Перерождение (СИ)

Хохотушки и этот жест не обделили вниманием, с громким: «О-о-о!» они все вместе, словно их специально для этого дрессировали, повернулись к новой жертве.
— Ты идиот… — констатировал Изис.
Хохотушки бросились ко второй группе и потащили бело-рыжую девушку против воли в воду. Подруги попытались за неё заступиться, однако силы оказались не равны, да и вмешались старшие хранительницы. Не прошло и мгновения, как жертва оказалась лицом к лицу с Димой, а хохотушки в воде кричали, хлопая в ладоши: «Парочка! Парочка!»
Девушка зло смотрела на Диму, словно это он был виноват в том, что случилось. И один этот взгляд Диму привел в бешенство. Он расправил крылья и магией поднял волну, которая унесла хохотушек визжащей кучей малой. С берега восторженно захлопала вторая группа девушек, пока старшие побежали спасать кучу малу.
— О, хорошо быть боевым хранителем! — хмыкнул Изис. — Я так не могу!
— Идём! — проворчал Дима, попытавшись взять девушку за талию, однако она отстранилась и не позволила себя коснуться. — Мог предупредить о таком дерьме! — окрысился он на брата, уже на берегу одеваясь.
— Да откуда я знал, что старый развратник за тебя сразу возьмется?!
— Он нас еще с прошлого помнит, разве не понятно, что он нас запомнил? Я только его увидел, сразу это понял!
— Я и забыл, с этими путешествиями в прошлое лёгко запутаться…
— И что теперь?
— Не знаю! Я два года свою не палю, а ты в первый день спалился! Их же специально приводят, чтобы ты спалился! Никто же кроме твоих родителей не знает, какая из них твоя!
— Я не знал об этом! Мне никто не сказал!
— Нахрена смотрел на неё?! Тебе её даже касаться нельзя, потому что сразу начнется объединение! Ты можешь встречаться с кем угодно, но только не с ней!
Дима опешил и посмотрел на молчаливую девушку. Она ему нравилась, несмотря на специфичную внешность.
— Разве это плохо?
— Забыл? Всю жизнь ты будешь только с ней, — пояснил Изис. — Всё. Выбора не будет. Только она и никто другой. Даже если откатишься, объединение уже не оборвать никак.
— Поэтому вы не палитесь? Чтобы иметь возможность выбора? Ну и что, сильно нравилось встречаться с той дурой, которая у тебя была в нашем мире?
— Причем здесь это?! Ты забыл, что при объединении границы стираются?! Ей будут доступны все твои воспоминания, она сможет читать твои мысли! Ты никогда не будешь один!
— Звучит неплохо.
— Ты серьезно, что ли?!
— Почему вы все этого боитесь?! Вон Катя объединилась с Эфо и нормально! Живут!
— И ругаются!
— Ругаются?! Ты не видел, как наши предки цапались после развода! Вот там ругались! А после объединения я вообще не замечал, чтобы они ругались!
— Вот это и ненормально! Их магией привязали друг к другу, как любовным приворотом!
— А что, лучше превратиться во второго Карлея?!
— Никто тебе не предлагает превращаться во второго Карлея, просто забудь об этой девушке и встречайся с любой другой хранительницей, с которой не начнется объединения.
— Да плевал я на ваши правила! Трогать, значит, нельзя? — к неожиданности всех участников Дима поцеловал молодую хранительницу в губы. — Знаешь, мне стало легче.
— Ну, всё. Тебе капец, — констатировал Изис.
— Что-то многовато у нас в этом году скороспелов, — вмешался в их пикировку насмешливый голос Захима.
Оказалось за их маленьким скандальчиком наблюдали взрослые хранители совместно с обеими группами девушек.
— Раньше по двадцать, а то по сто лет выдерживали.
— Да у него братья старшие такие же, — махнул на Диму рукой Дахот, как на безнадежный случай.
— Так быстро? — уныло протянула одна из хохотушек. — Я думала, мне эта красивая попка первой достанется!
— Размечталась, — протянула вторая. — Нормальных скоро всех разберут, останутся одни пошляки. Фу.
— Поэтому хватай пока свободный! — крикнула третья и бросилась к Изису на шею, насильно целуя его в губы.
Увидев эту картину, из толпы сорвалась одна из красных и вцепилась наглой девице в волосы, оттаскивая её от Изиса. Старшие хранительницы некоторое время наблюдали за визгливой дракой и с терпеливыми вздохами пошли разнимать драчунь.
