максим к тому времени уже знал, где я работаю, он стал ждать меня по вечерам возле выхода с работы. С неделю я сопротивлялась, но парень не отвязывался, и в итоге я решила сходить с ним на свидание.
Так всё и завертелось. Максим действительно был очаровательным и очень лёгким человеком — совсем не похожим на Бестужева, честно говоря. Постоянно улыбался и смеялся, шутил, веселил меня. Я в него сильно влюбилась, да и он в меня, наверное… Сейчас уже и думать об этом не хочется.
Максим сделал мне предложение через год после первой встречи. Я, естественно, согласилась. Свадьбу мы сыграли скромную, ещё чуть больше года жили душа в душу… А потом я забеременела.
 
Беременность у меня была тяжёлая — постоянный токсикоз, гематомы, тонус матки, отёки, давление… Чего у меня только не было, даже почки едва не отвалились. И за собственными проблемами я не замечала, как Максим почти перестал улыбаться и шутить. Он помогал мне тогда, старался делать всё, чтобы мне было легче выносить, и я это ценила. А настроение… ну, мне тоже было тяжело и не до шуток. Я думала — вот рожу, и станет легче.
Наивная! Конечно легче не стало, в чём-то даже наоборот — Машка почти не спала по ночам, я постоянно бегала к её кроватке, кормила и качала, а Максим по утрам вставал на работу с чугунной головой.
Так продолжалось три месяца. Однажды утром Максим остался дома, сказав, что в офис ему нужно позже, мы с Машей отправились на прогулку… А когда вернулись, я не обнаружила дома ни мужа, ни части его вещей. Только записку:
«Нин, — писал он, — я больше не могу, прости. Я решил уехать. Мне нужно отдохнуть, проветриться. Я вернусь, обещаю».
Обещает он!..
Я была в шоке. Максим просто бросил меня со всеми проблемами — начиная от банальных денег, заканчивая заботой о Машке. Я не представляла, как со всем справлюсь, и в панике хваталась за голову.
Тогда ко мне переехал папа. С тех пор как я вышла замуж, он стал жить в нашем загородном доме, решив «не мешаться под ногами у молодожёнов», как папа выражался. Дом мы потом продали — не хватало денег на его содержание, а работать более-менее регулярно я сумела только, когда Машке исполнился год.
Я, проплакав пару дней, решила, что дам Максиму ещё один шанс, когда он вернётся. Но шли месяцы — один, другой, третий… Он даже не писал! Я не представляла, где Максим шляется — телефон был недоступен, в соцсетях муж не появлялся. И уже хотела подавать на развод, когда Максим наконец вернулся. И объявил мне сразу, с порога:
— Слушай, Нин, я понял — семья не для меня. Не хочу я эти пелёнки и памперсы видеть. Давай разведёмся?
Мне к тому моменту уже было всё равно, я даже видеть его не хотела, поэтому согласилась быстро. И интересоваться, где Максим был целых полгода, не стала.
Изначально мы договорились, что алименты Максим будет платить сам, — наивная я! Он покивал, но после того, как суд нас развёл, умотал в другую страну, и я в итоге не увидела от бывшего мужа ни копейки.
Маше я сказала, что её папа умер.
Думаю, это недалеко от истины.
  
9
 
Нина
Да, после истории с Максимом я долго не хотела никаких отношений и шарахалась от мужчин, как чёрт от ладана. Бывший муж просто убил во мне веру в людей, в их порядочность и честность. Он показал, как легко предать близкого человека — всё равно что плюнуть на асфальт. И совершенно не испытывать угрызений совести из-за этого. Подумаешь, бросил жену и трёхмесячную дочь! Подумаешь, алименты не платит! Зато он свободен и может заниматься чем хочет. Так, по-видимому, выглядит счастье Максима. Но не моё.
Я всегда знала, что Максим — лёгкий человек, но всё-таки не подозревала, что там даже не лёгкость, а уже невесомость какая-то. Пустота. Ни стыда, ни совести, ни верности, ни чести.
Поэтому я и предпочитала одиночество, точнее, компанию папы и Маши — людей, которые уж точно никогда меня не предадут и никуда не денутся. В том, что из Маши не получится такого же эгоиста, как Максим, я была уверена.
И когда во время прошлогоднего новогоднего корпоратива ко мне начал подкатывать сын генерального директора, я только напряглась и постаралась деликатно его отшить. Но Андрей не сдавался и продолжил в том же духе и после корпоратива. Раздобыл в отделе кадров мой домашний адрес и начал посылать цветы и подарки, подкарауливал возле издательства и приглашал на свидание, очаровательно улыбаясь. Однако Андрей слишком напоминал мне Максима — тот же типаж, даже улыбка похожа. Я сопротивлялась до последнего. В конце концов, спустя недели три таких вот «ухаживаний», я подумала: если не соглашусь, Андрей ведь может отомстить, ресурс у него есть. И решила перестать заморачиваться. Поимеет и успокоится, поставит галочку возле пункта «завоевать неприступную редакторшу».