 
— Она специально это сделала при мне! — кричала красная. — Специально! — и с кулаками накинулась на Захима. — Зачем вы меня сюда привели?! Зачем?! Чтобы позлить?! Ненавижу вас!
Но Захим не только девушку решил позлить. То как он перехватил драчунью, а затем скрутил и страстно поцеловал её, вскипятило бы не только молодую ревнивую кровь… Поэтому ничего удивительно, что Изис вмазал ему в челюсть.
— Рекорд! — захохотал Дахот. — Пять раз за сегодня тебе в морду заехали!
Дима, наконец, осознал, чего добивались старшие хранители. Они толкали молодых в объятия друг друга. Заставляли ревновать, выдавать себя.
— Ну, во-о-от еще с одним прокатили, — уныло протянула хохотушка.
Но… Дима заметил, как она улыбалась. Победно. Что совершенно не ввязалось с тем, что хранительница говорила. Даже та, которую за волосы оттягали, тайком улыбалась. Стало понятно, что для этих девушек было делом чести пристроить всех холостяков.
— Дошло, наконец? — впервые заговорила бело-рыжая, встав рядом с ним.
— Парням сложнее принять? — уточнил Дима.
— Ага, как братцу твоему, вот потому Захим и надрессировал этих бабочек визжать, кричать и охать. А это еще они не раздевались и с вами голыми не купались.
— Жестко… а они получается полигамные хранительницы?
— Не-е-е, — повертела головой собеседница, — просто более раскрепощенные. Захим их всех к годам тридцати устроит. В его группах никогда холостяков не остается.
Дима по-другому посмотрел на Захима. Он даже и подумать о том, что хранитель заделается свахой.
— Меня Дима зовут, — представился юноша.
— Я знаю, кто ты… и уже давно, — отвечала она и, попрощавшись с ним с помощью улыбки, вернулась к ожидавшим её подругам.
— Давно… — повторил Дима, запоздало понимая, что у неё два дара, как и у него.
На следующий день их собрали на мастер-класс по семейной жизни.
— Ты не представляешь, как я на тебя зол! — ворчал брат, стоя рядом, словно нахохлившийся воробей.
Дима отмалчивался и периодически смотрел в сторону группы девушек, где мелькала рыже-белая макушка. Он так и не узнал её имени…
— Ты выглядишь, как влюбленный осёл, — заметил его поведение Изис.
— Сочту за комплимент, — парировал Дима.
— Не понимаю, зачем нам туда идти? — спросил один из юных хранителей. — Я уже объединился с парой, и у нас всё было прекрасно.
Близнецы переглянулись с понимающими улыбками.
— Слушай, — вмешался Изис. — Судя по розовому пеньюару преподавательницы, вместе с ней сегодня урок будут вести Дахот и Захим. Вякнешь им про прекрасное далеко, и они перед всеми нами устроят разбор над ошибками с участием твоей задницы. Не хочешь опозориться, лучше помалкивай и шуруй на урок.
Больше никто не возражал.
— Неужели всё-таки Захим и Светка? — поморщился Дима, приглядываясь к парочке преподавателей, который скрывались под иллюзией, в которой каждая объединенная пара видела отражение себя.
— Пеньюар Светкин, значит, они, — прищурился Изис.
В следующее мгновение у всех парней в неверии поднялись вверх брови, а со стороны девчонок донесся ошеломленный визг. Изис единственный из присутствующих, кто вслух прокомментировал увиденное:
— Саша был прав… у неё действительно рот как экскаватор…
***
Цахира сидела на ветке подальше ото всех в компании совсем юной четырехкрылой девушки очень похожей на саму Цахиру.
Дима помахал крылатому семейству рукой, а они приветливо помахали ему в ответ.
— Они не спустятся к нам? — спросил юноша у отдыхающего в компании зеленого змия Бахо.
— Нет, — вяло отозвался хранитель.
— Тарис же спускается.
— Тарис — один из нас, а Цахира — нет. Вообще-то мы их и видеть не должны, потому что они защитники нашего мира и одновременно наблюдатели. И то, что мы их видим, желание Цахиры — она очень и очень долго нас вела через сердца леса. Ты, Костя и Дега её любимчики, — он легко толкнул Диму кулаком.